Гидроцефалы на жизненном пути рудольфа штайнера

В автобиографии "Мой жизненный путь" Рудольф Штай- нер рассказывает о ребенке-гидроцефале, которого он в свои студенческие годы обучал и воспитывал в Вене. В начале обуче­ния ученику было 10 лет, Рудольфу Штайнеру 23; оно продол­жалось затем 6 лет. Эти занятия не только имели самые благо­датные последствия для ученика, но и дали возможность учите- ­лю в экстремальном, а потому особенно отчетливом случае на­копить опыт, касающийся взаимосвязи духовно-душевного и телесного в человеке. В 1884 году начал Рудольф Штайнер эту педагогико-лечебнопедагогическую деятельность; в 1917 году, 33-мя годами позже, он опубликовал в книге "О загадках ду- ­ши"⁶ свое учение о трехчленности человеческого организма, ко­торое основополагающим образом представляет связь духовно-душевного и телесного в человеке. Рудольф Штайнер говорит, что к мыслям, приведшим к оформлению идеи трехчленности, он пришел около 30-ти лет назад, уже во время своей деятель­ности воспитателя. Так, восходя к опыту воспитания аномаль­-ного ребенка, в этой идее нашла свое решение проблема, зани­мавшая человечество почти тысячелетие. Этот ребенок был пол­ностью излечен и смог позднее в качестве врача исполнить свою жизненную задачу.

Эта встреча с проблемой гидроцефалии на жизненном пути Рудольфа Штайнера была не единственной. В 1924 году он рас­сказывал участникам "Лечебнопедагогического курса", что еще 6-летним ребенком в своем родном Поттшахе он знал одного 30-летнего мужчину-гидроцефала.

Этот "30-летний эмбрион" произвел на юного Рудольфа Штайнера "душевно чрезвычайное впечатление". Он охотно

39

общался с этим человеком, вынужденным из-за громадной го­ловы и слабых конечностей ходить на костылях, ибо тот был "невероятно умен". "От него можно было о многом услышать, и его суждения были преисполнены величайшей кротости. Кро­тость его была столь же большой, как и его голова. Когда он го­ворил, в его предложениях почти ощущалось - они не были чрезмерно затянутыми, как предложения они имели нормаль­- ную протяженность - почти чувствовалось нечто такое, он так всегда произносил свои предложения, словно бы его губы были в патоке. Было нечто совершенно своеобразное в этом челове- ­ке, и он был весьма изобретателен. Говорили о его всевозмож­-ных изобретениях. Свою ненормальность он уже не ощущал столь сильно, освоясь с ней и принимая ее как нечто обычное. Он ведь жил в деревне, а там в основном живут люди, относя­щиеся к таким вещам с известным пониманием. Я не встречал деревни, где не рос бы таким образом тот или иной ребенок. И это был тогда ребенок всей деревни. Он всегда был опекаем и взлелеян¹." - "Кротость" - это существенная черта, которую можно чаще наблюдать у взрослых гидроцефалов. В одном институте 11-летний неблагополучный ученик долгое время за­думчиво наблюдал сидящего рядом соседа-гидроцефала при­мерно сорока лет, едва ли способного к чему-то еще, кроме как дружески улыбаться сидящим рядом, и в конце концов он вы­разил свое суждение словами: "Только любовь - но никакой профессии!"

Но несмотря на прогрессирующую деформацию мозга, у гидроцефалов весьма нередки духовная подвижность и незау­рядная одаренность. Также и в отношении 10-летнего мальчи­- ка, воспитанием которого он занимался, Рудольф Штайнер был убежден в его больших духовных способностях. Но способности эти были еще совершенно скрыты и не проявились бы без при­мененных в данном случае воспитательных и лечебных методов. Прежде всего ребенок не подозревал о своих способностях. Он действовал телесно и душевно столь ненормальным образом, что родители усомнились в его способности к развитию. Они попытались отдать его в первый класс школы. Но он не выдер­-жал приемного экзамена, так как все, что он при этом выпол-

40

нил, это протер в тетради большую дыру. "Его мышление было медленным и инертным. Малейшее душевное напряжение вы­зывало головную боль, снижение жизнедеятельности, блед­- ность, тревожно-мнительное душевное состояние¹¹." За столом он не приступал к еде; вместо этого он шел потом к мусорному ведру и с большим удовольствием поглощал картофельные очистки. Пристрастие к еде из мусорного ящика - симптом, нередко выступающий у детей с повреждением мозга¹².

Для столь необычного лечебного успеха, который был до­стигнут с этим ребенком, нужно было сначала создать предпо­сылки. Рудольф Штайнер сделал родителям ребенка предложе­ние: предоставить ему не только занятия с ребенком, но и его воспитание. Доверие, которое питала особенно мать ребенка к 23-летнему студенту, позволило принять это предложение и со­здать при этом необходимые условия. Без такой атмосферы до­верия в родительском окружении действенность любого педаго­гического и лечебнопедагогического мероприятия под угрозой. Насколько решающим является именно поведение матери в случае ребенка-гидроцефала, мы убедимся в дальнейшем.

Второе предварительное условие Рудольф Штайнер описы­вает следующим образом: "Вскоре я смог заслужить нежную привязанность ребенка ко мне. Это действовало таким образом, что уже простое общение пробуждало дремлющие душевные ка­чества¹¹." В чувстве любви ребенок открывается исцеляющим импульсам, исходящим от воспитателя.

И третье предварительное условие вытекает из одного из педагогических и лечебнопедагогических требований – свобод- но образовывать род и вид занятий и лечебных мероприятий: "Для занятий я должен был изобретать особые методы. Каждая четверть часа, удлиняющая установленное время занятий, вы­зывала нарушение состояния здоровья... Я должен был тщатель- ­но проводить принцип экономии. Зачастую мне приходилось по два часа готовиться к получасовому занятию, чтобы предста­вить материал занятия таким образом, чтобы потом можно бы- ­ло в минимальное время и, по возможности, с минимальным напряжением душевных и телесных сил достичь высшей произ­водительности ребенка. Последовательность предметов занятий

41

нужно было тщательно взвешивать, определяя соответственно весь дневной распорядок¹¹." К этим педагогическим мероприя­тиям добавилась двигательная терапия, которой Рудольф Штай-нер только коснулся в "Лечебнопедагогическом курсе": "Речь идет о том, чтобы вплотную заняться движением конечностей, благодаря чему гидроцефалия исчезает. Голова становится меньше, и это знак того, что успех возможен¹."

Наиболее глубокие подосновы гидроцефального бытия че­ловека Рудольф Штайнер раскрыл, подойдя в ходе "Лечебнопе-дагогического курса" к третьей и последней встрече с этой про­блемой. Он представил ребенка возрастом чуть меньше года и указал на то, что ребенок сохраняет закономерности роста, присущие эмбриональной стадии. Соотношение громадной го­ловы и остающегося маленьким тела у гидроцефального ребен- ­ка соответствует пропорциям эмбриональной жизни. Рудольф Штайнер обращает внимание на то, что у всех детей в первые месяцы жизни еще продолжает действовать ориентация эмб­рионального периода; в этом своеобразие человеческого разви­тия, которое Портманн позднее из других предпосылок должен был обозначить как "ранний внематочный период"¹³. Но гидро­цефал утрирует эту тенденцию, он становится "громадным эмб­рионом".

В округлых формах головы, ведущих в эмбриональное раз­витие, действуют космические тенденции, к которым в более позднем детском развитии присоединяется подчеркнуто линей­-ная тенденция вытягивания конечностей. На чем же покоится полярность округлых и линейных форм в человеческом образе, выступающая уже при рассмотрении большеголового и малого­лового ребенка? Гете высказывает это в известных словах, кото­рые можно приводить снова и снова ради их красоты и точнос- ­ти: "Целостный облик представляет собой опорную колонну свода, в котором должно отразиться небо!" Округлый "свод" черепа указывает на космические связи, "колонна" на земную опору. Рудольф Штайнер в связи с этим говорит о законе на­следования, который доныне неизвестен внешней науке, не­смотря на то, что факты детского развития указывают в этом направлении: организация головы испытывает наиболее силь-

42

ное влияние от матери, организация конечностей от отца. Уже при встрече отцовской и материнской клеток при оплодотворе­нии проявляется эта полярность: шарообразная яйцеклетка сое­диняется с вытянутым в длину сперматозоидом. - С возрастом материнские и отцовские силы наследственности уменьшаются. Это влияет на образование головы и соответственно конечнос- ­тей ребенка. Анэнцефалия, при которой образование черепа и мозга не может прийти к полному завершению, учащается у де­тей, матери которых старше сорока лет. С другой стороны, ак-роцефалосиндактилия и хондродистрофия, при которых нару­шено образование конечностей, становятся отчетливо более частыми с увеличением возраста отца¹⁴.

Но как же все-таки может возникнуть такое преобладание материнских сил, что оно проявляется в столь преувеличенном образовании головного полюса, как у представленного в "Ле­чебнопедагогическом курсе" ребенка? - В данном случае воз-никла необычно интенсивная роковая связь между матерью и ребенком, связь, зашедшая настолько далеко, что в беседе мать призналась, как сильно ее печалит то, что телесная связь с ре­бенком должна была прерваться родами.

Она охотнее всего продлила бы состояние беременности, при котором она чувствовала себя особенно хорошо. Это пере­носилось на ребенка, и последний оставался эмбрионом!

Здесь открывается прообразное гидроцефальных явлений: назад к началу, назад к матери, остаться под защитой космичес­ки-материнских сил, нежелание входить в земные закономер­ности конечностей! 30-летнему гидроцефалу из детства Рудоль­фа Штайнера несущими силами сельской общины было пре­доставлено матерински-охраняющее окружение, в котором он мог жить; ученик из венских студенческих годов был излечен; но у представленного в данном случае ребенка обратная ориен­тация на прошлую ситуацию была столь сильной, что это вызы­вало необходимость строгих мероприятий. Ребенок, до восьми месяцев вскармливаемый грудью, был отнят от груди; да, мать должна была расстаться с ребенком и уехать. Наряду с интен­сивной медикаментозной терапией было исключено все, что могло бы возбуждать гипертрофированный нервно-чувственный

43

полюс. Ребенок был положен в совершенно затемненном и ти- хом помещении. Также по возможности избегали любых других чувственных впечатлений. Лежащий в темноте и в тишине ре­- бенок начинал барахтаться, получая при этом первый толчок к тому, чтобы внести волю в конечности.

В этом ребенке Рудольф Штайнер видел прафеномен цело- го направления нарушений развития, которые все более или менее ориентированы назад. У гидроцефала эта тенденция воз­вращается вплоть до эмбрионального состояния, это "радикаль- нейший случай инфантилизма". Точно так же в более позднем возрасте может упорно сохраняться нечто от поведения первой, второй или третьей эпохи жизни ребенка¹⁵.

Если, например, во взрослом возрасте разыгрывается ори-ентация первой жизненной эпохи, возраста подражания¹⁶, то мы имеем дело с человеком, который так же сильно переживает процессы своего окружения, как переживает их маленький ре- бенок, у которого отношение к этим процессам не исчерпыва- ется чувственным восприятием, но продолжается вплоть до ве­гетативно-органических процессов. У такого человека опреде­ленные впечатления внешнего мира _:воздействуют на процессы обмена веществ и выделения желез, так что они влияют на со-стояние здоровья. Например, может иметь место некоторое близкое отношение к собаке, любовь к собаке. Организм при­выкает, что в нем под влиянием этой любви к собаке происхо­- дят определенные процессы обмена веществ. И когда собака издыхает, развивается не только печать об этой потере, но воз­никает также весьма неудовлетворительное состояние здоровья, поскольку отсутствует имевшийся до сих пор стимул органичес­-ких процессов и определенные процессы обмена веществ не идут. Если не удается путем рациональной психотерапии так консолидировать душевную жизнь этого человека, чтобы орга-нические процессы стали самостоятельными, не остается ниче­- го иного, как приобрести новую собаку. Аналогичным образом также и закономерности школьного и юношеского возраста мо- гут продолжаться в позднейшей жизни и приводить к соответ-ствующим расстройствам.

44

Оглянемся еще; раз на тот период жизни Рудольфа Штай-нера, из которого он сообщает нам о встрече с проблемой гид­роцефалии. Гидроцефальный пациент становится при этом тем моложе, чем позднее происходит встреча. Происходит инверсия возраста.

6-летний мальчик развлекается с 30-летним гидроцефалом в Поттшaxe. 23-летний студент и домашний учитель занимается с 10-летним учеником в Вене. 63-летний Рудольф Штайнер представляет ребенка возрастом меньше года на "Лечебнопеда-гогическом курсе" в Дорнахе.

Мальчик получает "душевно чрезвычайное впечатление". Это закладывает в душевной впечатлительности основу позднейших встреч. 23-летний излечивает доверенного ему уче­ника к многолетней деятельности и упорядочивает тем самым индивидуальную судьбу. И уже в конце своей жизни духоиспы-татель прочитывает мировые закономерности и жизненные взаимосвязи из рассмотрения маленького ребенка, чья судьба связана с началом антропософской лечебной педагогики. Ему открываются познания, имеющие значение не только для этого ребенка, не только для проблемы гидроцефалии вообще, но для целого направления детских нарушений развития.

45

V