Хранение

Гражданский кодекс РСФСР 1964 года содержал специальную главу 37, посвященную подробной регламентации весьма сложных с юридической точки зрения отношений хранения.

Чаще всего рассматриваемые обязательства возникают из договоров. Однако, следует учитывать, что отношения хранения могли носить не только договорный характер, но и возникать в силу закона, как например, при находке вещи (ст.ст.145, 146 ГК). Согласно ст. 433 ГК специальные правила о хранении, предусмотренные ст. 422, ч. 1 ст. 424, ст.ст. 425, 427 - 431 ГК соответственно применялись к отношениям по хранению, возникающим в силу закона.

Договор хранения - это соглашение, по которому одна сторона (хранитель) обязуется хранить имущество, переданное ей другой стороной, и возвратить это имущество в сохранности (ч.1 ст.422 ГК). В договоре хранения между социалистическими организациями могла быть также предусмотрена обязанность хранителя принять на хранение имущество, которое будет передано ему другой стороной.

Из приведенного легального определения следовало, что договор хранения являлся, по общему правилу, реальным договором: он считался заключенным в момент передачи вещи на хранение. Вместе с тем, был возможен и консенсуальный вариант хранения, если договор хранения заключался между социалистическими организациями. Как отражено выше, в этом случае в договоре могла быть также предусмотрена обязанность хранителя принять на хранение имущество, которое будет передано ему другой стороной (ч. 2 ст.422 ГК). Поэтому в данной ситуации договор считался заключенным в момент достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора.

Таким образом, если субъектами договора являлись социалистические организации, то договор мог быть как консенсуальным, так и реальным; во всех остальных случаях договор являлся исключительно реальным.

Договор хранения мог быть как возмездным, так и безвозмездным. По общему правилу в силу ч. 3 ст.422 ГК договор хранения являлся безвозмездным, если иное не устанавливалось законом или договором.

Полемичным был и остается вопрос об одно- или двусторонности договора хранения. Полагаем, что возмездный договор является двусторонним, ибо обязанности хранителя хранить вещь противостоит обязанность поклажедателя уплатить вознаграждение. В вопросе о том, каким является безвозмездный реальный договор хранения не было единства мнений. Основные позиции сводились к следующему:

1. безвозмездный договор носит односторонний характер (Шлифер¹⁴⁹⁶ и др.). В качестве обоснования такого подхода ученые отмечали то обстоятельство, что возлагаемые на поклажедателя обязанности (возместить расходы хранителя и забрать вещь обратно) не являются основными и встречными, для признания же договора двусторонним требуется установить, что обязанности сторон носят встречный (взаимный) характер;

2. безвозмездный договор хранения, первоначально заключаемый как односторонний, может приобрести черты взаимного договора, например, при покрытии поклажедателем убытков хранителя (О.С. Иоффе¹⁴⁹⁷ и др.);

3. безвозмездный договор является двусторонним, поскольку он создает обязанности для обеих сторон. В частности, на поклажедателя возлагается обязанность забрать переданную на хранение вещь по истечении срока хранения (О.А. Красавчиков¹⁴⁹⁸ и др.). Данная точка зрения представляется наиболее обоснованной.

По договору хранения вещь всегда передается во владение хранителя, что сближает его с договором аренды и безвозмездного пользования. Однако, следует помнить, что «...владение принимателя не есть владение самостоятельное, юридическое в техническом смысле этого слова, потому что, принимая имущество на сохранение, лицо отрекается от владения имуществом как своим¹⁴⁹⁹. Поэтому, сколько бы ни было продолжительно владение на основании договора поклажи, ни в каком случае оно не может вести к приобретению права собственности по имуществу»¹⁵⁰⁰.

Хранение не предполагает пользования переданным имуществом, за исключением случая, когда иное предусмотрено договором (часть третья ст.425 ГК РФ). Это напрямую вытекает из того, что договор заключается в интересах поклажедателя, именно ему оказывается услуга, а потому хранитель только владеет вещью, не извлекая для себя полезных свойств вещи. Указанные моменты как раз и позволяют отграничить договор хранения от иных сделок, направленных на передачу правомочия пользования (договоров аренды и безвозмездного пользования).

К хранителю не переходит и право распоряжения вещью, что отличает договор хранения от договора займа, при котором на переданные займодавцем заемщику вещи у последнего возникает право собственности.

В ГК упоминались отдельные виды хранения.

Договор хранения с обезличением вещей (ст.432 ГК). В отличие об обычного хранения, при заключении договора хранения с обезличением принятые на хранение вещи одного поклажедателя могли смешиваться с вещами того же рода и качества других поклажедателей. Оно было возможно только в случаях, предусмотренных договором. Предметом хранения здесь выступали вещи, определяемые в договоре родовыми признаками. По общему правилу если такие вещи передавались несколькими лицами и эти вещи обезличивались хранителем, то устанавливалась общая долевая собственность сдавших вещи на хранение в соответствии с количеством сданных ими вещей (часть первая ст. 432 ГК). Если при наличии соглашения об этом, вещи, определенные родовыми признаками, переходили в собственность хранителя, то он обязан был вернуть сдавшему их на хранение в равном или обусловленном сторонами количестве вещи того же рода и качества (т.е. не обязательно вещи, которые передавались поклажедателем) (часть вторая ст. 432 ГК).

Несмотря на наличие в ГК указанных выше правил о праве собственности в отношении переданных на хранение родовых вещей, в науке гражданского права данный вопрос был и остается дискуссионным. Можно выделить три основные концепции по данной проблеме:

1. собственником переданных вещей становится хранитель (О.С. Иоффе и др.). Подобный подход, думается, нельзя признать верным, ибо, как справедливо отмечается в литературе, он «...приводит к стиранию граней между хранением и займом. Имеется в виду, что хранение вещи как таковой утрачивает тогда смысл»¹⁵⁰¹. Кроме того, право собственности предполагает переход вещи не только во владение, но и в пользование, и, что главное, в распоряжение наиболее абсолютным образом, а этого при хранении не происходит;

2. собственником переданных вещей остается поклажедатель, как и в случае с обычным хранением (М.И. Брагинский, В.В. Витрянский, К.А. Граве¹⁵⁰² и др.), поскольку хранитель не является собственником по приведенным выше аргументам, а между поклажедателями нет никакой юридической связи для того, чтобы признать их сособственниками;

3. на переданные поклажедателями вещи возникает право общей долевой собственности поклажедателей в соответствии количеством сданного ими на хранение имущества. Данный подход получил широкое распространение в литературе (М.Г. Масевич, А.П. Сергеев¹⁵⁰³ и др.). Представляется, что именно модель общей долевой собственности в наибольшей степени учитывает правовую природу отношений, складывающихся при хранении с обезличением, когда хранитель обязан возвратить вещи того же рода и качества (а не вещи, непосредственно переданные поклажедателем).

В ст. 429 ГК содержались правила о хранении имущества в гостиницах, домах отдыха, санаториях, общежитиях и других подобных организациях. Названные организации отвечали за утрату или повреждение имущества граждан, находящегося в отведенных им помещениях, хотя бы это имущество, кроме денег и драгоценностей, не было особо сдано на хранение этим организациям.

Требования к форме договора хранения предопределялись составом его участников и стоимостью вещи, передаваемой на хранение. Согласно ст. 423 ГК договор хранения, в котором обеими или одной стороной являлся гражданин, при стоимости сдаваемого имущества свыше ста рублей должен был заключаться в письменной форме, за исключением сдачи вещей на краткосрочное хранение в гардеробы предприятий, учреждений и организаций с выдачей хранителем номера или жетона. Следует учитывать, что несоблюдение простой письменной формы не влекло недействительность договора хранения. Однако стороны в случае спора не вправе были ссылаться в подтверждение сделки на свидетельские показания (ст. 46 ГК РФ). Из данного правила были установлены два исключения. В случае спора о тождестве вещей, принятых на хранение, и вещей, возвращаемых хранителем, допускались свидетельские показания. Сдача вещей на хранение при чрезвычайных обстоятельствах (пожар, наводнение и т.д.) могла также доказываться свидетельскими показаниями вне зависимости от стоимости сданных на хранение вещей.

Содержание договора как соглашения образуют его условия. К числу существенных условий договора хранения закон относил предмет договора - услуги по хранению определенной вещи (вещей)¹⁵⁰⁴, а в некоторых случаях еще и размер вознаграждения хранителю.

Передаваемые на хранение вещи нередко квалифицируют в качестве объекта услуги или предмета хранения. Предметом хранения являются вещи, как индивидуально определенные, так и определяемые родовыми признаками.

Размер вознаграждения хранителю по возмездному договору хранения определялся утвержденными в установленном порядке таксами, ставками, тарифами, а при отсутствии таковых - соглашением сторон.

Условие о сроке хранения являлось обычным условием, поэтому даже если срок не был предусмотрен договором, то договор, тем не менее, признавался заключенным.

Основными обязанностями хранителя являлись следующие обязанности:

принять вещь на хранение, если был заключен консенсуальный договор хранения;

принять все меры, предусмотренные договором или необходимые для сохранения имущества.

заботиться о переданном ему на хранение имуществе, как о своем собственном (по безвозмездному договору хранения, заключенному между гражданами);

возвратить переданную на хранение вещь.

К основным обязанностям лица, передавшего вещь на хранение, относились:

уплатить вознаграждение за хранение в случае заключения возмездного договора;

возместить хранителю расходы, необходимые для сохранения имущества, при безвозмездном хранении (ст. 426 ГК);

возместить хранителю убытки, причиненные свойствами этого имущества, если хранитель, принимая имущество на хранение, не знал и не должен был знать об этих свойствах (ст. 431 ГК);

забрать переданную на хранение вещь по истечении срока хранения, предусмотренного в договоре, или срока, указанного хранителем, если вещь сдана на хранение до востребования или без указания срока и хранитель отказался от договора.

Согласно ст. 430 ГК при уклонении лица, сдавшего на хранение имущество, от обратного получения имущества хранитель, если таковым являлся гражданин, вправе был требовать по суду принудительной продажи этого имущества в порядке, предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом РСФСР для исполнения судебных решений. Если хранителем являлась социалистическая организация, то продажа невостребованного имущества производилась в порядке, предусмотренном в ее уставе (положении).

Суммы, вырученные от продажи имущества, выдавались сдавшему имущество на хранение, за вычетом сумм, причитавшихся хранителю.

ГК предусматривал и специальные правила об ответственности сторон договора хранения.

Согласно ст. 427 ГК организация, для которой хранение являлось одной из целей деятельности, предусмотренной уставом (положением), освобождалась от ответственности за утрату, недостачу или повреждение имущества, вызванные непреодолимой силой.

Если по истечении срока хранения, предусмотренного в договоре, или срока, указанного хранителем, имущество не было взято обратно сдавшим его на хранение, хранитель отвечал впредь за утрату, недостачу или повреждение этого имущества лишь при наличии с его стороны умысла или грубой неосторожности.

В ст. 428 ГК были установлены правила о размере ответственности хранителя.

Если в законе или договоре не была предусмотрена обязанность хранителя возместить убытки, причиненные утратой, недостачей или повреждением имущества, хранитель отвечал:

1. за утрату и недостачу имущества - в размере стоимости утраченного или недостающего имущества;

2. за повреждение имущества - в размере суммы, на которую понизилась его стоимость.

Если при сдаче имущества на хранение была произведена оценка этого имущества, которая указана в договоре или ином документе, выданном хранителем, хранитель отвечал в размере суммы оценки, поскольку не доказано, что действительная стоимость утраченного, недостающего или поврежденного имущества ниже этой суммы.

Если в результате повреждения, за которое хранитель отвечал, качество имущества изменилось настолько, что оно не могло быть использовано по первоначальному назначению, лицо, сдавшее имущество на хранение, вправе было от него отказаться.

Как и любой договор, договор хранения мог быть прекращен в силу различных причин - истечения срока, смерти (ликвидации) сторон, расторжения (например, по соглашению сторон, по требованию одной стороны в судебном порядке) и др.

Специфика же прекращения договора хранения состояла в следующем. Поскольку услуги по хранению, как и любые услуги, не могли быть навязаны поклажедателю, то последний был вправе в любое время потребовать сданные на хранение вещи от хранителя (часть первая ст. 424 ГК).

Если вещи были сданы на хранение до востребования или без указания срока, хранитель был вправе в любое время отказаться от договора, но обязан был предоставить сдавшему на хранение достаточный при данных обстоятельствах срок для принятия обратно этого имущества (часть вторая ст. 424 ГК).

Приведенные основания следует рассматривать как законные случаи одностороннего внесудебного отказа от договора хранения.