Ольков_С_Г_Аналитическая юриспруденция

25

Очевидно, что государственное управление юридическими процессами не должно строиться на отрицательных целях, а, следовательно, эффективность целевой деятельности может принимать какие-либо значения целигаты и уцелигаты, при желаемом получении идеальной или положительной целигаты, в худшем случае отрицательной целигаты. Получение же уцелегат нежелательно, но при этом положительная уцелигата лучше, чем идеальная и отрицательная, а идеальная лучше отрицательной, поскольку знаменуют собой меньшее зло.

«Великая беда нашего рода заключается в дихотомии точных и неточных – общественно-гуманитарных наук, эволюционном несовершенстве человека и человечества. В конце второго тысячелетия нашей эры мы не располагаем научной системой управления, как в масштабах планеты, так и пределах конкретных

26

государств. Система общественных стандартов крайне несовершенна и противоречива, основана главным образом на архаических религиозных традициях. Между тем, система качественных стандартов уже возникла в рамках точной науки, что внушает оптимизм и создает реальные перспективы развития общества всеобщего благоденствия за счет постановки на действительно научные рельсы общественно-гуманитарных наук»3.

При построении научной общечеловеческой морали, а, следовательно, и всеобщего научного права и политики, необходимо опираться исключительно на точные научные результаты, к которым относятся: установленные в строгой математической форме законы и закономерности, определяющие конкретные зависимости между исследуемыми переменными величинами. Начало этому пути положено – введены многомерные оценочные пространства, строятся конкретные математические модели политических режимов и различных видов ответственности, устанавливаются зависимости между разнообразными формами социально-деструктивного поведения и конкретными факторами, влияющими на их частоты. Но создание научной морали и научной политико-правовой теории – чрезвычайно сложное дело, требующее грандиозных усилий человеческого духа, кардинальной ревизии всех существующих культурных традиций и «ценностей» человечества, а такая ревизия вовсе не приветствуется ортодоксами различных религиозных направлений – от язычников до академиков марксистов и капиталистов. В нашей стране постепенно нарастает волна религиозного государственного экстремизма: вводятся запреты даже на научную критику различных религиозных конфессий. «Благо» в Государственной Думе и других государственных учреждениях страны много «тружеников», занимающих не свое место.

К сожалению, до настоящего времени основная масса законов и подзаконных нормативно-правовых актов в нашей стране,

3 Ольков С.Г. Биосоциальная механика, общественная патология и точная юриспруденция. – Новосибирск: Наука. Сиб. предприятие РАН, 1999. С.378.

27

соответствующее законодательство за рубежом не приведено в стройную систему и основывается, преимущественно, на религиозной догматике, а не научных результатах, что создает идеальные условия для развития многообразных противоречий, стимулирующих эскалацию насилия.

А теперь, возвращаясь к точке приложения силы, отметим, что истинно научные идеи всегда найдут нужное приложение. Конечно, было бы большой глупостью вести научные дискуссии или пропагандировать научные идеи с теми, кто совершенно далек от науки или обитает в левом двухсигмовом «отсеке» человечества, не взирая на занимаемое социальное положение и научные регалии. Современный социальный мир достиг некоего критического предела развития, нуждается в кардинальной перестройке системы общественных ценностей на базе мощных научных результатов. Пришла пора остановить деструктивную агрессию человечества, которая уже представляет реальную угрозу уничтожения жизни на Земле. Очевидно, каждый человек являет собой самовлюбленное существо, нуждающееся в удовлетворении своих многочисленных потребностей, стремится к счастью. Именно поэтому идея счастья должна формулироваться строго научным образом в духе нормального удовлетворения биологических потребностей. Биологические и социальные ценности не должны противоречить друг другу в значимом масштабе, стимулирующем избыточное деструктивное напряжение. Любая религия должна быть жестко отделена от государства и государственного управления обществом, изгнана из школы и школьных программ, не должна поддерживаться бюджетом государства. Попытка разжигания религиозной розни должна расцениваться как общественная патология и подавляться разумными научными средствами, например, помещением религиозных активистов в психиатрические клиники. Пришла пора упразднить уголовную политику государства, создающую сверх сильную патологическую среду, развивающую и усиливающую блатную культуру. В международную классификацию болезней (МКБ) следует включить ряд дополнительных социопатий и разработать научную

28

государственную программу противодействия социальным болезням. Зная детерминационный комплекс и весовой вклад конкретных детерминант в частоты конкретных социопатий, можно минимизировать их и удерживать на некоем оптимальном для заданных культур уровне.

Особое внимание нужно уделить организации государственной власти, которую следует поставить на строго научную основу, отказавшись от многочисленных предрассудков, прячущихся за «красивыми» словами типа «демократии». На самом деле демократия – это всего лишь разновидность состояния политического режима, являющего собой математическую функцию свободы от государственного принуждения и общественного насилия: с=f(x,y), где с – свобода, х – уровень государственного принуждения, у – уровень общественного насилия. Уровень свободы можно измерить и создать необходимые условия для достижения ее максимума при существующих ограничениях и граничных условиях! Однако для этого властные специализации должны носить строго научный характер, а не наивного «разделения» по Локку и Монтескьё. Судите сами, кто и как должен управлять работой атомной станции, работой морского или речного судна, проектированием космической станции или работой государственного аппарата? Легко посчитать эффективность любого процесса, которым люди пытаются управлять, а, следовательно, организовать разумное научное управление процессом кругом наиболее подходящих специалистов в данной области знания.

Может ли государство управлять преступностью подобно тому, как оно управляет макроэкономическими показателями? – Конечно, может! Через уголовный закон оно вводит «ставку уголовного наказания», а через уголовно-процессуальный – вероятность поимки и осуждения преступника. Ставка уголовного закона, по всей видимости, находится в обратной зависимости от частоты совершения запрещенных уголовным законом деяний – чем жёстче уголовное наказание, тем ниже желание преступать запрет. То же самое относится к вероятности поимки и осуждения

29

преступника – чем выше вероятность его поимки, тем меньше готовность совершать преступление. Причем ряд современных исследований свидетельствует в пользу того, что вероятность поимки и осуждения преступника оказывает более заметное влияние на сдерживание преступников4. Вообще можно обобщить строгость наказания и вероятность поимки преступника понятием ожидаемого наказания – произведение строгости наказания на вероятность поимки преступника.

Точно так же и в макроэкономике. Государство, изменяя государственные расходы, налоги, денежную массу влияет на экономический рост, величину валового внутреннего продукта, занятость и инфляцию. Отдельные фирмы и предприниматели действуют в том «коридоре», который им задан государством и общей рыночной ситуацией. Так, в условиях совершенной конкуренции ни одна фирма и ни один предприниматель не может установить иную цену кроме той, которая установлена рынком. От государственной экономической политики во многом зависит важнейшая для криминологии величина – неравенство в распределении доходов, выражаемое коэффициентом Джини.

Вполне очевидно, что макроэкономические показатели определенным образом коррелируют со структурой преступности. Вообще говоря, экономический рост должен порождать иную картину преступности, нежели экономический спад. Так, увеличение государственных расходов, снижение налогов, рост денежной массы обычно оживляют экономическую жизнь страны. С позитивной стороны – увеличиваются занятость и доходы населения, а с негативной – растёт инфляция, суммы хищений. Уменьшение государственных расходов, повышение налогового бремени, уменьшение денег в обращении влекут за собой рост безработицы, снижение инфляции, повышение числа насильственных преступлений, в том числе связанных с потреблением психоактивных препаратов – алкоголя, наркотиков.

4 Беккер Г.С. Человеческое поведение: экономический подход. Избранные труды по экономической теории: Пер.с англ. / Сост., науч. ред., послесл. Р.И.Капелюшников; предисл. М.И.Левин. – М.: ГУ ВШЭ, 2003. С.282-352; Gibbs D. Crime, punishment and deterrence //Social science questions. – N.Y., 1968 №48.

30

Если законодатель и правоохранительные органы не будут проявлять должного интереса к предпринимателям и предпринимательской жажде наживы, то число тяжких и особо тяжких преступлений в обществе будет стремиться к своему критическому максимуму.

Если законодательная и исполнительная ветвь власти не будут проявлять должного внимания к такому ключевому преступность образующему фактору, как неравенство в распределении доходов населения, то мы с неизбежностью столкнемся с ростом насильственных преступлений - умышленных убийств, причинением тяжкого и иного вреда здоровью граждан, грабежами

иразбоями.

Всвое время выдающийся английский экономист Адам Смит высказал мысль о «невидимой руке», которая правит экономикой, автоматически устанавливая на рынке равновесие спроса и предложения, регулируя процессы распределения редких ресурсов, потребления товаров и услуг. Его концепция, положенная в основу классической школы экономики, требовала максимального исключения государства из процессов управления экономикой. Частный интерес, деятельность свободных экономических агентов – это и есть по существу та «невидимая рука», которую воспевает А.Смит. Другой не менее выдающийся английский экономист Джон Мейнорд Кейнс поправил своего предшественника, указав на тот непреложный факт, что «невидимая рука» не влечет автоматического равновесия на рынке, что пассивность правительства зачастую ведет к глубокому экономическому кризису. Таким образом, и здесь мы попали в ситуацию необходимости какого-то оптимального сочетания общественных и личных интересов.

Согласно закону Оукена между динамикой уровней валового внутреннего продукта (ВВП) и динамикой уровней безработицы существует обратная зависимость. То есть с ростом безработицы ВВП, естественно, начинает снижаться. Отсюда очевидна нежелательность безработицы с экономической точки зрения.

Однако по закону Филлипса (кривая Филлипса) между

31

безработицей и инфляцией существует также обратная зависимость: чем выше в коротком периоде уровень безработицы, тем ниже уровень инфляции. Опираясь на кривую Филлипса, экономисты подчеркивают: «Снижение уровня инфляции спроса может быть достигнуто только путем ограничения занятости и увеличения безработицы»5. Далее, естественно, макроэкономическая теория указывает правительству и центробанку путь борьбы с инфляцией, например, сокращение государственных закупок, уменьшение денежной массы и увеличение, таким образом, безработицы в стране. Специальный коэффициент потерь показывает, сколько процентов годового ВВП необходимо принести в жертву, чтобы снизить инфляцию на один процентный пункт. При этом экономисты не принимают во внимание тот важный факт, что безработица тесно коррелирует с имущественной преступностью (различными хищениями: кражами, грабежами, разбоями…). Расчеты по эмпирическим данным указывают, что эластичность между безработицей и имущественной преступностью обычно больше единицы, а это значит – увеличение безработицы на 1% повлечет рост имущественных преступлений более чем на 1%. Следовательно, борьба с инфляцией спроса путем сокращения занятости повлечет за собой не только естественное снижение ВВП, учитываемое в СНС по правилам МОТ ООН, но и ущерб, вызванный ростом числа имущественных преступлений (расширением сферы теневой экономики), который, в лучшем случае, попадает в милицейскую статистику.

Чтобы упростить понимание криминологического смысла данной макроэкономической задачи рассмотрим ее на условном примере. Уравнение кривой Филлипса представлено: π = πе - β(u – u*) + ε, где π - фактический уровень инфляции, πе – ожидаемый уровень инфляции, β - коэффициент чувствительности ВВП к динамике циклической безработицы, u – фактический

5 Агапова Т.А., Серегина С.Ф. Макроэкономика: Учебник/Под общей ред. д.э.н., проф. А.В.Сидоровича; МГУ им. М.В.Ломоносова. – 4-е изд. – М.: Издательство «Дело и сервис», 2001. С. 60-61.

32

уровень безработицы, u* - естественный уровень безработицы, ε - внешний ценовой шок.

Пусть πе = 8%; u* = 5%; β = 0,4; ε = 0. Предположим, правительство, снизив закупки, увеличило уровень безработицы до 10%. Тогда имеем: π = 0,08 – 0,4(0,1 – 0,05) + 0 = 0,06 = 6%. То есть уровень инфляции оказался равным 6%, а не 8% как ожидалось (выигрыш 2%). Разрыв между естественным и фактическим уровнем безработицы составил 5% (10% - 5%). Согласно закону Оукена увеличение безработицы естественно привело к снижению

как потери. Теперь важно оценить, до какой степени нужно жертвовать занятостью и ВВП в пользу снижения инфляции, найти между ними разумный компромисс, но для этого следует сделать еще одно принципиальное дополнение, обусловленное связью между безработицей и преступностью. То есть увеличить долю издержек, которые приносятся в жертву снижению инфляции.

Положим коэффициент потерь ВВП от снижения инфляции равным 3%. Допустим, что инфляция снижена за период на 5%. Тогда ВВП снизится за тот же период на 15% без учета потерь вызванных связью между безработицей и имущественными преступлениями. Теперь, предположим, что по эмпирическим данным для конкретного региона установлена эластичность между безработицей и имущественной преступностью равная двум. Это значит, что 1% рост безработицы вызовет 2% рост имущественной преступности. В нашем примере 5% рост безработицы вызовет 10% рост имущественных преступлений. Оценка стоимости этого 10%- го роста, по моему мнению, также должна учитываться при установлении компромисса между безработицей и инфляцией. Соответственно, с учетом вышеизложенного мнения правительству следует позволить несколько больший рост инфляции и меньший рост безработицы, чем оно первоначально планировало.

33