Раздел 4. 295
ТЕХНОЛОГИИ РАБОТЫ С КОНФЛИКТАМИ 295
Глава 18. Мониторинг предконфликтной ситуации. Предупреждение и профилактика конфликтов 295
49. В.Зартман. Превентивная дипломатия 295
50. К. Левин. Действенное исследование и проблемы меньшинств 305
51. В.А. Тишков. [О сети этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов] 316
Глава 19. Улаживание (или собственно урегулирование) конфликтов 319
52. Р.Дарендорф. Общество и свобода 319
53. М.М. Лебедева. [Технологии урегулирования в ряду других форм воздействия на конфликты] 319
54. Санкт-Петербургская конфликтологическая школа о способах выхода из конфликтных ситуаций 327
55. Санкт-Петербургская конфликтологическаяшкола о медитации как особой деятельности по внесудебному урегулированию конфликтов. 334
Глава 20. «Чрезвычайное регулирование» вооруженных конфликтов. Особенности работы в постконфликтной ситуации 346
56. «Международная тревога» о задачах постконфликтного урегулирования 346
57. В.Ф.Петровский. Миротворческая стратегия ООН 350
Глава 21. Разрешение конфликтов 357
58. Х.Корнелиус, Ш.Фэйр. Расширение кругозора: видеть проблему в широком контексте и в долгосрочной перспективе 357
59.«Международная тревога» о критериях и особенностях разрешения конфликтов 361
60. Природа конфликта и теории человеческих потребностей (pеферат работ, вышедших под редакцией Д.Бартона) 365
61. К.Шиндлер, Г.Лапид. Методы трансформирования конфликтов 377
Раздел 5. 388
Глава 22. Что представляют собой и какие бывают переговоры? 388
62. М.М.Лебедева. Переговоры и их особенности при конфликте 388
63.В.Мастенбрук. [Что представляют собой переговоры?] 392
64. Дж.Ниренберг. Взаимовыгодное сотрудничество 398
Глава 23. Подготовка к переговорам 404
65. В.Мастенбрук. Подготовка к переговорам 404
66. Дж.Ниренберг. Подготовка к переговорам 409
Глава 24. Собственно переговорный процесс и его фазы. Технология и психология ведения переговоров 420
67. М.М. Лебедева. «Кирпичики» переговорного процесса. 420
68. М.М.Лебедева. Что такое тактический прием 427
69. В.Мастенбрук. Основополагающие правила переговоров 430
70. В.Мастенбрук. Схема ведения переговорови личные переговорные стили 435
71. Р.Фишер, У.Юри. [О методе принципиальных переговоров] 438
72. У.Юри. [Как вести переговоры с трудными людьми] 447
Глава 25. Особенности постпереговорного этапа 452
73. М.М.Лебедева. [Что обычно происходит после того, как переговоры завершены?] 452
74. «Международная тревога» о поддержании мирного процесса после соглашения. 454
Глава 26. Международные переговоры. Национальные стили ведения переговоров 456
75. М.М.Лебедева. Национальные стили: какие они? 456
76. Дж. Рубин, Дж. Салакюз. Фактор силы в международных переговорах 466
77. Дж. Сэлэкьюз. Деловые контакты: глобальный масштаб 478
Примечания 484
Краткие сведения об авторах и авторских коллективах 493
Раздел 1.
ЧТО ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ КОНФЛИКТОЛОГИЯ?
Глава 1. Предмет и задачи конфликтологии как особой области научного знания и практической деятельности
1. Н. Н. Моисеев. Коллективные решения и «институты согласия»
… по моему глубокому убеждению, на современном этапе нашей истории особое значение приобретает анализ конфликтов как научная основа человеческой деятельности и целенаправленной эволюции, а также создание специальных методов и процедур поиска и утверждения компромиссных решений. (Эти решения мы будем называть еще и кооперативными, поскольку они определяют совместные действия, направленные на достижение некоторых общих целей.)
Любой компромисс – это коллективное решение, и, следовательно, оно всегда плод коллективного творчества, коллективных усилий специалистов. <…>
Проблемы компромиссов еще только начинают изучаться специалистами, и их исследования не оказывают пока сколько-нибудь заметного влияния на практику современной жизни, да и на представления людей об эвристических возможностях теории компромиссов. Во время дискуссий по проблемам энвайроментального характера я на раз сталкивался с искренней убежденностью весьма квалифицированных людей в том, что компромиссов в современных экологических ситуациях просто не может быть – нужны какие-то сверхъестественные усилия, чтобы могли существовать взаимовыгодные коллективные решения…в огромном количестве сложных экологических ситуаций взаимовыгодные кооперативные соглашения существуют. Их только надо уметь найти!
…вопросу о компромиссах надо посвятить особое внимание и показать необходимость возникновения специальной дисциплины, которая объединила бы в себе методологические принципы, экономический и экологический анализ с эффективными методами информатики и прикладной математики, позволяющими отыскивать эффективные коллективные решения.
Что касается методологической основы этой дисциплины, то я уже высказывал свою точку зрения. Ключ к ее построению – анализ клубка противоречий и противостояний, их генезиса и связи с целями развития и традиционным видением мира и понятиями «блага», выработанными в тех или иных странах, у тех или иных народов. Это исходная позиция для отыскания компромиссов перед лицом всех тех опасностей, которые встали сегодня на пути развития человеческого рода. И этот анализ, может быть, самый трудный этап построения той синтетической дисциплины, которую я назвал «теория конфликтов».
Если мы будем изучать историю развития живой материи, то увидим, что наряду с борьбой отдельных организмов за пищу, за солнце всегда играла большую роль и совместная, кооперативная деятельность организмов и популяций. Кооперация, коллективное поведение – это столь же естественный механизм самоорганизации, как, скажем, и внутривидовая борьба…<…>
Я уверен, что правильно понять общую картину эволюции жизни на нашей планете и возможных перспектив ее развития нельзя без ясного представления о роли кооперативного начала в развитии живого вещества. <…>
…самым ярким проявлением кооперативности является, вероятно, отказ нашего предка от индивидуального развития в угоду развитию общественного, подчинение индивидуального поведения общественным нормам. Это означало переход эволюции на новые рельсы, рельсы общественного развития, возникновения морали и нравственности и их основы – запрета «не убий!», который существует у всех народов, во всех религиях. Без этого кооперативного акта не могло бы возникнуть общественной формы жизни и современной цивилизации. Какие-то зачатки ''морали'' существуют уже у высших, особенно стадных животных. Они проявляются в специальных формах поведения. Так, например, вожак стада может даже пожертвовать собой ради спасения своих подопечных. Подчинение интереса индивида интересам стада, популяции не столь уж редкое явление, которое изучают этологи. Но оно препятствует естественному отбору. <…>
У человека подобные принципы поведения, которые подчиняют его действия, его жизнь определенным моральным нормам, играют, конечно, совершенно особую роль. Мораль и нравственность мне хочется трактовать не только как своеобразные формы кооперативного поведения людей, облегчающие им совместное существование, но и как необходимое условие эффективной деятельности, без которой наш далекий предок был бы просто не способен выжить.
Может быть, поэтому этологи пытаются сопоставить ‘’моральный кодекс’’ некоторых виджов животных и нравственность, возникшую в человеческом обществе, увидеть их общность и различие. Мне кажется, что такое сопоставление не лишено определенного интереса, ибо становление морали и нравственности в «человеческом» смысле этого слова, внесшего в жизнь первобытного племени качественно новые особенности, выросло, может быть, из тех «элементарных» запретов, которые существуют у общественных животных.
Действительно, система запретов, возникшая на заре общественной жизни, обеспечила возможность возникновения новой формы памяти, которая отсутствует у других живых существ. Мораль обеспечивала сохранения тех, кто был носителем и хранителем новых знаний, мастерства, умения сохранить огонь и все те навыки, которые не передаются генетической памятью или обучением по принципу «делай, как я!», распространенному у животных.
Значит, отказ от внутренней борьбы, а следовательно, и от индивидуальной биологической эволюции, означал появление перспективы дальнейшего развития общественных форм жизни, основанной на совершенствовании совместной производственной деятельности людей.
Итак, борьба и сотрудничество – это две стороны одной и той же медали, это диалектическая общность двух противоположных начал. И средства борьбы и формы сотрудничества все время изменялись, усложнялись, совершенствовались по мере развития общества, возникали и новые формы борьбы, и новые формы сотрудничества.
До поры до времени разрешение любых конфликтных ситуаций – так мы условимся называть любые ситуации, в которых нет тождественности целей, интересов, стремлений, - носило стихийный характер. Возникали распри, часто заканчивавшиеся войнами и уничтожением целых цивилизаций. Но возникали также и дружественные союзы. Иногда такая кооперативность насаждалась огнем и мечом, Êàê это было, например, при объединении феодальных княжеств. Другой раз люди находили согласие за праздничным столом и т.д. Но всякий раз при создании организации, фокусирующей усилия людей, научный фундамент, а тем более строгий научный расчет отсутствовали.
Теперь в преддверии эпохи ноосферы, .…стихийное разрешение конфликтных ситуаций уже не допустимо. Так же, как и развитие биосферы, - разрешение конфликтных ситуаций, во всяком случае, достаточно масштабных, должно быть прерогативой Разума, должно быть направленным, должно вершиться в интересах той новой общности, которую в эпоху ноосферы предстоит образовать человечеству. Поэтому стихийному началу в разрешении споров и конфликтов должны прийти на смену процедуры и методы, основанные на твердом научном фундаменте, ну глубоких знаниях тех перспектив, которые способны открыть совместные усилия.
Исходя из подобных соображений, еще в начале 70-х годов параллельно с разработкой системы ''Гея'' мы начали в Вычислительном центре Академии наук СССР систематическое изучение конфликтных ситуаций, пытаясь развить теорию, которая была бы способной объединить содержательное изучение этой проблемы с созданием математического инструментария, способного давать количественные оценки вариантов стратегии субъектов, принимающих участие в конфликтах, и вырабатывать необходимые рекомендации.<…>
…я должен…объяснить, что мы имеем в виду, произнося слова «конфликт», «компромисс», «кооперация» и т.д., дать им более точное определение, позволяющее использовать математические методы.
Прежде всего подчеркнем…, что интересы любых субъектов, будь то отдельные люди, группа людей, организации, страны, группы стран, никогда не бывают в точности совпадающими. Другими словами, у каждого из них есть собственные цели. Именно цели, а не одна цель. У каждого субъекта всегда есть целая гамма целей. <…> И эти цели чаще всего противоречивы.
И такое имеет место во всех реальных ситуациях. Происходит это и в силу причин объективных, и в силу субъективных факторов – люди разные. У них разное видение мира. И в одной и той же обстановке два разных человека принимают, как правило, разные решения. C’est la vie, как говорят французы! <…>
Так вот, конфликтными ситуациями условимся называть все ситуации, требующие принятия коллективных решений, в которых субъекты (страны, фирмы, отдельные люди, владеющие ресурсами, правом и возможностью принимать самостоятельные решения) обладают различными, точнее, несовпадающими целями. Некоторые из них могут быть общими, а некоторые различными.
Такое определение, используемое в науке, не совпадает с житейским представлением о конфликте как о прямом противоборстве, когда интересы сторон прямо противоположны. Последний случай так же называется конфликтом, но конфликтом особого рода – его принято называть антагонистическим.
Значит, любая ситуация, в которой нескольким субъектам предстоит принимать решения, является конфликтом, и, следовательно, любое коллективное решение всегда является компромиссом – каждый должен поступиться чем-то ради чего-то. В случае антагонистического конфликта компромисс, очевидно, невозможен: любое решение, выгодное одному из субъектов, заведомо невыгодно другому.
Выбор коллективного решения, то есть отыскание компромисса. Очень непростая вещь. Даже сам факт его возможности часто ставиться под сомнение. Дело в том, что решения принимаются людьми, по-разному представляющими себе то, к чему надо стремиться. Значит, для того чтобы быть приемлемы для всех субъектов, участвующих в конфликте, оно должно обладать некоторыми специальными свойствами.
Прежде всего коллективное решение должно быть выгодно всем субъектам, участвующим в данной конфликтной ситуации. Это требование очевидно, иначе им незачем вступать в кооперацию. И не просто выгодно! Если кто-либо из субъектов нарушит договорное обязательство, то в первую очередь пострадать должен именно он. Только в этом случае может существовать определенная гарантия того, что каждый из субъектов выполнит взятые на себя обязательства. Такой компромисс принято называть устойчивым.
Но одной устойчивости еще недостаточно <…>, надо еще, чтобы он был эффективным, то есть чтобы его нельзя было улучшить сразу для всех участников конфликта.
На практике оказывается, что сочетание этих двух свойств компромиссов встречается нечасто. Именно поэтому теория коллективных решений весьма бедна научными результатами, а на практике конфликтующим субъектам бывает очень непросто найти взаимоприемлемый компромисс. Кроме того, его просто может и не существовать.
Мы уже видели, что в антагонистических конфликтах взаимовыгодных компромиссов просто не существует. Но их может не быть даже и тогда, когда среди интересов субъектов есть и совпадающие интересы. Кроме того, устойчивые компромиссы могут оказаться неэффективными, и наоборот.
Это одна из причин, почему между людьми так мало согласия и почему им так часто приходится браться за оружие. Правда состоит еще и в том, что люди и сами часто не ведают того, что хороший компромисс-то на самом деле существует. И его только надо уметь найти, что, как правило, совсем непросто.
Вот для отыскания компромиссов и нужна наука, необходимы специальные методы, которые во многих случаях еще предстоит изобрести. По этой причине мы и начали изучение конфликтных ситуаций, и не любых, а таких, где могут существовать устойчивые эффективные компромиссы. Мы поставили себе задачу выяснить все те свойства, которыми должны обладать конфликтные ситуации, чтобы допускать существование эффективных устойчивых компромиссов.
Такие компромиссы мы условимся называть кооперативными. Эффективный и устойчивый компромисс накладывает на участников определенные обязательства, заставляет их действовать в определенных ограничивающих рамках. Совокупность таких кооперативных соглашений, процедур и методов их отыскания и формирование мы и будем называть в дальнейшем «институты согласия». В их основе лежат, как мы видим, специальные кооперативные механизмы, о которых мы уже не раз говорили.
Если следовать традиционным подходам современной математической теории игр, то ситуации, в которых существуют устойчивые и эффективные компромиссы, покажутся весьма экзотическими. Однако, анализируя конкретные случаи, которые нам представляла окружающая действительность, мы постепенно поняли, что в реальной жизни кооперативные ситуации оказываются не такими уж редкими. Так, например, они бывают типичными всякий раз, когда существенную роль играют экологические и другие природные факторы. В некоторых случаях, я их назову простейшими, найти нужное кооперативное соглашение бывает достаточно просто. Для этого требуется только отойти от привычного стереотипа мышления и уметь провести относительно несложные экономические расчеты.