Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Shpory_-_Teoria_texta.doc
Скачиваний:
6
Добавлен:
01.05.2025
Размер:
685 Кб
Скачать
☆

11.Анализ лирического стихотворения. Звуковой уровень, семантический анализ метра и ритма.

I. Все экстралингвистические факторы II. Структура образов и развития конфликта: Тема и идея стихотворения, Эмоциональная окраска чувств, Композиция, сюжет (если есть),Образный ряд стихотворения, Черты лирического героя. III. Жанровое своеобразие (ода, элегия, гимн, романс, баллада и т.д.). IV. Основные особенности поэтического языка.Тропы и фигуры. Языковой поуровневый анализ: а) поэтическая фонетика (аллитерация, звукопись, ассонанс); б) поэтическая лексика (синонимы, антонимы, омонимы, историзмы, неологизмы); в) использование явлений морфологии и синтаксиса.V.Ритм, стихотворный размер, рифма.VI. Личное восприятия стихотворения. Ассоциации, раздумья, оценка, истолкование.

Плюс 3 уровня!!! Первый, верхний, уровень — идейно-образный. В нем два подуровня: во-первых, идеи и эмоции (например, идеи: “жизненные бури нужно встречать мужественно” или “любовь придает сил”, а эмоции: “тревога” и “нежность”); во-вторых, образы и мотивы (например, “тучи” — образ, “собралися” — мотив; подробнее об этом мы скажем немного дальше).

Второй уровень, средний, — стилистический. В нем тоже два подуровня: во-первых, лексика, т.е. слова, рассматриваемые порознь (и прежде всего — слова в переносных значениях, “тропы”); во-вторых, синтаксис, т.е. слова, рассматриваемые в их сочетании и расположении.

Третий уровень, нижний, — фонический, звуковой. Это, во-первых, явления стиха — метрика, ритмика, рифма, строфика; во-вторых, явления звукописи — аллитерации, ассонансы. (по Гаспарову)

Ритм – это чередование каких-либо элементов через одинаковые промежутки времени. Стихотворная фраза - это явление ритмико-синтаксическое, ритму подчиняется и порядок слов. Так, иногда специфический ритм оказывается следствием актуализации поэтической формы, а «внутри» этой формы - смысла. Стих обладает метром (размером). Это упорядоченное чередование в стихе сильных мест (иктов) и слабых мест, по-разному заполняемых. Сильные и слабые места - это чередующиеся слоговые позиции в стихе, они образуют метр в виде двух- или трехсложной стопы. Сильные места метра занимают ударные слоги, слабые - неударные.

Внетекстовым связям полностью принадлежат и семантические ассоциации, вызываемые теми или иными конкретными размерами. В силу разнообразных причин определенный размер связывается с жанром, фиксированным кругом тем и лексики. Возникает свойственный ему в данной поэтической традиции «экспрессивный ореол» (выражение В. В. Виноградова, сходное содержание А. Н. Колмогоров вкладывает в термин «образ ритма») Звукопись - соответствие фонетического состава фразы изображённой картине Исследователь стихотворной речи Б.М. Эйхенбаум особо подчеркивает роль лирической интонации в стихе. Она не схожа с интонацией эпической или специально сказовой. Опираясь на интонационный принцип в характеристике лирики, Б.М. Эйхенбаум выделяет три типа: декламативный (риторический), напевный (песенный) и говорной.

12.Лексический и грамматический уровень поэтического произведения. Словарь произведения. Композиционно-речевое единство.

Лексический уровень! Стихотворение состоит из слов. Кажется, нет ничего очевиднее этой истины. И тем не менее, взятая сама по себе, она способна породить известные недоразумения. Слово в стихе — это слово из естественного языка, единица лексики, которую можно найти в словаре. И тем не менее оно оказывается не равно самому себе. И именно сходство, совпадение его со «словарным словом» данного языка делает ощутимым различие между этими — то расходящимися, то сближающимися, но отделенными и сопоставленными — единицами: общеязыковым словом и словом в стихе. Употребленные слова входят в более обширную систему, которая лишь частично реализуется в данном тексте.

Составив словарь того или иного стихотворения, мы получаем — пусть грубые и приблизительные — контуры того, что составляет мир, с точки зрения этого поэта.

Кюхельбекер употребил в «драматической шутке» «Шекспировы духи» выражение:

Пас стада главы моей…

Пушкин пометил в скобках: «вшей?» (XIII, 248).

Почему Кюхельбекер не заметил комического эффекта этого стиха, а Пушкину он бросился в глаза? Дело в том, что «вшей» не было ни в поэтическом мире Кюхельбекера, ни в той «высшей реальности», которая была для него единственно подлинной реальностью. Они не входили в его модель мира, присутствуя как нечто внесистемное и не существующее в высшем смысле.

Лексика поэзии Пушкина, при всей приблизительности этого критерия, строит иную структуру мира:

Теперь у нас дороги плохи, Мосты забытые гниют, На станциях клопы да блохи Заснуть минуты не дают… («Евгений Онегин»)

Поэтому совершенно однозначные в системе Кюхельбекера стихи для Пушкина начинают звучать как двусмысленные.

Таким образом, словарь данного поэтического текста будет представлять, в первом приближении, его универсум, а составляющие его слова — заполнение этого универсума. Отношение между ними воспринимается как структура мира.

Плюс словарь может быть с преимуществом существительных, глаголов, прилагательных и т.д. Проведите анализ словаря того стиха, кот можете вспомнить!!!

Поэтический мир имеет, таким образом, не только свой список слов, но и свою систему синонимов и антонимов. Так, в одних текстах «любовь» может выступать как синоним «жизни», в других — «смерти». «День» и «ночь», «жизнь» и «смерть» могут в поэтическом тексте быть синонимами. Напротив того, одно и то же слово может быть в поэзии не равно самому себе или даже оказываться собственным антонимом

ПЛЮС текст стихотворения можно представить как реализацию ряда (иерархии) языков: «русский язык», «русский литературный язык данной эпохи», «творчество данного поэта», «поэтический цикл как целостная система», «стихотворение как замкнутый в себе поэтический мир». По отношению к каждой из этих систем текст будет выступать как разная степень реализации, будет меняться и его относительная «величина» на фоне системы.

Грамматическая структура текста, подобно фонологической и другим рассмотренным выше упорядоченностям, выполняет в поэтическом произведении дополнительные функции, решительно не свойственные ей вне литературы. Поэт, как правило, не может изменять норм грамматической организации текста. Однако из этого не следует еще, что грамматическая структура нейтральна в своей художественной функции.

Это глагольные формы, многосоюзие или бессоюзие, различные вставные конструкции, короче, все, что относится к грамматике, все рассматривается!!! Композиционно-речевые формы: повествование, описание, рассуждение.

13.Типология композиционной формы текста, соотношение смысловых инстанций в тексте. Взаимодействие нарративных структур в публ.и худ.тексте.Классические композиционно-речевые формы текста: повествование, описание, рассуждение - часто определяются как логические и речевые текстовые универсалии. Повестование – основной движущий механизм сюжета, так как его универсальный признак – динамичность. Основные логико-семантические отношения в повествовании – временная последовательность, отношения обусловленности (причинно-следственные, условные, цели и др.). В плане формально-грамматическом характерно использование сочинения и подчинения. Обычно в повествовательных контекстах используются глаголы конкретного физического действия, деятельности, движения и т.д. Тексты, построенные только на повествовании - фольклорные произведения (мифы и сказки преимущественно), рассказы-нарративы, сказы, лирические стихотворения.Описание по определению направлено на предметный мир, мир человека. В худ.текстах это прежде всего описания макромира, окружающего человека, - природы, места и местности, пространства, предметов и вещей, его заполняющих. Описывается также макромир самого человека – его внешность, физическое и эмоциональное состояние. В литературных текстах обычным является сопряжение описаний макро- и микромира человека: описание внешнего мира действительности соотносится с внутренним состоянием персонажа прозаического произведения или лирического героя поэтического текста. Только описательные тексты возможны, когда предметы и явления изображаются в их пространственном существовании, вне развития событий и даже как бы вне времени. Тексты описания статичны, они фиксируют важное, постоянное в мгновениях бытия.Рассуждение характеризуется отрывом от сюжета. Рассуждения замедляют развитие текстовых событий. В логике рассуждение понимается как цепь размышлений, умозаключений на какую-либо тему, излагаемых в определённой последовательности. При этом обычно выделяют в структуре рассуждения три части: тезис, доказательство (аргументацию) и вывод в виде обобщения и заключения. В художественном тексте эта универсальная схема может быть неполной, но обязательным является вывод. Доминирующий тип логико-синтаксических отношений – причинно-следственные, хотя они не всегда эксплицируются, чаще всего имплицитны и на поверхностном уровне могут быть предельно свёрнуты. Рассуждения, рассчитанные на комический эффект, обычно характеризуются обыденными, тривиальными суждениями, в отличие от серьёзных рассуждений, которым свойственны оригинальность и яркость мысли.

Худ. произведение. Повествовательный жанр отличается от других жанров тем, что внешняя коммуникативная стр-ра «автор-изображаемое-читатель» как бы повторяется внутри изображаемого мира в стр-ре «фиктивный нарратор-повествуемое-фиктивный читатель».

Фиктивный нарратор. Термин «фиктивный» обозначает объекты, которые, будучи вымышленными, выдаются за действительные, притязают на реальность. В русском литературоведении употребляются 2 различных термина – «повествователь» и «рассказчик». Их различие определяется по-разному: то по грамматической форме: «повествователь» излагает события «от третьего лица», «рассказчик» - «от первого», то по мере выявленности: «повествователь» - носитель речи, не выявленный, не названный, растворённый в тексте», «рассказчик» - «носитель речи, открыто организующий своей личностью весь текст».

Термин «повествователь» нередко смешивается с понятиями «автор» и «образ автора», он обозначает инстанцию более или менее «объективную», безличную, стоящую близко к автору. Термин же «рассказчик» обозначает инстанцию более или менее «субъективную», личную, совпадающую с одним из персонажей или принадлежащую миру повествуемых событий.

Текст рассказчика неоднороден, в него попадает речь героев. Этот фрагмент текста называется «зоной героя». Бахтин: «Смысл рождается только в тот момент, когда происходит диалог». Бахтин выделили прямое, объектное и двуголосое слово. Прямое – слово персонажа, понимается прямо, объектное слово – речь изображённого лица, слово двуголосое – речь с установкой на чужое слово; звучат 2 точки зрения, 2 голоса. Есть двуголосое слово однонаправленное (2 повествовательных инстанции не противоречат друг другу, а согласны друг с другом), разнонаправленное (внешне утверждаем слова, но выражаем свою точку зрения, противоречим себе). Выделяют также несобственно-прямую речь – текст нарратора, но в нём выражена точка зрения персонажа. Слова принадлежат не рассказчику, а именно какому-то персонажу.

Автор свою точку зрения воплощает в вымышленном мире. Повестователь / рассказчик может в течение романа меняться. Диегетический нарратор – выступает как персонаж и как повествователь, недиегетический нарратор – выступает как повествователь, никакого персонажа не воплощается.

Фиктивный читатель (нарратор) – это адресат фиктивного нарратора, та инстанция, к которой нарратор обращает свой рассказ. Но фиктивный читатель – это фиктивный адресат, а не фиктивный реципиент. Фиктивный адресат как таковой является всегда проекцией нарратора. Фиктивный реципиент может существовать только тогда, когда вторичный нарратор обращается к читателю или слушателю, фигурирующему как читающий или слушающий персонаж в первичной, обрамляющей истории. Однако вторичный нарратор может совпадать с этим реципиентом (персонажем вторичной истории) только материально, но не функционально, потому что адресат и реципиент – это кардинально различные функции.

Если нарратор ведёт диалог с нарратором, то важно, является ли собеседник только воображаемым слушателем или же предстаёт как независимый, автономный персонаж вторичной истории. Только во втором случае, когда собеседник обладает такой автономностью, мы имеем дело с подлинным диалогом; в первом же случае перед нами развёртывается лишь диалогизированный монолог.

Автор и адресат в медиатекстах. Проблема отличия категории автора в художественном и публицистическом текстах актуализировалась в отечественной лингвистике в ХХI веке в связи с бурным развитием авторского начала в публицистических текстах. Например, отмечалось, что образ автора, мера использования авторского «я» применительно к публицистической речи может являться основой подразделения на жанры. Жанр фельетона подразделяется В.Н. Вакуровым на 4 вида в зависимости от формы выражения авторского «я»: 1) Автор – участник событий; 2) Автор – наблюдатель событий; 3) Автор – активный комментатор событий; 4) Автор – нейтральный повествователь. Реализация авторского замысла современного медиатекста неизбежно оказывается связанной с образом того адресата, на которого данный текст направлен. Адресат может не присутствовать в художественном тексте, оказываться невыявляемым непосредственно из текста феноменом. Однако его наличие в медиатекстах – наиболее распространенная и отражающая современную коммуникативную реальность ситуация. В связи с этим, мы различаем следующие ипостаси адресата по отношению к тексту: 1)адресат как реальный человек; 2) адресат как категория, представленная в структуре коммуникативного акта: АВТОР® АДРЕСАТ; 3)адресат как социологическая категория с его характеристиками, полученными в ходе социологических исследований; 4)адресат как текстовая категория.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]