1.2. Кризис зрелого возраста

В личностной сфере содержание кризиса, характерно­го для людей зрелого возраста, по Э. Эриксону, заключает­ся в разрыве личного и общечеловеческого смыслов жизни. В отличие от предыдущих кризисов возрастного развития (кризисы новорожденности, раннего детства, отрочества, молодости), этот кризис обозначают как поистине жизнен­ный. Он принимает форму внутриличностного конфликта и представляет собой серьезную психологическую пробле­му [307]. Актуальность ее исследования обусловлена це­лым рядом причин:

- как ни странно, но малой изученностью этого воз­раста, наличием определенного «провала» в научных зна­ниях о нем;

- переживанием людьми этого возраста в условиях нашей страны того, что мы обозначили как «второй экзо­генный удар» - ломка привычных стереотипов и новые социально-экономические условия существования; пер­вый удар связан с началом инволюции (псевдопубертатностью);

- необходимостью в связи с этим оказания людям этого возраста, особенно по мере их приближения к верх­ней границе фазы, социально-психологической помощи, учитывая при этом как половые особенности, так и соци­ально-профессиональную стратификацию.

Рассмотрим зависимость содержания адаптационных процессов от стадии онтогенеза. На его ранних этапах «психические особенности и качества возникают путем приспособления ребенка к требованиям окружающей сре­ды. Однако, возникая таким образом, они затем приобрета­ют самостоятельное значение и в порядке обратного влия­ния начинают определять последующее развитие» [412, 434-439]. Так формируется сознательная регуляция пове­дения - осознанные цели в наибольшей мере контролиру­ют и направляют (в терминах Пиаже) как аккомодацион­ную, так и ассимиляционную активность развивающейся личности. На достаточно высоком уровне ее развития ас­симиляционная активность находит выражение в том, что субъект «из существа, усваивающего накопленный челове­чеством социальный опыт, превращается в творца этого опыта» [там же, 437-438].

Уточним границы фазы зрелого возраста, о котором идет речь, так как индивидуальное развитие взрослого че­ловека представляет собой продолжение онтогенеза с зало­женной в нем филогенетической программой. В антропо­логии выделяют три основных периода развития взросло­го человека, включая инволюционный. Зрелость относят ко второму периоду взрослости: от 40 до 55 лет у женщин и от 45 до 55 лет - у мужчин. Вместе с тем антропологическая периодизация развития взрослого человека не являет­ся единственно принятой. Для более полного и глубокого понимания существа проблемы зрелого возраста опреде­лим его возрастные границы в различных классификаци­ях - от древности до современного периода, опираясь на различные источники [17; 293; 303 и др.].

Представление о зрелости как «акмэ» - вершине - су­ществовало у многих народов. Так, в древней китайской классификации интересующий нас период начинается от «возраста выполнения общественных обязанностей» (от 40 лет), простирается через период «познания собствен­ных заблуждений» (до 50 лет) и заканчивается «послед­ним периодом творческой жизни» (до 60 лет). В класси­фикации Пифагора (VI век до н. э.) изучаемый период со­ответствует наиболее «плодоносному» времени года -осени: период становления 0-20 лет («весна»); молодой человек 20-40 лет («лето»); человек в расцвете сил 40-60 лет («осень»); старый и угасающий человек 60-80 лет («зима»).

По Гиппократу (IV век до н. э.), рассматриваемый возраст человека относится к седьмому (42 года - 49 лет) и восьмому (49-56 лет) периодам из десяти, принимае­мых в расчет (до 70 лет). Международный симпозиум по возрастной психологии (Москва, 1965) отнес зрелость личности ко второму периоду среднего возраста и огра­ничил его следующими рамками: от 36 до 60 лет для муж­чин и от 36 до 55 лет для женщин. В своей возрастной пе­риодизации Д. Б. Бромлей отнес зрелый возраст к треть­ей стадии взрослости (40-55 лет). У Э. Эриксона этот возраст входит в период средней взрослости (от 40-45 лет до 60 лет). В. В. Бунак выделяет в зрелом пе­риоде второй возраст - 46-55 лет для мужчин, 41-50 лет для женщин [71].

Стало быть, в разных периодизациях так или иначе присутствует этап (период, стадия) зрелости по существу содержания, несмотря на разные названия (человек в расцвете сил, второй период среднего зрелого возраста, поздняя зрелость, средняя взрослость, поздняя зрелость четвертого цикла взрослости и т. д.). У всех авторов воз­раст зрелой личности практически одинаков и занимает календарный промежуток человеческой жизни в основ­ном от 40 до 60 лет. Эти границы весьма условны, отно­сительны: наступление новой фазы в развитии человека определяется комплексом социальных и биологических причин и зависит от конкретных социально-экономиче­ских условий индивидуального развития человека. Об­ратим внимание на то, что понятие «зрелость» обычно трактуется двояко: как этап и как качество в психиче­ском развитии человека [78]. Оно сопровождается двумя характеристиками - этапность, что указывает на место в онтогенезе человека, и качество, которое может быть отнесено не только к этапу зрелости, но и к анализу лю­бого периода в индивидуальном развитии человека и личности. Видный отечественный психолог, специалист в области разработки и реализации проблем человекознания Б. Г. Ананьев писал: «Жизненный путь человека - это история формирования и развития личности в опре­деленном обществе, современника определенной эпохи и сверстника определенного поколения. Вместе с тем фазы жизненного пути датируются историческими события­ми, сменой способов воспитания, изменениями образа жизни и системы отношений, суммой ценностей и жиз­ненной программой - целями и смыслом жизни, которы­ми данная личность владеет» [17, 47].

И, наконец, еще одна из специфических проблем - оп­ределение объективных критериев зрелости человека. Ге-терохронность зрелости - это существенная характеристи­ка в индивидуальном развитии человека: не совпадают во времени физическая зрелость, умственная, гражданская и др. Эти трудности привели к тому, что в современной психологической литературе довольно часто понятие «зре­лость» заменяется понятием «взрослость». Весь жизнен­ный путь человека формируется и развивается в процессе непрерывного становления и разрешения разнообразных по своей природе и по своему значению противоречий, ко­торые лежат в основе внутренних конфликтов личности на том или ином этапе жизни или в той или иной конкретной жизненной ситуации. Рассмотрим более подробно вопрос о роли противоречий в жизни человека. Е. А. Донченко [90] называет следующие уровни развития социально-пси­хологического противоречия:

- относительное социально-психологическое равно­весие;

- нарушение равновесия, осложнение, затруднение основных видов деятельности личности;

- невозможность реализации планов, «разрыв жизни».

В последнем случае ставятся под удар фундаменталь­ные для личности основы ее жизни, сложившиеся уста­новки, принципы, вся система мотивации. Этот уровень можно обозначить как кризис жизни, то есть обострение противоречий до предела, до той последней границы, ко­торая определяет в данный момент внутриличностные ре­зервы социальной адаптивной энергии. В результате раз­решения этого уровня противоречий личность может пе­рейти на качественно новый способ жизнедеятельности: то, что служило поводом и причиной для переживания, может перевоплотиться в результате реакции преодоле­ния во внутренний опыт, регулирующий дальнейшие принципы и программу жизнедеятельности.

Остановимся на возрастной периодизации жизненных кризисов зрелой личности. За границей юношеского воз­раста развитие личности не идет линейно, то есть лишь как накопление и расширение раз выработанных мотивационных устремлений и смысловых отношений к миру. Здесь возникают определенные и порой драматические переходы к иным мотивационным путям, к иной смысловой ориента­ции основных видов деятельности. Эти кризисные перио­ды не столь резки, как, скажем, психологический кризис отрочества, не столь строго привязаны к определенным возрастным рамкам. Обычно они проходят более сглаженно, интериоризированно и менее демонстративно, чем кри­зисы детства. Однако общая тенденция к периодическим и достаточно существенным изменениям личности в зрелом возрасте несомненна.

Можно, хотя и достаточно условно, обозначить сле­дующие периоды жизни, с прохождением которых чаще связаны личностные сдвиги: 28-34 года, 40-45 лет, 50-55 лет, наконец, изменение позднего старческого воз­раста [51]. Это время нередких кризисов личности, тогда как развитие в интервалах между обозначенными возрас­тными рамками обычно проходит более сглаженно. Можно предполагать, однако, что именно в эти интервалы проис­ходит постепенное накопление тех противоречий (в част­ности, между операционально-технической, познаватель­ной и смысловой сторонами деятельности), которые пред­станут в явном виде во время кризиса. Указанные сроки можно рассматривать лишь как нормативные, то есть дос­таточно типичные для нормального, не отягощенного бо­лезнями или особыми социальными потрясениями хода развития личности.

Периодизацию кризисов жизненного пути в аспекте смысла жизни рассматривает И. Э. Бекешкина [39]. Нача­лом сознательного смысложизненного определения отме­чается подростковый и юношеский возраст, когда проис­ходит формирование самосознания в целом. Направлен­ность личности носит перспективный характер, личность стремится познать свое жизненное предназначение. В этом возрасте вопрос о смысле жизни («Для чего?») обычно не дифференцируется от представлений о жизнен­ных целях (-«Что делать?»). В возрасте до 25 лет наблюдается самая низкая удовлетворенность смыслом своей жиз­ни. Это закономерно, поскольку период про,6 и ошибок, поиска себя и своего места в жизни всегда связан с отри­цательными эмоциями, состоянием неопределенности и неуверенности в себе. В интервале 25-30 лет удовлетво­ренность смыслом жизни резко возрастает. Это период ин­тенсивного самоутверждения, реализации своих жизнен­ных целей и планов, период первых серьезных успехов, признания, рождения детей и т. д. В возрасте около 30 лет - первая возможность жизненного кризиса. Жизнь, деятельность, предшествующие выборы переоценивают­ся, теперь уже с позиции их значимости для принимаемых личностью ценностей. В период от 30 до 40 лет удовлетво­ренность смыслом жизни снова возрастает. Личность ин­тенсивно самореализуется, прежде всего в профессио­нальной сфере. Но около 40 лет опять наступает кризис, который исследователи называют кризисом середины жизни. Это время прощания с молодостью, расставания с иллюзиями, необходимости перестроить жизнь и оты­скать в ней новые жизненные цели. Критическая зона пес­симизма приходится отнюдь не на старость, а на возраст 40-42 года. Р. Гаулд, Д. Левинсон, Д. Вейлант характери­зуют этот возраст как «взрыв в середине жизни», когда возникает впечатление, что жизнь проходит зря. И очень важно для дальнейшей жизни личности, что она решит в этот период - «полжизни впереди или полжизни поза­ди» [39,143]. В других типологиях жизненного пути, про­водимых, в частности, А. В. Толстых [293], также отмеча­ется особая роль возраста середины жизни, что позволило нам принять возраст 40 лет за некую точку, символизи­рующую середину жизненного пути.

Удовлетворенность жизнью резко повышается после 50 лет. Это связано не с тем, что это очень счастливая пора в жизни человека (как раз показатели ощущения счастья в старости падают), а с приходом особой мудрости - с благодарностью принимать то, что есть и не требовать невоз­можного. Здесь преобладает ретроспективное подведение итогов прожитой жизни.

В схеме процесс развития противоречия выглядит так. Вначале появляется изменение прежних отношений, запросов, требований к окружающему миру. Это сигнал происходящей глубокой внутренней работы. Следующий этап - в той или иной степени осознание происшедшего. И, наконец, последний этап - укоренение нового в миро­воззрении, то есть появление новых конкретных отноше­ний к миру, новых требований к себе и другим, новых по­вседневных действий и привычек. Переломы и сдвиги в развитии возникают, когда налицо несоответствие меж­ду наличными возможностями, областью знаний и уме­ний - и системой смысловых связей с миром. В точках значительного расхождения этих сторон деятельности и происходят кризисы зрелости. «Нормальная личность -это вовсе не личность, лишенная, внутренних противоре­чий и трудностей, - подчеркивает Б. С. Братусь. - Но личность, способная внутренне принимать, осознавать и оценивать эти противоречия, способная самостоятельно и продуктивно разрешать их в соответствии со своими наиболее общими целями и нравственными идеалами, что ведет к все новым и новым стадиям, ступеням разви­тия» [51, 12].

Социальное время, предъявляя свои требования чело­веку, четко обозначает, в какой период он должен уложить­ся, чтобы социально не отстать, «успеть». Это обуславли­вает стратегии организации времени человеком. Стратегия «опережения» реального времени, планирование своих действий «наперед» является стратегией активного преоб­разования, превращения времени в условие своего разви­тия, реализации своих задач и т. д. Стратегия «запаздыва­ния» предполагает пассивное перераспределение времени, которое не используется для развития, не выделяется в свободное время. Говоря о типологии отношения челове­ка ко времени собственной жизни, В. И. Ковалев [122] ука­зывает на следующие критерии:

- степень жизненной противоречивости и ее разре­шения;

- степень творческой напряженности жизнедеятель­ности;

- степень широты и глубины фундаментальных отно­шений индивида с действительностью;

- степень осознанности течения времени жизни;

- степень реалистичности отражения изменений дей­ствительности и обуславливаемых ими отношений ко вре­мени жизни;

- мера этичности реализации жизненного времени. На основании этих критериев выделяются следующие типы регуляции времени:

1. Стихийно-обыденный тип: личность находится в за­висимости от событий и обстоятельств жизни. Она не ус­певает за временем, не может организовывать последова­тельность событий, предвосхищать их наступление или предотвращать осуществление. Этот способ организации времени жизни характеризуется ситуативностью поведе­ния, отсутствием личностной инициативы, то есть кратко­срочной и пассивной регуляцией.

2. Функционально-действенный тип: личность актив­но организует течение событий, направляет их ход, свое­временно включается в них, добиваясь эффективности. Однако инициатива охватывает только отдельные перио­ды течения событий, но не их объективные или субъектив­ные последствия; отсутствует длительная регуляция вре­мени жизни. Данный тип является примером краткосроч­ной активной регуляции времени.

3. Созерцательный тип: личность пассивно относится ко времени, у нее отсутствует четкая организация времени жизни.

4. Созидательно-преобразующий тип: личность осу­ществляет организацию времени, связывая его со смыслом жизни, с решением общественных проблем, творчески ов­ладевает временем.

Становление человека субъектом собственной жизни означает, таким образом, его самоопределение не только по отношению к отдельным событиям, но и к жизни в целом. •«Оптимальная форма проявления способности к регуля­ции времени - это организация жизни как единого целого, самостоятельное определение жизненных периодов, фаз, занятий, их последовательности и смысловой иерархии», -отмечает К. А. Абульханова [3, 133]. Отдельные события в этом случае выстраиваются личностью в единую логиче­скую цепь, и обстоятельства организуются в соответствии с этой линией.

Говоря о соотношении понятий «развитие» и «воз­раст», В. И. Слободчиков подчеркивает, что возраст явля­ется формой развития, так как именно он позволяет рас­членить весь временной интервал жизни на отдельные, от­граниченные периоды. Содержание времени жизни и ее оформленность заданы развитием, которое честь способ существования любой органической системы. Соответст­венно периодизация ее развития предполагает смену (че­редование) стабильных периодов критическими... смену периодов становления периодами реализации (функцио­нирования) некоторых подсистем - превращение предпо­сылок в условия и способы движения системы; а главное, переходы с одного уровня (ступени) развития на другой - более высокого порядка...» [266,41].

Таким образом, жизненный путь представляет собой определенную жизненную линию данного человека, пре­емственную по своим стадиям; протяженность и последо­вательность времени его жизни, с кризисами, как движу­щей силой развития, с узловыми точками - событиями, по­влиявшими на его дальнейшие качественные изменения.

Кризис - понятие многоаспектное, поскольку истори­чески на теорию кризисов повлияли в основном четыре ин­теллектуальных движения: теория эволюции и ее прило­жения к проблемам общей и индивидуальной адаптации; теория достижения и роста человеческой мотивации; под­ход к человеческому развитию с точки зрения жизненных циклов и интерес к совладанию с экстремальными стресса­ми [361; 390; 408]. Одна из главных отличительных черт теории кризисов, согласно G.F. Jacobson, состоит в следую­щем: теория кризисов подчеркивает не только возможные патологические следствия кризиса, но и возможности рос­та и развития личности [390, 816]. Связывает все эти на­правления понимание того, что жизненные события квали­фицируются как ведущие к кризису, если они создают по­тенциальную или актуальную угрозу удовлетворению по­требностей (там же).

В литературе выделяются четыре последовательные

стадии кризиса [62, 45-47]:

1) первичный рост напряжения, стимулирующий при­вычные способы решения проблем;

2) дальнейший рост напряжения в условиях, когда эти способы оказываются безрезультатными;

3) еще большее увеличение напряжения, требующее мобилизации внешних и внутренних источников;

4) если все оказывается тщетным, наступает четвертая стадия, характеризуемая повышением тревоги и депрес­сии, чувствами беспомощности и безнадежности, дезорга­низацией личности.

Кризис может кончиться на любой стадии, если опас­ность исчезает или обнаруживается решение.

Внутренней необходимостью жизни личности стано­вится реализация своего жизненного замысла. В состоянии внутреннего конфликта человек испытывает проблемную напряженность всего своего поведения. Эта напряжен­ность возникает не сразу, а постепенно накапливаясь. Относительное социально-психологическое равновесие в ка­кой-то момент нарушается, что приводит к затруднениям, осложнениям в основных видах деятельности (взрослый человек проецирует психологический дискомфорт на про­изводственные дела, на общение с коллегами, друзьями). Далее по нарастающей происходит «разрыв жизни»: чело­век не может выполнять свои жизненные функции, пока не разрешит противоречие. И это уже жизненный кризис, при котором социально-психологическое противоречие обост­ряется до той последней границы, которая определяет в данный момент внутриличностные резервы социальной адаптивной энергии. Совсем не редкость сегодня, когда взрослый человек в середине своего жизненного пути му­чительно пытается найти ответы на вопросы: как жить дальше? (Правда, заметим, что для возникновения соци­ально-психологического противоречия необходимо нали­чие развитой структуры личности, ее «Я», достаточно вы­сокого уровня развития системы высших чувств и ценно­стей человека).

Ближе к сорока годам человек начинает отчетливо осознавать, насколько расходятся его мечты, жизненные планы с ходом и результатами их осуществления. Жизнь, как правило, более сурова, вносит свои коррективы в заду­манные еще в молодости планы. Время неумолимо движет­ся вперед, и взрослый человек совсем не уверен, что он ус­пеет сделать все, что хотелось бы и что некогда казалось ему вполне по силам.

Серьезные изменения претерпевает область сексуаль­ных отношений (одни охладевают к интимной жизни, дру­гие смотрят на представителей своего пола как на потенци­альных «соперников»'). В целом взаимоотношения полов становятся более спокойными, качественно меняются лич­ностные отношения, становясь более глубокими и весьма интересными по содержанию. Вместе с тем потеря внеш­ней привлекательности и вообще расставание с молодостью для многих мужчин и женщин сопровождается пе­риодом тяжелой депрессии [345), при которой человек субъективно испытывает, прежде всего, тяжелые, мучи­тельные эмоции и переживания - подавленность, тоску, от­чаяние, общую пассивность поведения и т. п. Творческие люди сетуют на то, что с возрастом прибывает мастерство, возникают все более интересные замыслы, заманчивые проекты, но при этом столь же стремительно убывают си­лы. Замечено [293], что частота смерти творческих работ­ников (особенно поэтов, художников, актеров) между 30 и 40 годами, к сожалению, возрастает. Не каждому оказыва­ется под силу успешная перестройка, но если человек пре­одолевает трудности, внутренние конфликты, то, как пра­вило, сохраняет свой творческий потенциал, более того - достигает качественно новых высот.

Кризис середины жизни имеет объективные причины и предполагает существенную перестройку личности с уче­том изменения положения человека в жизни. Нужна зна­чительная гибкость в поведении, общении, манерах с тем, чтобы они соответствовали его возрасту. Уже неадекват­ным будет юношеский максимализм, излишняя эмоцио­нальность; серьезные трудности в отношениях с людьми могут возникнуть, если человек средних лет будет прояв­лять умственную и поведенческую жесткость, неумение или нежелание адаптироваться, разумно приспосабливать­ся к изменяющимся условиям жизни. Количество проблем во взрослой жизни (по сравнению с периодами юности, мо­лодости) не убавляется, а, наоборот, возрастает. И если взрослый человек осознает и оценит реальное положение вещей, с учетом этого наметит новые цели или скорректи­рует старые, он вполне благополучно преодолеет этот «пе­ревал». Специалисты утверждают, что самым опасным в период этого возрастного кризиса следует считать со­стояние застоя, при котором прогрессивного развития лич­ности не происходит. И, напротив, разумная и адекватная переоценка ценностей в середине жизни приведет к глу­бинному обновлению личности, создаст благоприятные предпосылки для успешного «вхождения» в следующий период - период зрелости, к росту удовлетворенности не только на период зрелости, но и на более поздние годы. Ис­следованиями отечественных и зарубежных ученых пока­зано, что важнейшим самоощущением взрослого человека должно быть чувство неуспокоенности (Б. Г. Ананьев, Л. П. Гримак, Е. А. Климов, А. А. Бодалев, Н. Н. Обозов, Е. Ф. Рыбалко, А. В. Толстых, Э. Франкл, Т. Ханна, Э. Эриксон и др.). Сущность жизни фактически состоит в преодолении трудностей, сомнений, болезней и страда­ний (в том числе достаточно назвать столь печальные син­дромы, как вьетнамский, афганский, чеченский с их специ­фическими последствиями в период взрослости). Но сущ­ность жизни заключается и в созидании нового ощущения жизни, превращения ее потенциально разрушительных со­бытий в точки совершенствования человека.

Обратим внимание на то, что кризис зрелости (как и другие возрастные кризисы) несет в себе положительное на­чало, так как способствует самопознанию и самосовершен­ствованию, то есть качественным новообразованиям в пси­хике. Однако то, каким будет переживание кризиса, приве­дет ли оно к депрессии, застою или к созиданию, будет зави­сеть от уровня развития личности. В то же время процесс ее развития зависит от уровня и степени социальной активно­сти и продуктивности самой личности как субъекта обще­ния, познания и деятельности, как индивидуальности.

Представление о зрелости как расцвете личности важ­но с точки зрения собственно современных проблем психо­логии зрелости. По мнению многих психологов, с началом периода зрелости развитие как таковое прекращается; вме­сто него происходит простое изменение отдельных психи­ческих характеристик. Так, швейцарский психолог Э. Клапаред считал, что зрелый возраст равносилен остановке в развитии, «окаменелости». В Комитете по развитию че­ловека при Чикагском университете «задачи развития» никак не сформулированы именно по отношению к зрелой личности. Надо полагать, что причиной этому служит имеющая место и в современной психологии трактовка зрелости как цели развития и одновременно его конца. Вместе с тем многочисленными исследованиями отечест­венных и зарубежных ученых показано, что процесс разви­тия человека принципиально безграничен, так как разви­тие представляет собой основной способ существования личности. Как и в предыдущие периоды, развитие лично­сти на этапе зрелости имеет свои специфические психоло­гические особенности. В самом общем виде они сводятся к следующему: продолжение выполнения профессиональ­ных и социальных ролей (они могут поочередно домини­ровать и ослабевать); уход детей из родительской семьи и изменение в связи с этим образа жизни (некоторые жен­щины, например, возвращаются на производство, к своей профессиональной деятельности); менопауза; изменения в физическом и интеллектуальном развитии и др. По мно­гим экспериментальным данным, средняя точка этой ста­дии развития находится между 45-50 годами.

Во многих главных чертах люди одного возраста похо­жи (и зрелость не является исключением). Однако чем дальше мы попытаемся продвинуться в глубину жизненно­го пути конкретного человека, тем более значимыми пред­станут различия, по сравнению с его (ее) сверстниками (сверстницами), более многообразными будут индивиду­альные особенности существования.

Как отмечалось ранее, индивидуальному развитию че­ловека присущи противоречия и гетерохронность (нерав­номерность), что является, в свою очередь, существенной характеристикой в определении зрелости (незрелости) той или иной структуры психики человека как индивида и лич­ности. Изучены и описаны явления гетерохронности общесоматического, полового и нервно-психического созрева­ния. При этом замечено, что чем старше возраст, тем более заметна гетерохронность, а на стадии зрелости возрастает и вариативность несовпадений. Обратимся к характеристике зрелости как качеству в психическом развитии человека, представленному в фундаментальном исследовании по проблемам человекознания - в монографии Б. Г. Ананьева «Человек как предмет познания». Общесоматическая и по­ловая зрелость человека как индивида определяются био­логическими критериями. Однако нервно-психическое раз­витие не укладывается полностью в рамки физического со­зревания и зрелости. Интеллектуальное развитие человека имеет свои критерии умственной зрелости, которые зави­сят от конкретной системы образования в конкретную ис­торическую эпоху. Иными словами, умственная зрелость как свойство психического развития личности и ее крите­рии носят исторический характер. В еще большей степени к социальному формированию Относятся многочисленные проявления гражданской зрелости, с наступлением кото­рой личность становится юридически дееспособной, приоб­ретает гражданские права (например, избирательное право) и т. д. Гражданская и личностная зрелость варьируют в за­висимости от общественно-экономического устройства со­циума, национальных особенностей, традиций и никак не зависят от физического развития человека. Существенное значение в общественной жизни имеет определение трудо­вой зрелости (полного объема трудоспособности), крите­рии которой во многом зависят от состояния физического и умственного развития человека.

Экспериментальные исследования возрастных изме­нений психических функций у людей в возрасте 41-46 лет показали, что активное обучение и самообразование сохра­няют их на высоком уровне развития и создают лучшие по­тенциальные возможности для более продуктивной позна­вательной деятельности. Вместе с тем обнаружено, что наиболее высокий уровень развития у 41-46-летних людей имеет функция внимания и самый низкий уровень харак­терен для функции памяти. Наиболее значимые повыше­ния уровня развития психических функций имеются в 41 и 44 года, а наиболее заметные снижения отмечаются после 44 лет (в 45 и 46 лет). Это еще раз подтверждает принципи­альное теоретическое положение возрастной психологии о гетерохронности созревания, сохранения и угасания раз­личных психических функций в структуре психики чело­века на протяжении его онтогенеза.

Таким образом, заключает Б. Г. Ананьев, «наступление зрелости человека как индивида (физическая зрелость), личности (гражданская), субъекта познания (умственная зрелость) и труда (трудоспособность) во времени не совпа­дает, и подобная гетерохронность зрелости сохраняется во всех формациях» [17,109].

Интересный анализ степени зрелости личности и ее жиз­ненных отношений осуществлен Е. Б. Старовойтенко [276]. Ею предложена целостная философско-психологическая концепции развития высших отношений человека к жизни (познания и преобразования жизни, утверждения гуманных этических начал, самопознания и самоизменения в жизни). Одновременно проводится мысль о том, что нет прямой за­висимости формирования социально необходимого типа личности от степени сформированности высших (зрелых) отношений человека к жизни. Личность неповторима. Даже при типологизации многообразие ее проявлений довольно велико: общественно открытые и замкнутые в кругу узко­личных отношений; деятельные, активные и пассивные, без­деятельные; альтруисты и эгоисты; самостоятельные и зави­симые; созидатели и разрушители; гармоничные и противо­речивые и т. д. Различия типов определяются следующими

факторами:

1) полнотой, глубиной, разносторонностью связей личности с обществом;

2) активностью человека в освоении разных форм об­щественной деятельности;

3) эффективностью развития личности как субъекта общественной деятельности и отношений;

4) уровнем сознательной организации человеком сво­ей общественной жизни;

5) мерой преломления во внутренних свойствах инди­вида прогрессивных и регрессивных общественных тен­денций;

6) устойчивостью и объемом социально значимых по­зиций личности;

7) уровнем продуктивности деятельности и масшта­бом перемен, совершаемых человеком в общественных от­ношениях и в собственной жизни.

Используя положения и выводы, содержащиеся в фи­лософских, социологических и психологических исследо­ваниях, Е. Б. Старовойтенко дает развернутое структур­ное описание типов отношений, которые необходимы лич­ности для полноценного включения в процессы совершен­ствования общества и характеризующих ее как социально зрелую. В эту структуру входят: зрелое интеллектуальное отношение к жизни; деятельностно-продуктивное отно­шение к жизни; зрелое профессиональное отношение к жизни; социально-активное отношение к жизни; зрелое нравственное отношение к жизни; эстетическое отноше­ние к жизни; осознанное отношение к жизни как зрелое отношение личности к себе - субъекту жизни. Решающим признаком зрелости является осознание человеком ответ­ственности и стремление к ней. Психологически ответст­венное лицо - это личность, отвечающая за содержание своей жизни, прежде всего перед собой и другими людьми. Зрелый человек занимает срединное положение между своими родителями, вступившими в пору старости, и своими собственными детьми, которые в это же время сто­ят на пороге самостоятельной жизни. И если в семье три поколения, то требуется серьезная перестройка ее жизне­деятельности. Эстафета ответственности передается зре­лому поколению за все стороны жизни (духовной, матери­альной и др.) в семье, что делает зрелого человека главой семьи. Ценности зрелых людей начинают играть ведущую роль и в жизни общества: они могут утверждать свои вку­сы, свой образ жизни, стиль деятельности и т. д. В этом возрасте большинство людей достигает вершины профес­сиональной и общественной карьеры, в их руках сосредо­точены функции управления в самых разнообразных сфе­рах общественной жизни, в управленческих структурах государства (директора предприятий, ректоры вузов, на­учные руководители, министры, депутаты, губернаторы и т.д.). Зрелый человек и сегодня занимает центральное место в общественной и возрастной структуре общества, в нем завязаны главные «приводные» ремни» государст­венного, общественного и хозяйственного механизмов. И роль эта из разряда «главных». Вместе с тем зрелого че­ловека поджидают и немалые испытания. В профессио­нальной и социальной роли ему приходится переживать так называемую «предметную смерть», «кризис идентич­ности», уход из родительской семьи детей, уход из жизни родных, близких и знакомых. Эмоциональные затраты растут с возрастом. Эмоциональные перегрузки приводят к стрессовым ситуациям.

В период зрелости в организме человека происходят очень серьезные половозрастные изменения, во многом предопределяющие стрессовые состояния. Сердечно-сосу­дистая патология стала одной из ведущих причин смертно­сти в развитых странах мира. Для мужчин сердечно-сосу­дистые заболевания становятся опасными уже к 50 годам. Симптомы артрита и тромбофлебита появляются у муж­чин на 10 лет раньше, чем у женщин, а первый сердечный приступ - раньше на 20 лет. Эту особенность специалисты объясняют различным гормональным фоном: андрогены способствуют увеличению содержания холестерина в сы­воротке крови, а эстрогены этот уровень понижают. Только в постклимактерический период, когда количество эстро­генов в организме женщины понижается, риск сердечно­сосудистых заболеваний усиливается и для нее. Такие бо­лезни, как гемофилия, некоторые типы мышечной дистро­фии, дальтонизм, подагра, грыжа, язвенная болезнь чаще встречаются у мужчин. Страх перед болезнью и возмож­ной смертью порождает стрессовые состояния, описывае­мые Дж. Виткин [66]. Как отмечают сами мужчины, у них появляется суетливость и раздражительность, нарушение сна, а после 50 лет - расстройство функций половой систе­мы. Близкие женщины отмечают у них следующие измене­ния: грубость в общении с близкими, замкнутость, повы­шенный аппетит, злоупотребление алкогольными напитка­ми, неосознанное курение. Иногда хроническая усталость, «трудоголизм» (чрезмерное увлечение работой при увели­чении ее объема, чтобы ощутить свою значимость и под­нять свой интерес к ней), повышенная рассеянность и др.

Главные изменения, происходящие в организме жен­щины в период зрелости, связаны с наступлением климак­терического периода, характеризующегося «общими воз­растными инволюционными нарушениями в организме, на фоне которых происходят возрастные климактериче­ские изменения репродуктивной системы»- [140]. В предменопаузе у женщин появляются морщины на коже лица и шеи, увеличивается отложение подкожного жира. В по­стменопаузе на коже кистей рук появляются пигментные пятна, волосы седеют и редеют, ломкими становятся ногти на руках и ногах, разрушаются зубы. Ухудшаются слух и зрение, уменьшаются мышечная сила, точность и быстро­та движений, жизненная емкость легких; повышается чув­ствительность к изменению температуры окружающей среды и к перемене климата. Не углубляясь в медицин­ские аспекты, обратим внимание на два момента. Во-первых, при физиологическом (естественном, закономерном) течении климакса перечисленные изменения возникают постепенно и развиваются медленно, некоторые из них не возникают вообще или появляются только в период ста­рости. Во-вторых, при патологическом течении климакте­рического периода, который, по утверждению специали­стов, возникает практически у каждой второй-третьей женщины, состояние и самочувствие женщины более трудное. Расстройство сна, головные боли, сердцебиение, головокружение, колебания артериального давления, об­морочные состояния и др. Очевидно, что в тяжелых случа­ях необходима врачебная помощь (профессиональная ди­агностика причин, адекватное лечение и т.д.). Но многое можно предупредить заранее. Прежде всего, это знание женщины о характере изменении, происходящих в орга­низме и половой системе с возрастом и наступлением кли­мактерия как переходного физиологического периода жизни (в среднем от 6 до 18 месяцев).

Очень важно в зрелом возрасте уметь сохранять эмо­циональную стабильность в любых стрессовых ситуаци­ях, находить возможности для осмысления происходя­щих изменений (физических, физиологических, психоло­гических и т. п.). Физиологические и психологические причины - угроза неосуществления жизненно важных целей (по разным причинам, в том числе и потому, что у человека остается небольшой запас сил и времени, на­пример, к концу периода зрелости). Для человека зрелых лет оказывается очень трудным переход от состояния максимальной активности, бурной деятельности, прису­щей периоду «акмэ», к ее постепенному свертыванию. Подтачивается здоровье, меньше становится сил, возни­кает объективная необходимость уступить место новым поколениям при субъективном нежелании, внутреннем сопротивлении это сделать, так как сегодня человек в свои 50-60 лет субъективно не ощущает себя «старым».В этих сложных жизненных ситуациях, кажущихся порой безвыходными, жизнь не утрачивает смысла и ценности, если научиться подчинять себе обстоятельства (разумеет­ся, там, где это возможно и целесообразно), развить спо­собности управлять своими эмоциями, способности к са­моанализу и саморегуляции поведения.

В современной психологической литературе можно найти множество толкований возрастного кризиса. Одни подчеркивают перелом, внезапные изменения в ходе раз­вития, влекущие за собой перемены в поведении, образе жизни, мыслях и представлениях. Другие делают акцент на психологических нарушениях, сопровождающихся страда­ниями, депрессией, невротизацией, что приводит к психо­логической дезадаптации. В решении этих важных практи­ческих задач весьма существенную помощь может оказать овладение так называемым саногенным мышлением [213], то есть мышлением, которое способствует снятию внутрен­ней напряженности, вытеснению обид, комплексов и др. При анализе реадаптации личности в условиях возрастно­го кризиса не менее важное значение имеет понятие «вре­менной трансспективы» как сквозного видения из настоя­щего в прошлое и будущее. Ее структурно-динамическими компонентами, по В. И. Ковалеву [122], являются:

- временная перспектива - определенный психиче­ский образ будущего, процесс конструирования и модели­рования конкретного достижимого будущего;

- временная ретроспектива - специфический способ восстановления и воспроизведения в актуальной памяти прошлых жизненных событий, а также установление связи объективного и субъективного прошлого с настоящим.

Отвечая на вопрос: «Чем значимо настоящее и чем бу­дущее, в чем психологические различия и в то же время единство тогой другого?», В. Г. Асеев выделяет ряд законо­мерностей [28]. Ближайшие точки времени и пространст­ва, по его мнению, значимы своей известностью, конкретной реальностью, непосредственностью воздействия на че­ловека, тем, что они уже выявились как значимые. Настоя­щее актуально тем, что именно в нем развертываются акту­альные затраты функциональных и иных возможностей человека. Это непосредственное «материальное» взаимо­действие личности с предметным миром и с другими людь­ми можно обозначить как динамический исток значимо­сти. Отдаленные точки времени и пространства значимы тем, что они могут содержать в силу непосредственности детерминации и обширности «пространства» гораздо бо­лее значимые образования, чем образования, развернутые в ближайших точках. То, что может произойти в будущем, в некотором смысле богаче и разнообразнее того, что фак­тически произошло или скоро должно произойти. Это со­держательно-смысловое отражение человеком действи­тельности через «желательное - нежелательное» можно обозначить как содержательный исток значимости, иду­щий в основном от будущего. Текущие мгновения времени и ближайшая зона пространства одновременно и наименее значимы в том смысле, что в них по сравнению со всей сфе­рой времени и пространства человек не может разместить достаточно длительные или обширные части деятельно­сти. Большие, содержательно значимые жизненные цели, как правило, требуют значительной пространственно-вре­менной перспективы. Чем ближе временная зона, тем она уже, вмещает в себя меньше событий и в этом смысле ме­нее значима. В данном отношении перспективное время гораздо обширнее и более значимо, но в отличие от значи­мости ближайшей зоны не в динамическом, а в содержа­тельно-смысловом плане. Можно условно сказать, что про­блема настоящего - это, скорее, проблема средств, а про­блема будущего - скорее, проблема целей.

С одной стороны, настоящее и прошлое в жизнедея­тельности - это динамическая зона в том смысле, что она включает совершенное, сделанное, реализованное человеком «в материале», в поступках, это его следы в предмет­ном и материальном мире. Будущее - это содержательная зона, поскольку в отношении ее человек активен только в своих планах, ожиданиях, переживаниях. Но, с другой стороны, прошлое в его динамическом плане человек из­менить уже не способен, а может лишь переживать, пере­осмысливать его, смещая субъективные значимые акцен­ты с одних событий на другие, то есть осуществлять чисто содержательную активность. В то же время будущее в зна­чительной мере находится во власти человека также и в динамическом плане: на предстоящие события он может влиять реально, осуществляя свои побуждения. В настоя­щем есть прошлое: то, что отживает, не имеет временной перспективы, что хотя живет еще «физически»-, но отжило в смысловом плане, «морально» и т. д. В настоящем есть и будущее, то есть то, что еще только зарождается, олице­творяет перспективу, чего еще, может быть, нет «физиче­ски», но что уже становится силой по смыслу, в стремле­ниях, оценках, ожиданиях, планах. Старое может быть динамически мощным, но с угасающим количеством смы­словых связей. Новое вначале обычно динамически слабо, но характеризуется богатыми смысловыми связями, как раз и определяющими перспективность его динамическо­го развития в будущем.

Следовательно, можно сделать вывод о том, что акту­альность каждой точки психологического времени имеет двухмодальную природу, представляет собой единство двух противоречивых моментов: содержательного и дина­мического. Содержательная модальность значимости, об­ращенная в будущее, может в принципе увеличиваться бесконечно. Но с отдалением от настоящего одновременно уменьшается вторая, динамическая модальность значимо­сти, что отражает уменьшение действенности, способности «предвидения» событий и реального переживания их как актуальных. Разумеется, у каждого человека этот динамический предел действенности его целей, убеждений, идеа­лов индивидуален; люди очень значительно отличаются в этом отношении друг от друга. Но важно, что этот предел всегда существует и строится по вполне определенным за­кономерностям.

Каждый инструмент отсчета времени обслуживает свой актуально значимый диапазон, за пределами которого в обе стороны простираются зоны незначимого для данной задачи времени - либо слишком обширного, либо слиш­ком узкого. Подобно этому и каждый человек имеет две та­кого рода зоны относительно незначимого времени и типо­логически - по складу личности, по сложившемуся образу жизни - он характеризуется оптимальным для него вре­менным периодом жизнедеятельности. Это определяет план поведения и всей жизни, действенность тех или иных целей, идеалов, а также соответствующих стимулов.

Таким образом, наиболее значимые для личности си­туации, сопровождающиеся специфическими формами пе­реживания времени, приобретают статус жизненно важ­ных событий, которые становятся вехами на жизненном пути человека. Их содержание определяет основное содер­жание человеческой жизни, а взаимосвязь - отношения длительности и последовательности, принадлежности к прошлому, настоящему и будущему - временную струк­туру жизни, на основе осознания которой формируется ин­дивидуальная концепция времени.

В. И. Ковалев [122], рассматривая психологическое время в онтогенезе, выделяет следующие уровни его инди­видуально-психологической организации:

1. Субъективно переживаемое время - индивидуаль­ные эмоциональные переживания как психическая форма выражения организменного (ритмического, циклического) биологического времени и отражения внешних раздражи­телей и воздействий окружающей среды в их специфиче­ски временном проявлении.

2. Перцептуальное время образуется в процессе воспи­тания и обучения ребенка человеческим формам поведе­ния. У него постепенно формируется адекватное воспри­ятие временных особенностей окружающей среды - дли­тельности и последовательности, скорости физических и социальных процессов и событий окружающего мира.

3. Личностное время (с включением в общественную деятельность) - человек накапливает определенный собст­венный жизненный опыт, научается осуществлять свою деятельность во времени, становится способным созна­тельно ставить более отдаленные жизненные цели и начи­нает решать жизненные задачи, способствующие его разви­тию как личности. Психологически в качестве личностно­го времени выступает осознанно деятельная и деятельно осознаваемая организация индивидом процессов воспри­ятия, воспоминания и предвосхищения, переживания и от­ношения к объективному времени его жизни, действий с ним. Эта организация объективно выражается в практи­ческом использовании и распределении объективного фи­зического и общественного времени на конкретные заня­тия, дела и поступки, выполняемые и осуществляемые ин­дивидом в повседневной жизнедеятельности.

4. Субъектное время - выход на уровень созидатель­ного преобразования времени жизни. Это уровень актив­ной жизнедеятельности, включающий целенаправленное волевое воздействие на объективные условия и обстоя­тельства собственной жизни и деятельности в развиваю­щем личность временном направлении и наполнении, напряжении и ускорении. Такая жизнедеятельность пред­ставляет собой долговременную смысложизненную орга­низацию волевых усилий, действий и поступков в соотне­сении с обстоятельствами индивидуальной и обществен­ной жизни.

5. Индивидуалъностное время - универсальная жизне­деятельная способность становится живой системой неотъемлемых характерологических качеств, индивидуали­зированных черт личности и делает человека сознатель­ным творцом его жизненного времени. Время индивиду­альности характеризуется достаточно высокой степенью психологического совершенства личности - оптимальной интеграцией эмоционально-чувственных, интеллектуаль­ных и волевых процессов, опосредующих и регулирующих индивидуальное осуществление времени жизни.

Личность имеет определенную историю жизни и дея­тельности, итогом чего является специфический жизнен­ный опыт; индивидуальная жизнедеятельность развернута во времени. Все это динамически организовано на опреде­ленном временном срезе - возрасте и промежутке време­ни - периоде жизни. Вся история жизни и деятельности, спрессованная в жизненном опыте, все ближние и дальние жизненные планы и задачи, будучи свернуты в целостном акте жизнедеятельности, постоянно создают и расширенно воспроизводят полнокровно и плодотворно живущую и действующую личность.

Личностная зрелость проявляется в умении соединять свои индивидуальные особенности, свои статусные, воз­растные возможности, собственные притязания с требова­ниями социокультурной ситуации. Способность осуществ­лять это соединение можно определить как реадаптивную жизненную стратегию. В этой стратегии можно выделить три основных признака:

1. Выбор основного для человека направления, спосо­ба жизни, определение ее главных целей, этапов их дости­жения и соподчинения. Способность личности к организа­ции жизни, решению ее противоречий и построению цен­ностных отношений - это жизненная позиция, реализация которой во времени и обстоятельствах жизни определяет­ся как жизненная линия. В свою очередь, жизненная линия есть определенная последовательность (или непоследова­тельность) личности в проведении, реализации своей жизненной позиции, верность себе, своим принципам и отно­шениям в изменяющихся обстоятельствах.

2. Решение противоречий жизни, достижение своих жизненных целей и планов. Способы решения противоре­чий, желание их решать или уход от них есть особые жиз­ненные качества личности. Одни противоречия носят субъективный характер и обусловлены особенностями са­мой личности; другие же возникают в процессе объектив­ного хода жизни.

3. Творчество, созидание ценностей своей жизни, то есть такой способ решения личностью жизненных задач, который позволяет индивиду полностью раскрыть свои сущностные силы, подлинные человеческие способности и внести свой оригинальный, индивидуальный вклад в цен­ности общества, в совершенствование общественных и межличностных отношений, в обогащение собственного духовного мира.

Стратегия является некоторым универсальным зако­ном, способом самоосуществления человека в различных сферах его жизни. Несмотря на отсутствие каких-либо критериев и норм, по которым можно было бы оценивать жизнь человека извне, он сам имеет главный и безошибоч­ный критерий - удовлетворенность или неудовлетворен­ность жизнью [3].

Развитие личности в зрелом возрасте связывается на­ми не просто с сохранением способности к творчеству, мо­тивации на уровне осознания смыслов, но и непрерывного их совершенствования. Любая остановка в этой непрерыв­ности может быть чревата застоем и деградацией личности. Развитие отношений, в отличие от изменения, - это не просто движение во времени жизни, вдоль жизни, а подъ­ем к новому качеству ее осуществления. Выход из возрас­тного кризиса зрелости в первую очередь опосредуется предметной деятельностью, как внутренней, так и внеш­ней. Для зрелого человека «реадаптационным» видом деятельности становится деятельность профессиональная. Однако его профессиональный путь, в свою "очередь, под­вержен катаклизмам, особенно в ситуации миграции.