§ 4. Статья

Термином «статья» объединяются весьма разнообразные га­зетные и журнальные тексты, которые характеризуются логичес­кой схемой большой глубины и широтой анализируемого фактического материала, обобщение которого и дает автор.

Жанрообразующие композиционно-языковые

признаки статьи

При всем разнообразии статей читатель ощущает их сход­ство, и можно назвать черты, которые объединяют все многочис­ленные вариации. Это, во-первых, логизированность композиции, во-вторых, языковые средства, передающие обобщенность пред­мета речи (например, на уровне морфологии существительные в единственном числе, имеющем значение класса предметов; нас­тоящее время со значением признака предмета), в-третьих, раз­личные конструкции, позволяющие сжимать информацию (напри­мер, абстрактные существительные, выступающие наименованием ситуации; причастные и деепричастные обороты; однородные чле­ны предложения), в-четвертых, различные конструкции, передаю­щие отношения между явлениями (глаголы отношения, союзы, обо­роты связи). Как видим, эти средства роднят газетную статью с научным функциональным стилем (См.: Кожина 1966:159-167; Ва­сильева 1976; Лариохина 1979).

Напомним приведенный ранее текст «Демографическая раз­руха - в головах!». Он выполнен в настоящем времени, формы эти фиксируют типичное положение дел, есть и единственное число с собирательным значением в первых же строках статьи: Печаль­но, но факт: рождение ребенка, особенно второго, третьего, открывает современной семье дорогу к бедности. Сформу­лирована закономерность, выбраны самые типичные для этого язы­ковые средства.

Текст насыщен абстрактными существительными, обознача­ющими ситуацию: Что может этому противопоставить власть? Только ответственную информационную политику. Активную работу с общественным мнением, поддержку «се­мейной» социальной рекламы, пропаганду здорового образа семьи (= власть должна работать с общественным мнением, под­держивать социальную рекламу, пропагандировать здоровый об­раз семьи). Такая насыщенность абстрактными существитель­ными идет от общей книжности жанра.

Изложение здесь ориентировано на непринужденное общение с читателем, поэтому логические связи в основном поддержива­ются за счет четко выстроенных смысловых отношений без спе­циального обозначения их лексическими средствами. Но и в этих условиях в первую очередь для выражения причинно-следствен­ного значения используются лексические единицы: чтобы доби?пь- ся этого; вот почему задача государства...

Уже зашел разговор о стилистическом оформлении статей. Можно выделить две основные группы этих публикаций в зависи­мости от их стилистического оформления. Первая объединяет тек­сты, ориентированные на научный стиль, вторая - тексты, постро­енные как непринужденное, несколько «беллетризованное» изло­жение.

Статьи первой группы - это логизированные тексты с не­большой (но обязательной!) долей экспрессивных средств (хотя бы на уровне заголовков). Особенно популярны такие публикации в деловых изданиях. Вот статья Ю. Петровой «Отдел Большого брата» (Секрет фирмы. 2006. № 4). Она посвящена проблеме внут­реннего аудита и опирается на значительный фактический мате­риал, а также на мнения специалистов. Использованы различные способы объяснения (описание «устройства» механизма контроля, указания на причину и следствия, конкретизация с помощью при­меров, сопоставление фактов и подчеркивание за счет этого важ­ных для анализа деталей). Приведем только один фрагмент:

В настоящее время, считает Дмитрий Коточигов, многие российские компании подменяют службу внутреннего аудита контрольно-ревизионными управлениями (КРУ). Но внутрен­ний аудит служит более широким задачам по оценке процес­сов внутреннего контроля, управления рисками, корпоратив­ного управления. КРУ фокусируются на проверке сохранности товарно-материальных ценностей, выполнении распоряже­ний руководства, а также на расследовании мошенничеств.

Но в круг обязанностей КРУ не входит контроль за досто­верностью и адекватностью подготавливаемой компанией финансовой отчетности. Однако для нормального контроля нужно и то и другое: и методология учета, и функции КРУ, если это промышленное предприятие, плюс функции внутрен­него аудита (то есть проверка соответствия реальных про­цессов тем, что описаны в документах, проверка правиль­ности ведения финансовых операций).

Как видим, использованы книжные синтаксические конструк­ции умеренной сложности, без авторского «я» (хотя оно не проти­вопоказано такому изложению), оценки логические, рациональные, не окрашенные эмоционально (нормальный контроль, более ши­рокие задачи).

Статьи второй группы. Приведенная ранее статья «Демо­графическая разруха - в головах!», как уже говорилось, ориенти­рована на непринужденное, окрашенное разговорностью изложение, часто в форме контактного общения с читателем, с эмоциональ­ными оценками. На такую ориентацию первым откликается син­таксис: увеличивается число недлинных предложений, количество конструкций, придающих речи разговорный характер (присоеди­нительные конструкции разного рода, сегментация разговорного характера, бессоюзные предложения с причинно-следственными отношениями между частями и др.). Достаточно сопоставить с приведенным в предыдущем разделе фрагментом отрывок из ста­тьи А. Никитина «Стойка на голове» (Лит. газета. 2006.25-31 янв.):

Иногда действия властей так неожиданно и вопиюще глу­пы, что вспоминаешь затрепанный афоризм о дураках и до­рогах! Забудьте его! Чиновники наши умные. Просто мы на­ивно думаем, что они обязаны о нас неустанно заботиться, а у них совсем другие приоритеты. Первый: власть есть товар. Больше власти (и денег) мне и моему ведомству! Второй - власть дает вышестоящий начальник. Он же может ото­брать ее. Угоди начальнику. Не можешь - обмани. Третий — что останется - народу, «клиентуре». Нечего дать — обещай и обмани.

Интересно то, что ни в том, ни в другом случае содержание не препятствует выбору иной манеры изложения. Допустим:

Если не использован аудит, то как компания следит за своей деятельностью? Для этого существует КРУ - контрольно-ревизионное управление. Как хранятся товарно-материальные ценности, как вы­полняются распоряжения руководства, нет ли мошенничества-это проверяет КРУ. Но не все ему подвластно. В документе описан какой-

то процесс (сделка, закупка, продажа). А соответствует ли это реаль­ному положению дел? На этот вопрос КРУ не ответит. Здесь нужен внутренний аудит (и т. д.).

И то же самое во втором случае:

Наивно думать, что главной заботой власти является благосос­тояние народа. В наши дни власть чаще становится товаром, тор­говля которым позволяет властвующему субъекту получать немалый доход. В сложившейся ситуации народ перестает быть источником власти, как это провозглашает Конституция. Роль такого источника начинает выполнять вышестоящий, и целью подчиненного становится угождение ему (и т. д.).

Выбор «регистра» зависит не только от умений пишущего, но и, скорее, от издания, которое приветствует или, напротив, не при­нимает ориентацию на непринужденное изложение.

Композиция. Мы говорили о логизированном изложении. Это касалось пока только содержания, которое включает в себя аргу­ментированное объяснение фактов, явлений, проблем. Обращаясь к композиции, мы должны представить, как строится такое изло­жение. В общих чертах, здесь возможны два варианта: от главного тезиса к его аргументации и от посылок к главному тезису как выводу из анализа.

Например, главная мысль статьи С. Миронова выражена уже в заголовке «Демографическая разруха - в головах!». Прочитав его, мы еще не можем дать четкую формулировку тезиса, но все- таки уже понимаем, что речь пойдет не только о материальных причинах «демографической разрухи». Такая (прямая) логическая композиция наиболее популярна в журналистских статьях.

Инверсионная логическая композиция представляет содержа­ние как цепь вопросов, на которые даются ответы. По ходу рас­суждения они воспринимаются как неполные и сами порождают очередной вопрос. Так происходит до конца текста, когда автор дает ответ, снимающий все вопросы. Этот ответ и является главной мыслью текста. Рассмотрим статью В. Полякова «Ай-кью в у.е.» (Лит. газета. 2006. 25-31 янв.). К мысли о том, что сегодня раз­мыты все традиционные понятия политологии и в условиях глоба­лизации сформировались новые законы существования «больших денег», пока скрытые от общества, читатель подводится в конце текста после серии вопросов типа: Если результатом долгих «ли­беральных» реформ в РФ стало появление долларовых милли­онеров числом не менее 100 000, может, это и было настоя­щей, а не объявленной целью бесконечных революционных пре­образований?; Много чего говорят-пишут политологи-эконо-

мисты, но главные секреты разве откроют?; Но все чаще воз­никают подозрения, что общепризнанные социальные теории (как недавно истмат) искаженно описывают реальность. Мо­жет, нам многое недоговаривают, от нас скрывают? Усом­ниться в привычном полезно. Далее автор выбирает информацию из Интернета и тоже задает вопросы (приводим сокращенно):

«Клептократия... Источниками доходов клептократов называют... скупку краденого, ростовщические операции... проституцию, взяточничество, вымогательство». Может, и у нас есть нечто похожее?; «Криптоэкономика»... Что это за наука? Про «экономику другого измерения»?; Есть еще ин­тересное из «нестандартной» социологии: «Элиты отделяют себя от общества. Они уводят свои активы в офшоры, уходят от налогов, не участвуют в общественной жизни. В большин­стве стран мира они живут, отгородившись от общества глухой стеной... В мире не стало подотчетности, такое по­нятие, как финансовое преступление, размылось... Государ­ство оказалось не компетентно и не способно защитить об­щество... С подъемом глобальной кооперации, которая нача­лась в 60-70-х годах, правительства постепенно превраща­ются в бутафорию»... Такие тенденции усиливаются в мире. А у нас?

Главная мысль автором не сформулирована, но она вытекает из всего рассуждения. Понятно, что из Интернета выбраны опи­сания, которые (пусть в источнике они связываются то с Африкой, то с Америкой) в авторском изложении рисуют нашу ситуацию. Поэтому и рождается вывод: «большие деньги» (100 000 долларо­вых миллионеров) и правят Россией, правят своими способами, «клептократическими» (а мы всё про демократию...).

Эти модели рассуждения «от тезиса к аргументации» и «от посылки к выводу» могут совмещаться. Например, через серию вопросов в начале текста автор подводит к выводу-тезису, а затем приводит дополнительные аргументы.

По объему статьи могут значительно отличаться друг от дру­га. Приведенная ранее публикация С. Миронова - пример неболь­шой по размеру статьи. Она настолько невелика, что в ней отсут­ствует членение на главки - и в этом нет никакой необходимости, вполне достаточно того, что текст членится на абзацы, в которых мысль развивается ясно и последовательно, и содержание вос­принимается без всяких затруднений. Однако в СМИ публикуются и весьма пространные статьи. Например, упомянутая уже «Стойка

на голове» занимает три четверти полосы в «Литературной газете». Случается, конечно, что изложение такого объема дается лишь с членением на абзацы. Но это бывает редко. Чаще всего автор вводит деление текста на главки, снабжая их заголовками. Главки представляют собой фрагмент целого, построенный, однако, по за­конам текста - с зачином, концовкой, главной мыслью, то есть здесь налицо собственная логическая композиция. Заголовок мо­жет быть нейтральным и экспрессивным, а в целом заголовки гла­вок сами могут образовать смысловое единство, что иногда обы­грывается и формально.

Статья «Стойка на голове» делится на пять частей - вводную (без заголовка) и четыре с заголовками: «Власть», «Собствен­ность», «Деньги», «Реформы». В каждой из них наша отечествен­ная бюрократия характеризуется в указанном аспекте. Название статьи представляет собой вывод из слов одного из авторов ад­министративной реформы: Задача перед нами стоит геркуле­сова: с головы на ноги перевернуть Российское государство (вывод: значит, сейчас наше государство стоит на голове). Фор­мально-смысловая перекличка заголовков главок использована в статье «Когда мы выйдем из зоны»: «Большая зона», «В круге первом», «Законы зоны».

Пишущему надо, таким образом, учитывать, что жанр статьи дает большие возможности разнообразить письмо. Это и выбор регистра-делового, строгого или, напротив, непринужденно-раз­говорного. Это и выбор типа логической композиции - прямой или инверсионной. Это и структурирование текста, выбор композиции и заголовков главок и т. д.