5.6.4. Акцентуация неавтономности – коммуникативный ход в рамках стратегии дискредитации

Одним из признаков андроцентризма в языке считается изображение женщин как имеющих неавтономный, подчинённый по отношению к мужскому статус [Spender 1980; Hardman 1996, Pauwels 1998]. В предвыборных дискурсивных практиках идея неавтономности получает своеобразную реализацию. Например, в материалах, содержащих критическую или ироническую оценку деятельности И. Хакамады регулярно встречаются перифрастические номинативные сочетания, в которых она определяется со ссылкой на влиятельных политиков и/или бизнесменов мужчин (Б. Немцова, А. Чубайса, К Борового, М. Ходорковского и Л. Невзлина), ср: боевая подруга Немцова, верная сподвижница Немцова Ирина Хакамада, брошенная Чубайсом Хакамада, бывшая секретарша Борового, компаньонка Борового Хакамада и т.п. Во всех случаях, помимо актуализации женского пола, данные словосочетания коннотируют пренебрежение, подчеркивая политическую несамостоятельность кандидата.

Между тем, среди участников президентской гонки И. Хакамада была одним из самых известных и опытных политиков, значительно более самостоятельным, чем ряд других претендентов – ставленников крупных политических деятелей и партий (О. Малышкин, И Рыбкин, Н. Харитонов). В средствах массовой информации последние также нередко характеризовались через именитых политических патронов, однако при этом, во-первых, не акцентировался пол кандидата и, во-вторых, референты перифрастического наименования, как правило, «сохраняли» активную роль и собственное поле деятельности, ср: драчун Малышкин – боксер, шахтер и охранник Жириновского (АИФ-НН, 11.02.2004).

Акцентуацию неавтономности можно считать гендерно-маркированным приемом в рамках коммуникативной стратегии дискредитации.

5.6.5. Конструирование женственности в предвыборных выступлениях политиков-мужчин

Заключительный этап президентской кампании в России совпал по времени с празднованием Женского дня 8 марта. Анализ поздравительных выступлений мужчин-политиков интересен с точки зрения конструируемых в них представлений о женщинах и женственности.

Рассмотрим тексты обращений к женщинам руководителя КПРФ Г. Зюганова и кандидата от КПРФ Н. Харитонова, опубликованные в газете «Советская Россия» № 30-31 (12514), 6 марта 2004г.:

«(1) С ПРАЗДНИКОМ ДОРОГИЕ И ЛЮБИМЫЕ!

Дорогие матери наши и жены, сестры и дочери! Сердечно поздравляю вас с Международным женским днем 8 Марта. Почти столетие назад он вошел в историю, как день солидарности женщин в борьбе за свои права. В годы Советской власти у нас в стране он приобрел иное звучание и стал одним из самых любимых праздников. Мы славили и чествовали женщину-мать! Женщину-труженицу!

И кто бы мог поверить, что на рубеже второго тысячелетия день 8 Марта станет актуальным в своем изначальном смысле. Новые буржуины, обогащаясь, обирают и унижают прежде всего беззащитных — женщин и детей. И вы, которым самой природой предназначено дарить жизнь, вынуждены защищать не свои права, а саму эту жизнь, жизнь каждого из нас.

В трудные минуты, обращаясь к женщине, мы тихо произносим: «Прости». И сегодня вместе с искренними словами любви и признательности мы говорим вам: простите, родные, что позволяем унижать вас ежедневно с телеэкранов, с газетных полос и в повседневном быту. Что не уберегли наш прекрасный, большой и дружный дом — Великую Державу. Но возрождение ее неизбежно. Вновь на просторах зазвенит радостным многоголосьем детский смех. Вновь счастливые ваши улыбки озарят самые дорогие вам лица. Так будет, ибо у России — женское лицо. У России — материнский лик!

Г.А.ЗЮГАНОВ, Председатель ЦК КПРФ»

«(2) ДОРОГИЕ, любимые женщины России! Примите мой низкий поклон и поздравления с Международным женским днем 8 Марта. Вы — большая и лучшая половина человечества. Самые значимые слова в русском языке — женского рода. Вместе с женой мы вырастили и воспитали четырех дочерей. Вместе с товарищами по думской фракции КПРФ защищали от распродажи нашу Великую Родину.

Этот день называют праздником весны. И это не случайно. Словно любимая женщина расцветает и хорошеет природа. Раскрываются бутоны первых цветов. В этот день все мужчины вспоминают о своем предназначении и становятся особо внимательными и галантными

 Пусть никогда не покидают вас, дорогие женщины, забота и внимание родных и близких, не гаснет огонь вашего очага, радуют здоровьем и успехами ваши дети, полнятся достатком ваши дома.

Пусть в сердцах ваших всегда будет весна.

Поддержите меня на выборах президента Российской Федерации, и тогда в основу социальной политики государства будет положена забота о семье, о здоровье детей. И первым моим делом будет реализация социально-образовательного проекта: «Спасем детей — спасем Россию!» Мы сделаем это вместе с вами, дорогие соотечественницы!

С уважением, Николай ХАРИТОНОВ»

Как видим, текст Г. Зюганова изобилует гендерными идеологическими штампами советского дискурса (женщина-труженица, женщина-мать, день солидарности в борьбе за свои права, большой, прекрасный и дружный дом – Великая Держава и др.). На фоне традиционных женских субъектных позиций (мать, жена, сестра, дочь) выделяются идеологически приоритетные – женщина-труженица, женщина-мать. Семья представлена как главная сфера реализации и объект заботы женщины, вполне ожидаемо описываемой в эссенциалистском ключе (самой природой предназначено дарить жизнь и т.п.). Идеологическую нагрузку несет и гендерная метафора (у России — женское лицо. У России — материнский лик).

Одним из центральных смысловых мотивов, непосредственно связанных с предвыборным контекстом обращения, является изображение женщин как жертв несправедливого экономического порядка (Новые буржуины, обогащаясь, обирают и унижают прежде всего беззащитных — женщин и детей) и постсоветсткой массовой культуры (позволяем унижать вас ежедневно с телеэкранов, с газетных полос и в повседневном быту). Феномен виктимизации женщин обсуждался в научной литературе неоднократно. Т. Барчунова, например, отмечала, что виктимизация женщин в постсоветской прессе является концептуальным кластером, включающим дискурсивные коды жертвы, жертвенности, объекта защиты, вины [Барчунова 1998: 89]. В анализируемом отрывке актуализирована не только модель жертвы, но коды жертвенности (вынуждены защищать не свои права, а <…> жизнь каждого из нас) и объекта защиты (простите, что не уберегли). Дискурсивный код вины («Прости!») перемещен в референтную плоскость «мужчины» и эмоционально усиливает маскулинизацию функции защиты.

В обращении Н. Харитонова женщина представлена как возлюбленная, мать, хранительница очага. Гендерная метафора приобретает не только идейно-патриотическое (Великая Родина), но и природно-физическое измерение (Словно любимая женщина расцветает и хорошеет природа). Гендерные роли (женщина «расцветает и хорошеет», мужчины «вспоминают о своем предназначении и становятся внимательными и галантными») вписываются в рамки традиционной пропозиции «мужчина – субъект, женщина – объект». Главной сферой интересов женщины объявлены «семья и здоровье детей»; все пожелания также сконцентрированы вокруг этой сферы (забота и внимание родных и близких; здоровье и успехи детей, достаток в домах).

Личная, семейная жизнь представлена как абсолютный приоритет для женщины и в поздравительном обращении С. Миронова: «Я желаю всем женщинам нашей страны удачи, процветания, а главное, гармонии и счастья в личной жизни, в семье. Без, этого любые успехи теряют смысл» (Парламентская газета 7.03.2004).

В поздравительном обращении В. Путина на церемонии вручения государственных наград в Кремле по случаю 8 марта позиционирование женщин в целом также выдержано в духе традиционной гендерной идеологии. Проанализируем несколько цитат из этого выступления:

(а) Я очень рад приветствовать вас и поздравить с праздником. Восьмое марта – это, несомненно, день торжества женщин. Торжества доброты, мудрости, красоты и духовной силы.

Значимыми в данном фрагменте являются традиционные для русской историко-культурной традиции атрибуты женственности «доброта», «мудрость», «красота» и «духовная сила».

(б) Женщины нашей страны не уступают мужчинам ни в уровне образования, ни в активной общественной позиции.

Пресуппозицией цитируемого высказывания является упоминавшаяся выше ценностная асимметрия, в рамках которой мужчины в обществе/культуре оцениваются выше, чем женщины. По этой причине констатация амбивалентна: признание успехов женщин в такой форме воспроизводит гендерную асимметрию.

(в) Общепризнанно, что и в бизнесе они [женщины. – Е.Г.] также очень успешны. Основой тому – не только профессионализм, но и уникальная интуиция и природная аккуратность, умение избегать крайностей, склонность к согласию и оправданным компромиссам.

Синтаксическая организация высказывания (присоединительная частица «также») придает женской «успешности» дополнительный характер. Формула «не только… , но и» выводит в коммуникативно значимую, рематическую позицию не профессионализм женщин (как главную составляющую профессионального успеха), а все те же эссенциалистски понимаемые («природные») интуицию, аккуратность, склонность к согласию и компромиссам.

(г) Но 8 марта – это особая дата не только для женщин. В этот день и мужчины вольно или невольно задумываются о том, кем они являются для своих самых близких женщин. И уверен, еще лучше понимают, что главное - это быть надежной опорой, которая нужна даже самым успешным, самым самостоятельным и преуспевающим женщинам.

Здесь заслуживает внимания маскулинизация функции защиты (быть опорой) и гендерная асимметрия модели быть опорой (функция мужчины) – нуждаться в опоре (потребность женщины), имплицирующая неавтономность, поскольку «обратной связи» (когда преуспевающим мужчинам нужна опора в лице женщин) не предусматривается.

Таким образом, стилистика и символика праздничных поздравлений андроцентричны: даже в политкорректном выступлении В. Путина воспроизводятся патриархатные стереотипы женственности и традиционное распределение гендерных ролей.