40. Государство и право в средневековой Японии.

Феодальная система Японии имела свои особен­ности. Появление первых племенных союзов на ее терри­тории относят к IV в., а их объединение — к V в. В отличие от западноевропейской средневековой государственности Япония в своем государственно-правовом развитии прошла три основные стадии:

• VII—XII вв. — раннее средневековье: феодальные отно­шения только начинают складываться;

• XIII—XVII вв. — развитое средневековье: сложилась феодальная сеньориально-вассальная структура со всевлас­тием сегуна — «великого воеводы, покорявшего варваров»;

• XVIII—XIX вв. — позднее средневековье: феодальные отношения сегуната переживают кризис, начало их распада.

В VII в. произошли крупные перемены в общественной жизни. Родовой строй пришел в упадок, уступив место фео­дализму. Япония превратилась в раннефеодальное, относи­тельно централизованное государство в форме монархии. Основателем династии считается крупный родоплеменной союз Ямато. Глава государства имел титул императора (до­словно — «Сын Неба» — Тэнно). Император Камму перенес в 784 г. столицу из Нара в соседний город Киото.

Утверждение раннефеодальной монархии произошло в результате крупных реформ, получивших название «Ма­нифест Тайка» (646 г.), согласно которым почти все обще­ственные земли стали государственной собственностью, а население — подданными императора, его вассалами. Все население делилось на две социальные группы: свободные — от крестьянина до аристократа и «подлые»- рабы, полусво­бодные. Государственная надельная, подушная подать рас­пространялась почти на все население.

Эти реформы имели для Японии значение политической революции. Они знаменовали собой утверждение ранне­феодального государства во главе с наследственным монар­хом - императором. В эру Тайка создается Министерство императорского двора, которое просуществовало до конца Второй мировой' войны. Впоследствии, с ростом благосо­стояния и усилением клановых распрей, в Японии увеличи­вается политическое влияние буддийских иерархов. Поэто­му к концу XI в. в стране фактически возникают три центра политического притяжения: Императорский двор; домоуп­равление правящего клана; буддийские монастыри. По дости­жении совершеннолетия император, как правило, принуди­тельно постригался в монахи, а на престол возводился его малолетний наследник — послушное орудие в руках правя­щего клана и буддийских иерархов. Так постепенно склады­валась традиция двоевластия.

Высшая государственная власть в Японии, как и в Китае,. принадлежала Большому Государственному совету, разраба­тывавшему общие направления государственной политики.

Возглавлял Государственный совет канцлер, или «стар­ший министр», а непосредственные функции управления им осуществляли два высших министра: левый (старший) и правый (младший), которые в свою очередь опирались на «старших» и «младших» советников.

Государственному совету подчинялось восемь министерств [императорского двора, «общих дел», финансов, юстиции и др.) которые, в отличие от Китая, были тесно связаны с импера­торским домом.

Палата цензоров с огромным штатом разъездных цензоров-контролеров, следила за «чистотой обычаев и нравов» и про­водила расследования в случаях нарушений нравственности в государстве.

Кардинальные перемены в стране наступают в XII в., когда к власти приходят сегуны — «великие воеводы, поко­ряющие варваров» — и создают свои правящие династии. Термин «сёгунат» происходит от сокращенного обозначе­ния одной из функциональных должностных обязанностей военачальника (в данном случае обязанностей по усмирению мятежных варварских племен). В общем значении сегун — это военный диктатор, ставший наследственным должнос­тным лицом, который доминировал над всеми властными структурами Японии с 1192 по 1867 г. Режим сегуната име­новался также бакуфу — «правительство в походной палат­ке». Всего за свою историю Япония пережила три сегуната.

На протяжении нескольких веков статус императора как главы государства был номинальным, поскольку вся адми­нистративная и судебная иерархия находилась под контро­лем сегуна — военачальника. Император почти безвыездно жил в своем дворце, причем видели его преимущественно прислуживавшие ему лица и близкие родственники. Обыч­но по достижении некоторого возраста государи отказыва­лись от престола и проводили остаток дней в уединении и молитвах. Этому способствовала и буддийская традиция, поощрявшая удаление от мирских дел в уединенные мо­настырские общины. При попытке совершеннолетнего монарха вмешаться в политику его тем или иным способом . устраняли. Власть сегуна обычно переходила к его сыну. Ха­рактерно, что в договорах с иностранцами сегуна, нереши­тельного в своих властных возможностях, называли тайкун (великий государь).

Император традиционно именовался «тэнно» (угодный Небу правитель), сам себя он именовал «котей», а для инос­транцев наиболее употребительным оказался титул «мика­до», заимствованный из поэтического словаря и означаю­щий что-то вроде «свет-государь».

С установлением первого сегуната Минамото (1192-1333) двоевластие в Японии приобретает законченное выражение. Минамото стремился ликвидировать раздробленность стра­ны, подавить распри, укрепить государство и свою власть. Характерной чертой первого сегуната было сохранение ста­туса императора как номинального главы государства, кото­рый обладал некоторыми представительскими функциями. Император пользовался традиционными ритуальными по­честями, но ни он сам, ни его двор уже не играли при сёгу-нате какой-либо заметной политической роли. Сегунату не сразу удалось создать постоянную политико-администра­тивную систему своего режима. С начала XIII в. император­ский двор становится центром феодальной оппозиции.

Черты военно-абсолютистского режима сёгунат при­обретает довольно поздно - к XVII в. (третий сёгунат То-кугава, с 1603 г.), когда ужесточаются методоы правления военно-самурайской верхушки и создается разветвленный полицейский аппарат. Именно с этих пор политическая воля императора вообще перестала учитываться, а в императорс­кой столице (г. Киото) была введена новая должность намес­тника сегуна - сёсм-бая, который следил за настроениями придворного окружения. Тогда же (1635 г.) сёгунат вводит систему заложничества, при которой все дайме (крупные землевладельцы, князья) должны были попеременно про­живать в доме сегуна, а возвращаясь в свои владения, ос­тавлять в Эдо, столице сегуната, свои семьи. Эта же система распространилась и на сыновей императора.

По аналогии с системой управления императорским дво­ром прежних времен сёгунат Токугава ввел должности стар­ших советников, входивших в Государственный совет сегуна (что-то наподобие узкого «кабинета министров») и конт­ролировавших одну из пяти коллегий бакуфу: внутренних дел, иностранной, военной, военно-морской, финансовой. Младшие советники правительства Токугава ведали гвар­дией сегуна, охраной его дворца, полицейским аппаратом и осуществляли слежку за вассалами.

Поскольку в средневековой Японии суд не был отделен от администрации, то судебные дела обычно разрешались тем ведомством, к которому относились проблемы. В веде­нии министерства юстиции, например, были два управле­ния - взысканий (конфискация имущества и сбор штрафов в пользу казны) и тюремное управление (надзор за подследс­твенными, за принудительными работами заключенных, исполнением приговоров). Наиболее сложные дела направ­лялись для рассмотрения в Государственный совет. Высшей апелляционной инстанцией в стране выступал император.

Общественная структура в Японии приобретает четкие очертания примерно к XII в., когда феодалы условно под­разделяются на две основные группы: гокенин — непосредс­твенные вассалы правителя-сёгуна; хигокенин — иные вас­салы, принадлежавшие другим сеньорам, как светским, так и духовным.

Ко времени развитого средневековья (XV в.) в Японии выделяются влиятельные князья {даймё), владельцы круп­ных феодальных хозяйств. К XVII в. даймё подразделяются на две категории: непосредственные вассалы императора, занимавшие высшие должности в государстве; «внешние» даймё, не участвовавшие в делах управления, но сохраняв­шие титулы и привилегии.

Когда в начале XVII в. Япония объединяется под эгидой сегуна Иэясу Токугава и в 1615 г. издается «Закон 18 статей», которым регламентируются правовые статусы четырех ос­новных сословий японского общества: самураев - си; крес­тьян — но; ремесленников — ко; торговцев — сё. Вне этого сословного деления находилась японская аристократия — кугэ, получавшая в качестве вознаграждения за службу ри­совые пайки от сегуна. Искючались из общества социаль­ные изгои — эта.

Крестьяне-общинники фактически находились в поземель­ной кабале, поскольку им запрещалось покидать общинную землю. Подушная подать — рисовая рента зависимых крес­тьян доходила порой до половины собранного урожая. Но в наиболее тяжелом положении находились японские холо­пы — они фактически были рабами.

Первые памятники японского права относятся еще к ранней эпохе Тайка (конституция Сётоку-тайси 604 г.). Но право в то время еще не выделялось из сферы религиозных и этических норм.

Японцы - законопослушная нация, у которой культ пра­вителя весьма устойчив и сохранился до наших дней, хотя император Японии только царствует, но не управляет.

Правосознание народа средневековья во многом опре­делялось религией. Древняя религия японцев — синтоизм, вероучение местных племен, позднее переплетается с про­никшим в страну буддизмом. Сосуществование двух рели­гий стало своеобразным духовным плюрализмом. Обычаи, каноны синтоизма соблюдались населением при радостных событиях в жизни: рождении ребенка, свадьбе, уборке уро­жая, повышении по службе, очищении грехов путем омо­вения в реке и т. д. К буддизму обращались при печальных событиях: во время стихийных бедствий, при болезнях, смерти, на поминках. День поминовения усопших отмечали песнями и танцами. Буддизм, как известно, отрицая реаль­ность существующего мира, утверждает истинность потус­тороннего мира «вечного блаженства».

Приверженность японцев своим вероучениям, духовным ценностям частично объясняет закрытость страны до сере­дины XIX в. Ее жители подозрительно относились к про­поведникам иной веры, миссионерам, особенно к иезуитам. Допуск европейцев в страну разрешался только для торгов­ли и через один порт — Нагасаки.

Нормы поведения, близкие установкам конфуцианства в Китае, назывались в Японии гири: выделялись гири отца и сына, мужа и жены, старшего и младшего братьев; вне

семьи существовали гири торговца и покупателя, хозяина и служащего и др. Гири отчасти заменяли собой право, но прежде всего — мораль. Соблюдались они автоматически, под страхом осуждения со стороны общества в случае не­подчинения конкретным гири.

Военная каста (букэ, самураи) жила согласно собствен­ному обычному праву (букэ-хо). Действовавший внутри кас­ты «кодекс рыцарства» был основан на идее абсолютной преданности вассала'сюзерену: вассал не имел никаких га­рантий против произвола своего сюзерена. В 1232 г. был со­ставлен Сборник обычаев военной касты, содержавший нор­мы уголовного права и «кодекс чести» самураев.

В законах феодальной Японии подробно расписаны пра­ва и обязанности вассалов и сюзеренов, особенно самураев. В своде Ясутоке Ходзе (XIII в.) самурай, приносящий клят­ву своему сюзерену, должен был сделать надрез на пальце и своей кровью смочить подпись. Моральный кодекс обя­зывал самурая быть верным своему господину, скромным, мужественным, готовым на самопожертвование. Настоя­щий самурай, отправляясь в военный поход, давал три обе­та: забыть навеки свой дом, забыть о жене и детях, забыть о собственной жизни.

Каждая социальная группа должна была выполнять в го­сударстве строго определенные функции, причем обязан­ности каждого периодически уточнялись в сборниках рицу-рё. Характерно, что «карательные» нормы обозначались тер­мином «рицу», а административно-применительные — тер­мином «рё».

Идеи и призывы конституции Сетоку 604 г. нашли воп­лощение в последующем законодательстве, которое содейс­твовало преодолению клановой раздробленности и станов­лению единого централизованного государства. Из наибо­лее известных правовых сборников Японии раннего сред­невековья известны Тайхо-рё (701 г.) и Еро рицу-рё (718 г.). Тайхо большей частью посвящен регулированию земельных отношений, а Ёро — уголовным и административным пред­писаниям.

«Тайхо-рё» представляет собой сборник тридцати зако-ноустановлений, регулирующих широкий спектр налоговых и трудовых повинностей, обязанностей должностных лиц,

а также общих рекомендаций по справедливому осуществ­лению общественных обязанностей правителя и народа и со­блюдению традиционных морально-этических требований.

«Ёро рицу-рё» регулирует преимущественно сферу уп­равления, включая судебную. К наиболее тяжким преступ­лениям здесь отнесены посягательства на носителей госу­дарственно-властных обязанностей, а также на родственни­ков по восходящей линии. Утверждается солидарная ответс­твенность наряду с персонализированной и должностной; различается степень соучастия в исполнении преступных действий. Для привилегированных сословий предусмотре­но смягчение наказаний. Законом строго каралось пользо­вание запрещенной литературой. К ней были причислены сочинения по астрономии, китайскому военному искусст­ву, придворный семидневный календарь, некоторые гада-. тельные книги. Запреты на книги, по всей видимости, были наложены в интересах определенного слоя читателей, поль­зующихся доверием или покровительством государя.

В период третьего сегуната Токугавы оживилось зако­нотворчество, самым крупным достижением которого стал Закон 18статей Иэясу Токугавы, регламентировавший ста­тус императора и даймё, а также правовые статусы четырех основных сословий японского общества: самураев — си; крестьян — но; ремесленников — ко; торговцев - сё.

Как решительную ответную реакцию властей на попыт­ки возврата к старым порядкам и законам следует рассмат­ривать Кодекс 100статей (1742 г.) главной заслугой которо­го явилось обобщение основного содержания признанных законов, в том числе Тайхо и Ёро.