6. Онтология сознания

Проблема происхождения и сущности сознания, возможностей проникновения в его тайну была одной из сокровенных и волнующих на протяжении всей истории философской мысли.

Все процессы, явления данного нам мира проходят через сознание. Сознание есть то неуничтожимое, вечное, вездесущее, что сопутствует человеческому освоению мира. Недостаточно просто мыслить, просто переживать… — как то: «Я мыслю, что Я мыслю», «Я переживаю, что Я переживаю». Сознание — это особое состояние, свойственное человеку, в котором ему одновременно доступен и мир, и он сам. Сознание мгновенно связывает, соотносит то, что человек увидел, услышал, и то, что он почувствовал, подумал, пережил.

Многие философы определяют сознание как чудо из чудес мироздания, ибо лишь в сознании человек дан сам себе как «Я», устремленное к вершинам духовного бытия. Однако — в сознании дано не только все знание о мире, но и вся боль мира.

В истории философии проблема сознания имеет два уровня своего решения: 1. Описание способов, каким вещи даны в сознании, существуют в нем — т.е. описание феномена. 2. Объяснение, как возможно самосознание — т.е. объяснение самого феномена.

В философии Античности и Нового времени указанные уровни не различались, а потому считалось, что если описан способ, каким вещи существуют в сознании, то тем самым, исчерпан вопрос о природе сознания. В XX в. философы выделили вопрос о возможности сознания в самостоятельную поблему.

Вплоть до XX в. философия занималась лишь описанием способа существования вещей в сознании, «растягивало» во времени и пространстве акт сознания, выделяя такие его «шаги», как ощущение, восприятие, представление и т.д. В XX в. философы дерзнули задать вопрос: как и почему эти «шаги» мгновенно сворачиваются в образ, благодаря которому возникает связь человека с миром и с самим собой. Познать, как возможно восприятие образа, — значит, объяснить феномен сознания. От того, как представляли себе сознание люди той или иной эпохи, зависел их образ мира, понимание нравственности и т.д., ибо сознание «вплетено в язык реальной жизни».

Метафора сознания в культуре античности

Философы античности, поняв, что сознание есть всеобщая связь между объектом и субъектом, попытались рассказать о ней людям, сравнив ее с другой формой связи, более понятной им, встречающейся в повседневной жизни: вощеная дощечка, на которой писец процарапывал стилем очертания букв. Отпечаток на воске букв — не есть акт сознания, однако процедура получения печати на воске была использована для описания феномена сознания. Метафору печати на воске для описания сознания применяли Платон, Аристотель.

Античная философия открыла только одну грань сознания — направленность на объект (античный человек живет Космосом и вещами, он философствует о Космосе и о внешнем мире, вырабатывая соответствующие идеи). Идея — означала «видимую фигуру», «внешний вид». Греки, как прирожденные реалисты, полагали, что разум и объект существует независимо друг от друга, а в момент их встречи объект оставляет след на «поле» разума.

Христианство: открытие внутреннего мира

Сознание — это не только знание о внешнем мире, но, прежде всего, знание о собственном духовном опыте, его содержании. Наряду с молитвой в христианской философии появляется практика исповеди, стимулирующая умение совершать самоанализ, нравственный самоотчет. В процедуре исповеди способность к самооценке выявлялась институционально.

Плотин не только обнаружил духовный опыт, но и выделил три его уровня: высший — где происходит отдохновение в Божественном (прийти к самому себе, стать недостаточным для высшего мира); второй — рефлексия и рассуждения; третий — низший — господство инстинктов и страстей.

Сознание — это некий центр между двумя теневыми зонами: безмолвной, не осознающей себя жизнью нашего «Я» в Боге, и молчаливой, бессознательной жизнью нашего тела. Воспоминание — и есть сознание. Оно не реальность, а отражение того, что случилось на высшем уровне. Сознание есть не только воспоминание, но и попытка зафиксировать его содержание в языке. Сознание — явленность духовного, явленность того переживания, которое испытал человек, поднявшись на уровень Божественной простоты.

Итак, по Плотину, сознание — не самое лучшее в духовном опыте. Оно есть своеобразная память о нашей земной ничтожности и нашей возможности достигать Божественное, становиться образом Божиим. Так сформировалось понимание сознания как явления духа. Важно понять, что сознание по Плотину, есть отражение бессознательной жизни в Боге. Сознание — способность воспроизвести переживание духовной простоты. Оно не связано с жизнью тела, не отражает этот низший уровень бессознательного. «Я», как то, в чем сознание себя являет, причастно только Богу.

С другой стороны, сознание в средневековье выступает как наказание человека за грех, рассматривается как нечто вторичное, а потому не самое подлинное, не самое лучшее, что есть в духовном опыте. Согласно предствалениям христианских философов, благодаря сознанию, человек понимает, как он наказан тем, что не может долго пребывать в состоянии Божественной простоты. В сознании «Я» живет раздвоенной жизнью: ему приходится постоянно соотносить жизнь «по стихиям мира сего» и жизнь в Боге. Сознание полагалось как отпадение человека от вечности, ибо акт сознания уже знает время, ибо знает, что что-то было «до» сознания. Память о том, что сознание отражает уже случившееся, происшедшее без его ведома, должна смирить человеческую гордыню, следовательно, сознание не только открывает человеку трагизм его существования во времени, но часто просто мешает человеку в его деятельности.