Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Tema 6-7 (Werht).doc
Скачиваний:
3
Добавлен:
01.05.2025
Размер:
1 Мб
Скачать
☆

Глава IV.

Годы выживания и

формирования государства

(1918 - 1921)

I. Превращение большевизма

в государственную структуру

1. Первые декреты

Через два часа после ареста Временного правительства II Всероссийский съезд Советов ратифицировал два основных де­крета, подготовленных Лениным. В Декрете о мире говорилось, что «рабочее и крестьянское правительство, созданное револю­цией 24 – 25 октября и опирающееся на Советы рабочих, сол­датских и крестьянских депутатов, предлагает всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом демократическом мире». Кроме того, новое пра­вительство решило отменить тайную дипломатию и опублико­вать секретные договоры, заключенные царским и Временным правительством.

В действительности декрет был адресован не правительст­вам, а скорее международному общественному мнению и сви­детельствовал о желании новой власти подорвать сложившуюся мировую систему государств. Великие державы не могли при­нять предложение, выдвинутое большевиками. Декрет гласил, что мир «без аннексий и контрибуций» означает всеобщий от­каз от любого господства, навязанного народам Европы или Америки. Это было не чем иным, как призывом к разрушению колониальных империй. Большевики надеялись, что обнародо­вание декрета (на который фактически никто не обратил вни­мания), подкрепленное их победой (которая произвела большее впечатление), вызовет волнения, достаточные, чтобы вынудить правительства искать мира. Декрет сознательно выходил за рамки традиционной дипломатии, он был рассчитан на победу революции в Европе. Союзники России отказались рассмотреть эти предложения и признать новое правительство, обреченное, по их мнению, на скорое исчезновение. Вильсон в своем ответе напомнил о «14 пунктах» и отказался от сепаратного мира с центральными державами, а те, заинтересованные в том, чтобы получить свободу действий на востоке, дали понять, что соглас­ны на переговоры с большевиками.

Через несколько недель к Декрету о мире добавился еще один документ – Декларация прав народов России, – столь же резко выходящий за рамки существующих норм, поскольку ос­новывался на принципе революционного освобождения наро­дов. Декларация провозглашала равенство и суверенность наро­дов бывшей Российской империи, их право на свободное само­определение, вплоть до отделения, отмену всяких национальных и религиозных привилегий и ограничений.

Декрет о земле, принятый 26 октября, узаконивал то, что было сделано начиная с лета многочисленными земельными комитетами: изъятие земель у помещиков, царского дома и за­житочных крестьян. Его текст включал наказ о земле, вырабо­танный эсерами на базе 242 местных наказов: «Частная собст­венность на землю отменяется навсегда. Все земли передаются в распоряжение местных Советов». Эсеры заявили протест: большевики украли их программу.

«Пусть так, – ответил им Ленин. – Не все ли равно, кем он составлен, но, как демократическое правительство, мы не мо­жем обойти постановление народных низов, хотя бы с ним бы­ли несогласны. В огне жизни, применяя его на практике, про­водя его на местах, крестьяне сами поймут, где правда... Жизнь – лучший учитель, а она укажет, кто прав, и пусть крестьяне с одного конца, а мы с другого конца будем разрешать этот воп­рос... В духе ли нашем, в духе ли эсеровской программы, – не в этом суть. Суть в том, чтобы крестьянство получило твердую уверенность в том, что помещиков в деревне больше нет, что пусть сами крестьяне решают все вопросы, пусть сами они ус­траивают свою жизнь».

Согласно Декрету о земле, каждая крестьянская семья дол­жна была получить в среднем по две-три десятины земли. При­бавка значительная, но, в то время мало значимая, так как за неимением скота и техники, земля не могла быть обработана. Тем не менее в течение нескольких месяцев престиж большеви­ков в деревне достиг высшей точки (об этом свидетельствует увеличение числа сельских партийных ячеек в первые месяцы 1918 г.). Крестьяне, конечно, не дожидались декрета, чтобы вершить «свою» революцию, однако он укрепил их в убежде­нии, будто большевики, о которых они только слышали, явля­ются теми «максималистами», которые одобряют их действия.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]