Приборное восприятие

В предыдущих параграфах были раскрыты те затруднения, с которыми слепые и слабовидящие сталкиваются в процессе по­знавательной деятельности. Наиболее существенные ограничения слабовидящие и частичнозрячие испытывают в связи с резким сужением поля зрительного восприятия, пределы которого опре­деляются состоянием у тотально слепых остроты и поля зрения. Эти трудности обусловлены ограниченностью поля осязательного восприятия зоной действия рук. В результате многие объекты и явления становятся недоступными для непосредственного отображения.

Длительное время в тифлопсихологии утверждалось, что слепо­му доступно лишь осязаемое, т. е. находящееся в зоне действия рук, пространство. «Стена, которая выше меня, бесконечна» — такое и подобное ему высказывания слепых часто приводились в тифлопсихологической литературе.

Существенным препятствием для познавательной деятельности является и снижение степени адекватности отражения при слепоте и слабовидении, поскольку взаимодействие субъекта и объекта отражения зависит от состояния первого и сложности второго.

Наиболее отчетливо снижение степени адекватности отраже­ния наблюдается в ориентировочной деятельности слепых. Причем формирование целостных пространственных представлений (в част­ности, топографических) и их практическое использование настоль­ко затруднены, что в этой области, как отмечает В. С. Сверлов, «как бы высоко ни были развиты способности и умения слепого, его возможности останутся всегда чрезвычайно ограниченными, а во многом и несоизмеримыми с возможностями зрячих».

Таким образом, с одной стороны, усложнение отображаемых объектов и условий восприятия, а с другой — ухудшение состоя­ния зрительных функций ведут к снижению степени соответствия образа оригиналу.

Если сопоставлять степень адекватности отражения в условиях визуального и гаптического восприятия, то следует, отметив от­четливое преимущество первого, остановиться на группе частичнозрячих, имеющих минимальную остроту зрения (до 0,01). В этом случае зрение также широко используется в перцептивных актах, однако оно дает чрезвычайно бедную и неточную информацию. В результате зрительные образы частичнозрячих зачастую оказы­ваются менее адекватными отображаемым объектам, нежели гаптические образы тотально слепых. Кстати говоря, можно пред­положить, что осязательные образы частичнозрячих тоже будут меньше соответствовать оригиналу, нежели образы тотально сле­пых, так как есть все основания считать, что наличие остаточных зрительных функций тормозит развитие активного осязания.

Однако следует иметь в виду, что наряду с непосредственным чувственным отражением существует опосредствованное прибор­ное восприятие, при котором между субъектом и объектом отра­жения помещается прибор, позволяющий отразить непосредствен­но не воспринимаемые свойства и признаки предметов и явлений окружающего мира (микроскоп, рентгеновский аппарат, звуковой локатор и т. п.).

Включение во взаимодействие субъекта и объекта того или иного прибора раздвигает границы чувственного познания. Сущест­венно, что адекватность восприятия сохраняется как при усилении раздражителей (например, при использовании оптических средств коррекции, т. е. в тех случаях, когда уровень сигнала превышает уровень помех, создаваемых дефектом зрения), так и при транс­формации энергии невоспринимающихся раздражителей в энер­гию воспринимающуюся (например, световой энергии в электри­ческую и затем в звуковые колебания). Изменения, возникающие при усилении или трансформации невоспринимающихся раздражи­телей, не могут нарушить соответствие образа оригиналу. Это обус­ловлено тем, что изменяющиеся при усилении раздражителя отно­шения не изменяют свойств объекта. Иначе говоря, использование приборов, существенно расширяя пределы чувственного познания, не искажает реальной картины окружающего нас мира.

В последнее время все шире внедряются технические средства компенсации дефектов зрения (тифлоприборы). Их назначение за­ключается в том, чтобы по возможности приблизить объем ин­формации, получаемой при нарушенном или отсутствующем зре­нии, к объему той информации, которую получает нормально ви­дящий.

К таким приборам относятся разнообразные устройства, позволяющие лицам с нарушенным или отсутствующим зрением опо­средствованно воспринимать недоступную для непосредственного отражения информацию. Это машины, преобразующие плоскопе­чатный типографский шрифт в звуковые или тактильные сигналы, разнообразные локаторы для ориентации в пространстве, прибо­ры ручного сканирования типа фотофона, измерительные приборы с рельефными шкалами и др. Все тифлотехнические средства можно разделить на три большие группы: учебная тифлотехника, производственная тифлотехника и тифлотехника культурно-бытового назначения.

Роль этих приборов в компенсации отсутствующего или нару­шенного зрения и величина компенсаторного эффекта, достигае­мого при помощи тифлотехники, зависят от того, насколько инфор­мативны сигналы, заменяющие невоспринимаемые раздражители, к восприятию какой модальности они адресуются, от их диапазона. Кроме того, принципиально важной является достоверность ин­формации, получаемой слепым или слабовидящим при помощи тифлоприбора. Но, кроме достоверности информации, необходи­мой является и ее достаточная полнота, передача в коде наиболее существенных параметров объекта, а также наличие хотя бы кос­венной связи между сигналом и объектом.

Отсюда вытекают задачи, стоящие перед создателями тифлоприборов, сводящиеся в основном к выяснению условий, при ко­торых используемые коды (например, звуковые сигналы об изме­нениях в освещенности, наличии препятствий, их величины и уда­ленности или тактильные сигналы графических изображений и т. д.) были бы наиболее тесно связаны с действительностью.

Эти приборы по мере технического прогресса занимают все более и более значимое место в процессе компенсаторного приспо­собления лиц с дефектами зрения. В настоящее время есть все основания считать технически осуществимым в недалеком буду­щем протезирование органа зрения, благодаря чему слепота пере­станет быть непреодолимым препятствием для получения необхо­димой информации, и познавательные возможности слепых будут соизмеримы с возможностями зрячих.

ПРЕДСТАВЛЕНИЯ СЛЕПЫХ И СЛАБОВИДЯЩИХ

Основные особенности образов памяти слепых и слабовидящих

Представления — это образы, запечатлевшиеся в памяти в ре­зультате предшествовавшего восприятия предметов или явлений и возникающие в мозгу при отсутствии их непосредственного воз­действия на органы чувств.

Представления являются более высокой ступенью отражения, нежели образы восприятия, так как в них, по словам И. М. Сече­нова, «совмещается все, что человек знает о предмете». Будучи наглядным, чувственным образом, представление вместе с тем характеризуется высоким уровнем обобщенности. Совмещая в себе наглядность и обобщенность, образы памяти являются высшим уровнем чувственного отражения и служат переходной ступенью к мышлению.

Нарушения функции зрения, затрудняя, ограничивая либо пол­ностью исключая возможность зрительного восприятия, неизбежно отражаются и на представлениях, так как того, чего не было в восприятии, не может быть и в представлении. Таким образом, первой характерной особенностью представлений слепых и слабо­видящих является резкое сужение их круга за счет полного или частичного выпадения или редуцирования зрительных образов. Сокращение количества представлений частично компенсируется благодаря работе сохранных анализаторов, т. е. за счет увеличе­ния количества представлений других видов, и главным образом осязательных. Однако оно не может быть возмещено полностью, так как нарушение или отсутствие возможности визуально, дистантно воспринимать явления и предметы внешнего мира де­лает недоступным для восприятия слепых и слабовидящих целый ряд объектов. Последнее, впрочем, также частично может быть компенсировано за счет использования в процессе обучения мо­делей, макетов, рисунков и т. п.

Представления слепых и слабовидящих отличаются от образов памяти зрячих и качественно. Характерными особенностями их представлений являются фрагментарность, схематизм, низкий уровень обобщенности (генерализованность) и вербализм. Эти осо­бенности, отмечавшиеся еще А. А. Крогиусом, В. И. Рудневым, А. И. Скребицким и другими тифлопедагогами, проявляются у лиц с дефектами зрения в различной степени в зависимости от со­стояния зрительного анализатора, главным образом остроты зрения и поля зрения, а также ряда других факторов: знаний, опыта, характера деятельности, условий обучения и воспитания и пр., влияющих на представления слепых и слабовидящих в той же степени, что и на образы памяти нормально видящих.

Фрагментарность зрительных представлений частичнозрячих и слабовидящих и осязательных у незрячих проявляется в том, что в образе объекта зачастую отсутствуют многие существенные де­тали. В результате образ не полон, лишен целостности, а иногда и неадекватен отображаемому объекту.

Фрагментарность представлений лиц с дефектами зрения от­четливо проявляется при воспроизведении образов путем лепки, рисования или моделирования, а также при узнавании объектов. В репродуцированных представлениях у слепых и слабовидящих зачастую отсутствуют весьма важные, а иногда и наиболее су­щественные детали.

В отличие от фрагментарности представлений нормально ви­дящих, свидетельствующей о высоком уровне обобщенности обра­зов и выделении наиболее существенных деталей, фрагментар­ность представлений слепых и слабовидящих является результа­том недостаточно полного чувственного знания о предмете. Непол­ное и неточное отображение предметов ведет к снижению уровня обобщенности, выделению несущественных признаков. Например, в образе лисы для незрячего ребенка наиболее важной деталью может явиться пушистый хвост, а в образе зайца — короткий хвост. Подобная фрагментарность и недостаточная обобщенность являются причиной несоответствия образа оригиналу. Неадекватность образов отчетливо проявляется при повторном восприятии объектов в процессе узнавания. Так, незрячий школьник может спу­тать белку и лису или зайца и медведя на том основании, что у первой пары хвосты пушистые, а у второй — короткие.

В основе фрагментарности образов слепых и слабовидящих лежит сукцессивность, последовательность осязательного или де­фектного зрительного (особенно при сильном сужении поля зре­ния и поля обзора, возникающего вследствие снижения остроты зрения) восприятия. Сукцессивность и фрагментарность восприя­тия в значительной мере преодолеваются благодаря деятельности мышления, а также развитию навыков осязательного и зритель­ного обследования объектов. Возможна также фрагментарность представлений и при симультанном зрительном восприятии как следствие тяжелых поражений зрительного анализатора.

Схематизм, так же как фрагментарность, возникает в резуль­тате недостаточно полного осязательного или зрительного отраже­ния. Схематизм особенно отчетливо проявляется при репродуци­ровании образов, бедных деталями и поэтому слабо дифференци­рованных. Так, слепые и слабовидящие не могут установить раз­личие между птицами одного вида, зерновыми растениями и т. п. не только на основе имеющихся представлений, но и во время восприятия. В первом случае они отмечают лишь наличие головы, туловища, крыльев и двух ног, а во втором колоса и стебля. Наи­более же характерные признаки: форма, величина и др.— остают­ся в тени, в результате чего образ памяти формируется как голая схема того или иного объекта. Однако схематизм их представ­лений может быть преодолен. Для этого надо направлять и орга­низовывать процесс восприятия, развивать наблюдательность, формировать навыки обследования. В результате слепые и слабо­видящие начинают более полно и точно отражать объективную действительность.

С перечисленными особенностями представлений при сужении сферы чувственного познания тесно связана и недостаточная обоб­щенность образов памяти слепых и слабовидящих. Очевидно, что процесс обобщения, выделения существенных, характерных призна­ков и абстрагирования от случайных свойств, деталей и их взаимоот­ношений находится в зависимости от полноты отражения и чувствен­ного, сенсорного опыта. Выпадение же большого числа зачастую наиболее значимых свойств объектов, их деталей и признаков из сферы восприятия и недостаточный сенсорный опыт препятствуют образованию обобщенных представлений, в которых отображаются наиболее существенные свойства и признаки предметов. Этот де­фект еще ярче проявляется при формировании общих представ­лений, отражающих признаки, характерные для целого ряда объ­ектов, относящихся к одному виду или классу. Преодолению за­труднений в процессе обобщения образов и формирования общих представлений способствует расширение сферы чувственного по­знания путем включения в этот вид психической деятельности со­хранных анализаторов и использования наглядных пособий, заменяющих недоступные для осязания или ослабленного зрения объекты.

С невозможностью осязательно или зрительно воспринимать те или иные объекты в целом или их отдельные свойства связана и такая характерная особенность представлений слепых и слабо­видящих, как вербализм. Под вербализмом представлений пони­мается нарушение соотношения чувственного и понятийного в об­разе в сторону преодоления последнего или полное отсутствие чувственных элементов в словесном описании объекта. Вербализм представлений хорошо иллюстрируется широким использованием незрячими описаний объектов, в которых фигурируют недоступные для осязательного восприятия признаки. Например, описывая мухомор, незрячий (слепорожденный) ученик говорит, что это гриб с красной шляпкой, покрытый белыми пятнами. При вос­произведении образа путем лепки оказывается, что конкретного единичного представления о мухоморе у него нет — он лепит гриб, лишенный каких бы то ни было характерных признаков мухомора. В то же время другой незрячий описывает мухомор как гриб с конусообразной шляпкой, покрытой пупырышками. Репродуцируя образ, он воспроизводит характерные детали и форму мухомора. Очевидно, что в первом случае мы имеем дело с представлением вербальным, основанным на словесном описании, в то время как во втором случае представление основано на осязательном вос­приятии объекта. По сути дела в первом случае представление как чувственный образ отсутствует—имеется лишь вербальное знание о мухоморе. Аналогичные данные были получены и при изучении образов памяти слабовидящих.

От вербальных знаний следует отличать формирующиеся на основе словесного описания вторичные представления, которые возникают в процессе наполнения словесных знаний конкретным чувственным содержанием.

Путем для преодоления вербализма представлений слепых и сла­бовидящих является широкое использование наглядных пособий, приспособленных для осязательного и дефектного зрительного восприятия, формирование навыков осязательного и зрительного восприятия, включение в познавательную деятельность всех со­хранных анализаторов, воспитание наблюдательности. При этом очень важным моментом является правильное использование на­глядных пособий, методика работы с которыми должна учитывать индивидуальные особенности слепых и слабовидящих.

Разумеется, качественные и количественные изменения, на­блюдающиеся при патологических нарушениях деятельности зри­тельного анализатора, не могут изменить самой природы и ха­рактера представлений. Фрагментарность, схематизм, недоста­точная обобщенность, вербализм и узость круга образов памяти слепых и слабовидящих в значительной мере преодолеваются в процессе компенсации. Возникающие у них представления могут достаточно полно и адекватно отражать окружающий мир.

Практика обучения в специальных школах показывает, что при правильно организованной коррекционной работе слепые и слабо­видящие приобретают запас представлений, обеспечивающий возможность достаточно точной ориентации в окружающей среде. Эти образы в дальнейшем становятся основой для формирования понятий.