3. Перспективы брака и семьи

Семья – продукт хозяйственного развития общества и отражение его социальной структуры.

Анализ семейно-брачных отношений в антропосоциогенезе (социальном процессе, истории) дает материал для прогностики и выводов о глубоких изменениях, происходящих в современную эпоху в исследуемом феномене. Ну а какие тенденции позволяют наиболее зримо осуществить прогностику брака и семьи? На наш взгляд, для анализа этой проблемы необходимо рассмотреть основные связи (систему внутрисемейных отношений) существующие между членами современной семьи, сравнить с прошлыми и определить новации закладывающиеся в сегодняшней действительности.

К совокупности внутрисемейных отношений относятся связи между будущими и реальными уже мужем и женой (М – Ж), родителями и детьми (Р – Д), дедами и внуками (Д – В), свояками и родственниками (С – Р). Кажется нет нужды объяснять разницу между этими (свояки и родственники) группами людей, образующих исторически определенную для каждого этапа истории семью… . Для наглядности совокупность этих брачно-семейных связей можно изобразить так:

М – Ж

Р – Д

Д – В

С – Р

Во взаимосвязи муж и жена характерным явлением современности, как известно, является экономическая (а, следовательно, социальная, политическая, культурная, духовная) эмансипация женщины сравнительно с прошлым. Сегодня «муж и жена – одна сатана», финансово независимы и, если меж ними нет общности интересов, она была, но исчезла (здесь сознательно обходится термин «любовь», т.к. его научного определения до сих пор не существует и чувство это сугубо индивидуальное…), то, естественно, не остается никакой связи, которая удерживала бы их в сожительстве. И, поскольку общность интересов может длиться и день и два и… вечность, то и брачный союз будет таковым же, что демонстрируется статистикой роста бракоразводных процессов в развитых странах и игнорированием унизительных юридических и идеологических форм их санкционирования, – 50 % семей РФ… REN TV, тоесть – крушением моногамии. Все это тем более вероятно в тех случаях, когда жена в доходах превосходит мужа. А если он к тому же праздный выпивоха, либо наркоман…, возникают ситуации отражаемые статьями периодики вроде «Муж – это слишком дорогое удовольствие» (См., например, «Звезда», март 1992 и др.), а на уровне внеэкономических отношений и процессов в наличии 1/3 семей не имеющих «главы» семейства. Современная брачная организация складывается по обоюдному согласию сторон и расторгается обычно при желании любой из них. В истории аналог имел место при закате первобытного общества и охарактеризован этнографами как парный брак и семья (См. исследования Л.Г. Моргана, Ф. Энгельса, Ю.И. Семенова и др.). На этом, правда, сходство и заканчивается… .

Следующая взаимосвязь – родители и дети – в рамках современности демонстрирует ослабление взаимозависимости (в частности экономической, а, значит, и всех прочих…) родителей и детей. В обыденности наши предки весьма часто морализуют нам о том, что вот они-то своих родителей уважали и ценили, а молодежь же разучилась. Однако, на чем основывалось уважение, например, детьми родителей в прежней крестьянской семье России, да и любой другой страны? Иной родитель вплоть до совершеннолетия «загибал салазки» своему отпрыску и «воспитывал» его уважение к себе вожжами и розгами. И ничего, уважали детки его, т.к. в многодетных семьях в перспективе наследование осуществлял обычно любименький, а нелюбимые чада отходили в «люди», в города почти без средств к существованию. Уважение было, таким образом, экономически обоснованным, заданным. Да и папаша, воспитуя чадо, не забывал, что в преклонном возрасте с утратой жизненных сил, кто-то должен будет его содержать и, следовательно, соизмерял свои воспитательные потуги с будущим, в котором любимое чадо вне институтов соц.защиты и пенсионного обеспечения должно будет поддержать его в старости. Сегодняшние же дети, часто в 15-18 лет зарабатывают себе на хлеб поболе родителей. И, ежели меж ними (родителями и детьми) нет общности интересов, ничего кроме инстинктов родства (слабых для общества, но не отсутствующих обычно), то часто соседи по лестничной площадке становятся более близкими для них, нежели родители. (Такова «се ля ви» и у нас и на «проклятом» Западе… .)

В нашей обыденности, в педагогической литературе и публицистике в том числе все еще сохраняется стереотип примата семьи (родителей) в воспитании подрастающего поколения, который при самом поверхностном научном анализе (даже простом хронометраже) рушится под ударами фактов. О какой ведущей роли семьи в воспитании подрастающего поколения может идти речь если с момента рождения ребенка в лучшем случае до года или полутора лет с ним находится и «воспитывает» его мама. Папа зарабатывает на хлеб насущный. По истечении этого срока ребенка помещают в ясли и он лишается родительской опеки семьи с утра до ночи. А ночью какое уж ему воспитание… . Затем такая же почти история с детским садиком, в который «с воспитательной целью2 родители по очереди приходят забирать дитя домой по вечеру. Эту же линию воспитания продолжает школа с той лишь разницей, что в ней ребенок не весь день, а только половину его. Остальная половина, до прихода родителей с работы, а часто и до полуночи, приходится на воспитание улицей, «теликом, да компьютером». После школы – ПТУ, институты, университеты, общежития…, в которых друзья и преподаватели близко, а родители далеко и связь с ними осуществляется через письма, смс-ки, и почтовые переводы. Ну и, наконец, до скончания дней своих для каждого из нас складывается производственный коллектив с его воспитательной ролью… . Все это несколько утрированно, но дает волне определенное представление о роли семьи в воспитании современного подрастающего поколения. Роль общественного воспитания в сегодняшнем обществе, как, впрочем, во всех прошлых, несравнимо более весома и требует, следовательно, к себе более внимательного подхода и серьезного субсидирования в том числе и особенно в нашей стране.

Взаимная связь представителей различных поколений (дедов и внуков) также не осталась неизменной даже сравнительно с прошлым веком, когда при отсутствии яслей и детских садов деды нянчили внучат, учили их уму разуму, а взамен получали «пенсионное» обеспечение от родителей и взаимную любовь внучат. Сегодняшние дедушки и бабушки зачастую рассуждают так: «Мы вас (сынов, дочек) выходили, теперь вы воспитывайте свое потомство, а мы пойдем на заслуженный государственной пенсией обеспеченный отдых (и гуляют отдыхают в Черняевском лесу вспоминая тревожную свою молодость)». Связи их с детьми и внуками «истончаются» иллюзорны да и живут они часто далеко на другой улице, в районе, городе, стране… .

Про свояков и родственников долго можно не рассуждать. Цивилизованные дети своей эпохи едва-ль вспомним мы до десятка их в таксономических единицах степеней родства и кровной близости. А ведь, согласно этнографии, тот же эфиоп, к примеру, знает своих родственников и свояков, для каждого из которых существует свой термин, до тысячного колена и это чем-то, очевидно, обусловлено так же как то, что сегодня двое работающих на стороне, в другой стране, африкандеров (семья) обязаны обеспечивать средствами существования до 98 иждивенцев своего рода или племени в современной Африке. Даже в феодальной России, например, и иных державах, связь свояков и родственников была почему-то более пролонгирована, нежели сегодня. Почему? Думаю не трудно понять. И не в уважении и любви только тут дело… .

И какое же резюме напрашивается из всего этого?

Ну, прежде всего, то уже известное, что меняются, очевидно, брак, семья и все остальные элементы организации в том числе и ее субъекты – конечный продукт производства и воспроизводства человека.

Во-вторых, в условиях (революционного и эволюционного) изменения качественного состояния общества формы существования семьи, брака, организации свояков и родственников освобождаются от юридических оболочек и идеологической зашоренности (как и от государственности в целом).

На смену моногамии, сменяя ее, складывается новая форма брака и семьи отдаленно изоморфная парному браку и семье переходного состояния от первобытного коллективизма к индивидуализму антагонистических формаций (отраженная фактологией «Руси изначальной» и исследованиями Л.Г. Моргана, Ф. Энгельса и других авторов).

Все эти кардинальные изменения и перспективные тенденции обусловливают практическую и политическую необходимость изменения, корректив политики в области брака, семьи, быта¹ и результатов².

В современном обществе наблюдается, таким образом, необходимость перемещения акцентов политики из сферы экономики в сферу эффективного, пока, правда, недостижимого, о чем речь шла в разделе “Политики”, внеэкономического планирования.

Подводя итог социологического и социальноантропологического (мировоззренческого, эвристического, прогностического) анализа проблем брака и семьи современного общества необходимо сделать теоретически и практически актуальный вывод: в своих закономерностях исследуемый феномен подчиняется все тому же всеобщему закону развития и соотношения уровней объективной реальности.

Поскольку, согласно фактам истории (эмпирии) брак и семья определяют численность населения, его качественные и количественные параметры, актуально и необходимо «внедрение» законов развития внеэкономического процесса в практику и политику современных органов социально-экономического регулирования общественной жизни. Без этого политика не эффективна и порочна как на уровне общества, так и отдельной семьи. Она обусловливает недостаточные параметры воспроизводства человека и личности, кризис современного образа жизни, в том числе брака и семьи.