VII, № 29ь) говорится о штрафах. В северной Фригии

формула наказания за ограбление могилы полностью от­

сутствует. У. М. Калдер лишь констатирует этот факт,

не давая ему объяснения.

Гораздо более широко, чем штрафы, были распростра­

нены проклятия, угрозы осквернителю могилы. Их можно

подразделить на три категории: 1) проклятия, написан­

ные на фригийском языке и рассчита ые на местное на­

селение, совсем не знавшее греческого языка; 2) прокля­

тия, написа ые по-гречески; 3) проклятия, написа ые

на двух языках: фригийском и параллельно на греческом,

на тот случай, если кто-нибудь не понимает одного из

языков.

Остановимся подробнее на характеристике этих трех

групп проклятий, так как они дают представление о ре­

лигиозных верованиях и мировоззрении местных сель­

ских жителей.

Первая группа памятников, написа ых на фригий­

ском языке, чрезвычайно многочисле а, хотя, конечно,

трудно привести какие-либо статистические да ые, от­

ражающие соотношение между первой и двумя другими

категориями надписей.

Следует отметить, что в городах Малой Азии — не

только на побережье Средиземного моря, но и во внут­

ре их областях,— в таких городах, как например, Син-

нада, Метрополис, Аполлония, Тиманд, Дионисополь,

Мотелла, Пепуза, Евменея, Апамея и других, располо­

же ых в области распространения фригийского языка,

подобные проклятия с фригийской припиской встреча­

лись сравнительно редко. Охрана могилы, видимо,

----------------------- Page 46-----------------------

являлась прерогативой в гораздо большей мере общины,

чем полиса.

Эти фригийские проклятия были обычно типичными и

содержали угрозы в адрес того, кто нарушит целостность

могилы: ιος vt σεμουν κνουμανι κακον α·ψεοετορ atvt aas...

(SEG, VI, 293), или to; vt σεμίν του κνουμavst κακουν

αοδακει τιττετ'κμενο: Αττι άδετου (имя местного божества,

в да ом случае из Ликаонии), или to; vt σεμουν κνου-

μανε κακουν αοακεί to; τιτετουκμενουν είτου (ΜΑΜΑ, IV,

№ 241) 44.

Остановимся более подробно на их характеристике.

Примечательны проклятия в надписях, найде ых в де­

ревне в восточной Фригии (па место совр. Синапли). На

стеле Мейра, плотника, и Амии, его сожительницы (МА­

МА, VII, Λ» 313) текст надписи составляет две строки,

проклятие — три. Оно необычно: кроме «принятых»

слов to; vt οεμουν κνουμανει κακουν αδδακετ, там следуют не

встречавшиеся ранее γεγειμεναν ε^εδου Tto; ουταν aκκεοι

βεκος ακ καλός τι ορε^ρουν ειτου αυτο; κε ουα κε ροκα γε fpa-

ριτμενος ασβαταν τευτους. Τιος — видимо, местное божество,

которое считалось хранителем могилы (иногда, как изве­

стно, в этой роли выступал Аттис). Упоминается Тиос

и в другой фригийской надписи из Синанли (МАМА, VII,

№ 314), где также есть проклятие, правда, более корот­

кое: ιος κε σεμν κνουμανει κακουν αδδακει γε'ϊ'ρειμεναν εγεοου

Τιος ουταν.

Это имя встречается и в других надписях из этой де­

ревни, сдела ых на фригийском языке (МАМА, VII,

№ 316 и 318). В других проклятиях той же округи упо­

минается бог Аттис. Возможно, оба божества выполняли

функции богов — хранителей могилы. Упоминаются они

обычно в надписях, поставле ых на могилах общи и­

ков, наряду с рельефами, где есть изображения веретена,

прялки, корзины для хранения шерсти, футляра для

ключей, молоточка для стука во входную дверь и других

широко распростране ых в обиходе предметов. Разно­

видности этих фригийских проклятий часто можно об­

наружить и в надписях, написа ых на хорошем гречес­

ком языке, с соблюдением всех правил греческой грамма­

тики. Имена усопших, их родстве ые связи и должности

44 См. посвяще ую этой теме работу: Parrot A . Maledictions et

violations de Tombes.

----------------------- Page 47-----------------------

даются по-гречески 45, а затем следует приписка, часто

дли ая и распростране ая на фригийском языке. Кро­

ме перечисле ых выше вариантов, можно привести и та­

кой (МАМА, IV, № 116): ю; vt σ[εμουν κνου]μανε κακουν

[αδδακει αt]νt κορου ουτ[.....] ζεμελο)3ΐ κε δεως [κε Αττι;] κε

τετικμ[ενος ειτου] κεοτεκτει.

Первая половина этого фригийского проклятия встре­

чается часто и содержание ее примерно ясно, о смысле же

второй трудно сказать что-либо определе ое. Издатели

надписи на основании греческого шрифта датируют ее

поздним III в. н. э. Оставляя в стороне вопрос о значе­

нии этого фригийского проклятия, можно сказать, что

и в конце III в. н. э. традиции фригийских погребальных

обычаев сохраняли свою силу, христианство не внесло

каких-то перемен в жизнь да ого сельского общи ика.

Есть еще ряд проклятий на фригийском языке, датиру­

емых концом III века, которые также свидетельствуют

о религиозных представлениях сельского населения того

времени, и в частности о том, что христианство ничего не

изменило в верованиях фригийского населения. В ка­

честве примера можно привести одну из надписей-про­

клятий тому, кто испортит могилу. Памятник (размер

0,97 X 0,89) датируется концом III в., он найден в од­

ной из деревень неподалеку от античной Си ады (совр.

Эфе Кой). Надпись не сохранилась, однако текст фри­

гийского проклятия дошел полностью: ιοςνι σεμουν κνουμανε

κακεν αδδακετορ δεως ζεμελως κε τιτετικμενος ειτου (ΜΑΜΑ,

IV, № 76). Ряд аналогичных надписей на фригийском

языке позволяет сделать вывод, что определе ые слои

сельского населения до конца III и даже начала IV в.

христианством затронуты не были.

Ко второй группе относятся проклятия bilingua, ко­

торые одновреме о писались на греческом и на фригий­

ском языках, отражая несомне о этническую неодно­

родность той или иной сельской общины. Так, в деревне

Кланеос в восточной Фригии (на месте совр. Дургута)

состав населения был смеша ым и для охраны могилы

нельзя было ограничиться одним только греческим или

фригийским проклятием. /Китель Кланеоса Авр. Сидери-