Тератома носоглотки у новорожденного

В родильном доме родилась девочка от первой беременности весом 3000 г. При первичном осмотре педиатром было замечено, что ребенок не дышит через нос, выражен акроцианоз, не может самостоятельно сосать грудь матери.

В палату новорожденных срочно приглашен на следующий день после рождения оториноларинголог. При фарингоскопии было видно опухолевидное образование вытянутой формы, покрытое кожей, которое спускалось из носоглотки вниз в гипофарингс. Нижний конец этого образования при обычной фарингоскопии не был виден.

Ребенок с матерью срочно переведен в детское ЛОР отделение для хирургического лечения. В детском ЛОР отделении ребенок осмотрен врачами, поставлен диагноз - тератома носоглотки.

Общее состояние при поступлении средней тяжести, нарушено носовое дыхание. Со стороны внутренних органов патологических изменений не выявлено.

Ребенку произведено оперативное вмешательство (автором этих строк) - удаление тератомы носоглотки. Слизистая глотки обработана 1% раствором дикаина. Полипная петля подведена под нижний полюс опухоли и подвинута максимально кверху, под основание опухоли и удалена. Размер опухолевидного образования 6x1,5 см, поверхность его гладкая, покрыта кожей с ростом пушковых волос. На разрезе опухоли определялись плотные хрящеподобные участки.

Состояние ребенка сразу после операции улучшилось, носовое дыхание свободное, кожные покровы стали розовыми, активно взял грудь матери.

При гистологическом исследовании определена тератома.

Контрольный осмотр через месяц - состояние ребенка удовлетворительное патологических изменений со стороны носоглотки не выявлено, развивается соответственно возрасту.

Болезни уха Многократное вскрытие абсцесса шеи хирургом общего профиля при нераспознанном Бецольдовском мастоидите

Больной 41 года обратился за помощью к хирургу общего профиля районной больницы с жалобами на наличие "опухоли" на боковой поверхности шеи справа. Осмотрев больного, хирург диагностировал воспалительный инфильтрат с размягчением, расположенный на передней поверхности грудино-ключично-сосковой мышцы в верхней трети. Больной госпитализирован в хирургическое отделение. При пункции инфильтрата получен гной, после чего произведено вскрытие абсцесса.

Ежедневно перевязывая больного, хирург видел гнойное отделяемое в глубине раны, но все же удалось добиться заживления раны. Через 10 дней больной выписан из хирургического отделения.

Через две недели пациент вновь обращается к этому хирургу с теми же жалобами - на шее справа на том же месте, где ранее вскрывался гнойный инфильтрат, имеется гнойный натечник. Хирург вновь госпитализирует больного в стационар и вторично производит вскрытие абсцесса шеи. Послеоперационный период был длительный, долго не заживала рана на шее, все время на дне раны было гнойное отделяемое.

Недоумевая в чем дело, хирург начал обследовать больного, предполагая туберкулезный натечник. Подробно распрашивая больного о перенесенных заболеваниях, было выяснено, что около 3-х месяцев назад он перенес гнойный отит справа, в течение месяца было гноетечение из правого уха, лечился амбулаторно у ЛОР врача по месту жительства.

Приглашен на консультацию оториноларинголог, который поставил диагноз: острый гнойный средний отит, осложненный Бецольдовским мастоидитом. Гной через расплавленную верхушку сосцевидного отростка "опустился" по фасциальным пространствам на шею, что неправильно было расценено хирургом, как наличие самостоятельного гнойного инфильтрата на шее.

Больной переведен в ЛОР отделение, где ему произведено оперативное вмешательство - антромастоидотомия справа и еще раз дренирование клетчаточного пространства на шее.

Послеоперационный период протекал без осложнений, выписан из отделения с выздоровлением.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: следует отметить, что при всех гнойно-воспалительных процессах на шее рекомендуется больных консультировать с оториноларингологом и подробно собирать анамнез.