Эсхатология

Одним из главных мотивов к доброй жизни автор считает указание на будущее воздаяние. "Исполняющий заповеди Божий, прославиться в Царстве Божием, а избирающий другое погибнет вместе со своими делами". Особенное побуждении к чистоте жизни автор видит в близости кончины мира (4,3; 21,3, ср. 7,7-8) и часто говорит, что близок конец мира. Он даже делает попытку вычислить время кончины мира, решая вопрос о таинственном значении субботы (15). Шесть дней творения означают 6000 лет существования мира, ибо для Господа день равняется 1000 лет (ср. Пс. 89,5; 2 Петр. 3,8). Покой седьмого дня (субботы) означает, что при наступлении 7 тысячелетия придет Сын Божий и уничтожит время беззаконного и успокоится. Эту седьмую тысячу праведники будут только блаженствовать со Христом. Эсхатология автора сплошь хилиастическая.

«Пастырь» ерма

"Пастырь" Ерма - книга откровений, данных автору, как и другие сочинения мужей апостольских, имела большой авторитет в древней Церкви. Она содержится в числе канонических книг в Синайском кодексе. Ее цитируют Ориген, Климент Александрийский, Св. Ириней Лионский, Тертуллиан. Св. Афанасий Великий относит ее, как "Дидахи", к неканоническим книгам.

Книга написана на греческом языке, но имеется ранний перевод ее на латинский.

Сведения об авторе можно извлечь из содержания книги: он жил в Риме, был вольноотпущенником, стал купцом, имел семью, занимался торговлей, потерял почти все имущество во время одного из гонений, когда его предали родные дети.

В последовавший период спокойствия получил откровение и повеления передать этот призыв Церкви.

Автором книги долгое время считался Ерм, упомянутый в послании апостола Павле к Римлянам (15,14). Этим Ермом признавали его Ириней, Климент Александрийский, Ориген и др. Но в XVIII веке был открыт памятник, так называемый Мураториев фрагмент, содержащий список книг Нового Завета, где о книге "Пастырь" было следующее: "Книгу Пастырь, очень недавно, в наши дни, составил в Риме Ерм, в то время, когда кафедру Римской Церкви занимал его брат Пий", то есть в период 140-155 годов.

Таким образом, на основании этого свидетельства происхождение ее следует отнести к 1-ой половине 2-го века. Этому свидетельствует ряд данных, имеющихся в самом тексте.

Содержание

Содержание книги делится на 3 части: видения (визконес), заповеди (мандата) и подобия (симилия).

Откровения даются Ерму Церковью, являющейся в образе старицы, и ангелом, являющемся в образе Пастыря, откуда и происходит название книги.

В книге описаны состояние Римской Церкви (в мрачных тонах) и нравственные недостатки ее членов: гордость пресвитеров и диаконов своим служением, корыстолюбием (в чем виноват был и сам Ерм), отречением во время бывшего гонения и др. Автор, угрожая близким пришествием Христовым, призывает всех к покаянию "пока еще есть время".

Учение Ерма нравственное и догматическое.

Содержание пастыря носит преимущественно этический характер. Он преследует цели религиозно - нравственного обновления христиан, освобождения их от духовного одряхления, в которое они впали в силу своего "двоеумия", то есть раздвоенности между мирскими и духовными интересами, иначе говоря, в силу отсутствия твердого христианского убеждения и в частности веры в близость пришествия Господа (Вид. Ш,4,3; IV,2,6; I, 1,8).

В противоположность этому нравственному одряхлению и омертвению Ерм выставляет повышенные нравственные требования и вооружается против богатств и привязанности к мирским благам, причем опирается на полученные им откровения от Бога, возвещающие близость пришествия Господа. В этом стремлении вернуть христианскую жизнь к первобытной чистоте и строгости нравственной на основе пророческих откровений. Ерм близко подходит к тому духовному течению, которое около половины второго века вылилось в форме монтанизма. Монтанисты проповедовали строгий аскетизм, и даже мученичество, высоко ставили пророчество и отвергали покаяние и второй брак. Выдвинутые монтанистами вопросы выступают и в Пастыре Ерма; впрочем, решение их дается в значительно смягченном виде и гораздо ближе к православной, чем монтанистической точке зрения.

Нравственный идеал Ерма, как и у монтанистов, отличается строго-аскетическим характером. Особенно выставляется требование чистки плоти - запрещаются всякие похотливые влечения. Христианин не должен осквернять своей плоти: ибо, оскверняя плоть, он оскверняет тем живущего в нем Духа Святого, а вместе с тем лишает себя подаваемой Им вечной жизни. Сам же Ерм после получения откровения должен жить с женою как с сестрою, то есть безбрачно. Высокое значение Ерм придает посту и молитве, рассматривая их, как дела, заслуживающие особой награды. Наряду с воздержанием, постом, отречением от мира общей чертой, отличающей христианина в мире, является простота и невинность: кто обладает ими, тот подобен белой и плодородной горе и стоит выше мучеников. Но, проповедуя строгий аскетизм, Ерм чужд того ригоризма, который был свойственен монтанистам. Строгий поборник чистоты плоти, Ерм допускает второй брак и не отвергает это как грех. Пост, по учению Ерма, следует понимать не столько в духовном смысле как удаление от зла; притом телесный пост (совершенное воздержание от пищи) должен быть совершаем в целях милостыни, на которую должны идти все сбережения, полученные путем поста. Отречение от мира не доходит у Ерма до признания греховности богатства самого по себе. При всем нерасположении к богатству, как мешающего вступлению в Церковь Христову ("круглые камни"), на богатство он смотрит, как на средство благотворения. Уважение к мученичеству и исповедничеству у Ерма важно: он исповедников ставит выше пророков, в полном согласии с тем значением, которое в то время стал приобретать этот новый институт. Но Ерм не считает, как монтанисты, мученичество подвигом, к которому должны стремиться все христиане, и невинность, и простоту сердца ставит даже выше его.

Заслуживает внимания учение Ерма о жизни Церкви, показанное ему в 3-м видении в образе строения башни. Он видел, что на "водах" строилась башня из блестящих квадратных камней шестью юношами (ангелами). Им помогали тысячи мужей (низшие ангелы), доставляя камни для постройки из воды или из земли. Камни, доставляемые из воды, так хорошо приходились друг другу, что башня казалась построенной как бы из одного камня. Из камней, доставляемых с земли, одни употреблялись для постройки, другие складывались рядом, а некоторые далеко отбрасывались в сторону.

Ему было объяснено, что башня - это Церковь, которая строится на водах крещения. Камни квадратные и белые - апостолы, епископы и диаконы, достойно проходящие свое служение. Камни, доставляемые из воды мученики, из земли - новообращенные верные. Камни, оставляемые около башни - грешники, готовые покаяться, а отбрасываемые в сторону - грешники, не желающие раскаяться. Камни с недостатками - шероховатые, с трещинами и другие - означают членов Церкви, которые прежде употребления в постройку следует обтесать, означают христиан, имеющих богатство и т.д.

Книга заканчивается призывом: "Не медлите, чтобы не окончилось построение башни, ибо ради вас приостановлено дело ее строения. Если не поспешите исправиться, окончится башня, и вы не попадете в нее".

Вопросы вероучения в книге непосредственно не излагаются. Но в ней встречаются глубокие мысли и выражения, прежде всего о Боге. "Един есть Бог, все сотворивший и совершивший, приведший все из ничего в бытие. Он все объемлет, Сам, будучи необъятен, и не может быть словом определен, ни умом постигнут" (З Ап.1).

Бог "всемощной силою Своей Создал Свою Св. Церковь" и все сотворил из ничего "ради Св. Церкви Своей" (Вид. 1).

Но в то же время учение о троичности выражено недостаточно ясно: упоминается неоднократно Имя Отца и Сына и Святого Духа. Ерм Иисуса Христа всегда называет Сыном Божиим Господом, но имя Сына прилагает и Святому Духу.

Эта неясность объясняется в основном отсутствием точной терминологии и тем, что подобные замечания высказывались попутно, не составляя главной цели всей книги.

Заслуживает внимания упование на значение крещения для вхождения в Церковь, ясное понимание особого служения пресвитеров и диаконов. Наименование епископа в книге имеется, но следует предположить, что епископа (одного для Римской Церкви) автор имел в виду, когда указал, что ему было предложено прочитать эту книгу Клименту, которому "положено" сноситься с другими Церквями.