Греческий культ

Религия древних греков была прочно связана с государством. Народное собрание открывалось жертвоприношениями. Ораторы обращались в начале своих речей к богам-покровителям. При этом отсутствовало прочно организованное жреческое сословие. К исполнению многих религиозных функций допускались все и каждый. Шел постоянный обмен между государством и религией, передававших друг другу своих чиновников и жрецов.

Мало заботясь о догматах религии, греки легче других народов мирились с другими верованиями. Имелось множество храмов, в которых греки приносили жертвы богам. Каждый город имел своих богов-покровителей.

Как уже было сказано выше, духовенства как отдельного класса не существовало. Большинство жрецов назначалось по жребию, так как жребий считался средством узнавать волю богов. Должность жреца ничем не отли­чалась от других должностей. Ее можно было занять и покинуть во всякое время. Иногда жрецами были пожизненно, но они все равно принимали участие в делах своего города, как и все остальные горожане, являясь жрецами только при исполнении ими известных религиозных церемоний. Не существовало и духовной иерархии. При этом больше уважали тех жрецов, которые служили более уважаемым богам, например, Афине-Палладе – покровительнице Афин.

Жертвы богам приносились как в храмах, так и вне их. Храмы сооружались обычно на возвышенностях (холм, гора – сакральное место соединения Бога, богов и людей) и отделялись от других зданий оградой (отделение, разделение сакрального (священного) пространства и профанного, мирского). Внутри храма устанавливалось изображение определенного бога и алтарь для бескровных жертв. Бескровные жертвы состояли из овощей, фруктов, а также различных лепешек и хлебцов. Существовали отдельные помещения для пожертвований и священных реликвий. Кровавые жертвоприношения происходили на особой площадке перед храмовым зданием, но внутри ограды. Кровавые жертвоприношения в основном сводились к убийству животных: быков, свиней, овец. Жрецы перед началом священнодействия облачались в белые одежды и омывали руки в соленой воде. Обряд проходил в полном молчании, при музыкальном сопровождении флейт.

Жертвоприношения были определенные для каждого бога и рассматривались как торговая сделка, т.е. жертва приносилась для получения от богов определенных благ. Аналогично дело обстояло и с молитвой. Молитва имела определенный текст, содержащий ту или иную просьбу к богам. Приношения осуществляли для выпрашивания милости, благодарности за исполнение просьбы, в искупление вины.

В домах у греков также возводились жертвенные алтари и устанавливались статуи богов-покровителей. Священным считался и домашний очаг (отголоски культа огня), покровителем которого была богиня Гестия. Совершая бескровные жертвы у очага, греки обращались к этой богине. На пятый день после рождения ребенка обносили вокруг очага, чтобы оградить его от зла. Похороны проходили также согласно строго установленной церемонии. Покойника умащали мазями и благовониями, и в белой одежде, с мелкой монетой (оболом) во рту, предназначавшейся для Харона, перевозчика душ умерших, клали на погребальные носилки. Один день его оплакивали, потом торжественно выносили из дома. Первоначально в Греции труп сжигали, но этот обычай постепенно вытеснился традицией погребения тела в земле или в специальных гробницах.

В древнегреческой культуре широко использовалось предсказание судьбы – прорицательство. Оно осуществлялось в особых святилищах – оракулах. Известны оракулы Зевса в Дидоне, Геракла в Буре, Аполлона в Милете. Но воистину всегреческой славой пользовался оракул Аполлона в Дельфах, при входе в который была надпись «Познай самого себя». Желающий узнать что-то важное о прошлом или будущем обращался в этот храм с просьбой к оракулу, предсказывающему судьбу. Оракулам помогали пифии. Пифия усаживалась на треножник, укрепленный над расщелиной в центре оракула, из которой вырывались дымные испарения. Одурманенная ядовитыми парами, она впадала в транс и в этом состоянии общалась с богом Аполлоном, открывающим ей тайны будущего. Она бормотала бессвязно слова, которые сводил в единое оракул, сообщая в иносказательной форме волю бога. Истолкованием, «расшифровкой» и интерпретацией прорицания оракула занимались экзегеты.

Значительное место в древнегреческом культе занимало также гадание по внутренностям жертвенного животного – гаруспиции. Это гадание осуществлял жрец. Перед крупными деяниями: походом, сражением обязательно обращались к прорицателям и проводили гаруспиции.

Проведение этих культовых действий было обусловлено верой во всесилие Рока, который, по мнению древних греков, властвовал над богами и людьми. Судьба самого Зевса находится в руках Рока. Нет такой силы, такой власти, которая могла бы изменить что-нибудь в том, что предназначено богам и людям. Одни Мойры знают веления Рока. «Мойры правят миром» – одна из основных идей древнегреческого мировоззрения. Мойра Клото прядет жизненную нить каждого человека, определяя срок его жизни. Оборвется нить и кончится жизнь. Мойра Лахесис вынимает, не глядя, жребий, который выпадет человеку в жизни. Мойра Атропос заносит в свиток все, что назначили человеку сестры, а то, что занесено в свиток, – неизбежно.

Представление греков о богах как о существах, подобных людям, но более совершенных, вело к стремлению уподобиться им и в совершенстве тел. Считалось, что боги радуются, видя людей, блещущих здоровьем и силой. Поэтому спортивные состязания, на которых как нигде более имело место проявление красоты, силы и здоровья тела, воспринимались как особая форма служения богам. Известными древнегреческими спортивными состязаниями были Немейские, Пифийские и Истмийские. Но главным спортивным праздником были Олимпийские игры, посвященные олимпийским богам. Они были установлены, по преданию, самим Гераклом. Эти религиозные торжества были настолько важны, что на время игр заключалось перемирие со всеми враждебными государствами и даже летоисчисление Греции шло по Олимпиадам (начиная с 776 г. до н.э.). Подобно христианской Пасхе, это был передвижной праздник и праздновался он в конце июня – начале июля. Проводившиеся через каждые четыре года в городе Олимпии, эти спортивные игры посвящались всем богам, хотя покровителем города и был Зевс. Послы извещали о празднике во всех концах – от Черного моря и Египта до испанских колоний.

Ристалище вмещало до 40 000 человек. На нем присутствовали только мужчины и изредка молодые девушки или гетеры (женщины свободного поведения), замужним женщинам не разрешалось присутствовать на празднике под угрозой смертной казни. Сюда стекались политики, поэты, философы, ораторы со всей Греции и демонстрировали свои умения.

Обильные жертвоприношения существлялись с утра до вечера. Набожные люди молились около алтарей, где курился фимиам и поднимались испарения от вина и крови. Главным алтарем был алтарь Зевса.

По уставу олимпийские боги принимали только жителей Эллады. Иностранцы должны были быть представлены богам кем-либо из элейцев. Делегации приближались к алтарю в праздничных костюмах, белых одеждах, вышитых золотом и пурпуровыми лентами, развевающимися на ветру. Позади главы посольства юноши из благородных семейств и невольники несли принадлежности богослужения и приношения или гнали перед собой жертву. Особые посредники – прокены каждого города или должностные лица Эллады представляли богу архифеора, который преклонялся перед ним, воспевал гимн и давал знак приступать к церемонии. Когда исполнители жертвоприношения сжигали задние ноги жертвы, а прорицатели произносили предсказание, процессия удалялась умилостивлять еще какое-нибудь божество.

Праздник продолжался пять дней. Второй, третий и четвертый были посвящены играм. Помимо спортивных состязаний на олимпийском празднике происходили состязания поэтов, ораторов, артистов в своем искусстве. Ученые возвещали о своих изобретениях, живописцы выставляли свои про­изведения. Геродот создал себе репутацию именно на олимпийских играх.

Древнегреческая религиозно-культовая система не была монолитной, ибо Древняя Греция никогда не имела государственной религии. В этой системе уживались различные культы. Наиболее важными были культы Аполлона и Диониса. Аполлон – бог солнечного света, мудрости, покровитель искусства – символизировал разум, закон, общественную гармонию. Его последователи исповедовали спокойствие и уравновешенность. Дионис – бог виноградарства и виноделия – символизировал стихийное, разрушительное, буйное, оргиастическое начало. Его последователи устраивали шумные оргии, пьянствовали и бесчинствовали, не признавая никаких нравственных запретов.

Культы Диониса и Аполлона были традиционными в Древней Греции, но с VI в. до н.э. появляются новые религиозные течения, в которых преобладали мистические настроения. Одним из таких течений является орфизм, последователи которого опирались на учение мифического певца Орфея. В культе орфиков значительную роль играл образ умирающего и воскресающего бога. Другой разновидностью древнегреческого мистицизма был пифагореизм. Пифагорейцы – последователи древнегреческого философа и математика Пифагора – верили в утверждение Пифагора о том, что он потомок Геракла и полубог. Пифагорейцы разработали религиозно-культовую систему, в которой значительное место занимала процедура религиозной медитации. Они так же, как индуисты и другие представители древневосточных религий, верили в переселение души.

Эти религиозные течения оказали заметное влияние на формирование такой формы религиозно-культовых действий, как знаменитые элевзинские мистерии.

Мистерии. Элевсинские мистерии были, в отличие от публичных богослужений, культов и праздников, тайными церемониями – таинствами («мистерия» от греч. misterion – тайна, таинство). Они относились преимущественно к культу Деметры, Персефоны и Диониса, т.е. группе теллургических божеств, которые были связаны с землей, обладающей тайной жизни и смерти. В элевсинских мистериях греки пытались постичь эту тайну посредством особых обрядов, помогающих соприкоснуться с богами.

Происходили таинства в Элевсине, поэтому назывались элевсинскими таинствами. Элевсинские таинства подразделялись на малые и великие. В малых таинствах происходило посвящение-очищение, по-видимому, нравственное (раскаяние и т.д.). В великих – духовное рождение и перерождение человека.

Великие таинства, или Элевсинии праздновались один раз в пять лет (во времена Геродота), а позже – ежегодно в сентябре. Они разделялись на две части. Сначала посвящавшиеся в тайны собирались под портиками Элевсиона, чтобы выслушать иерофанта об условиях допущения к таинствам. На следующий день все они отправлялись к морю и совершали омовение. Три следующих дня посвящались искупительным церемониям. Наконец, 20 сентября процессия двигалась, неся изображение Иакха¹, повторяя вос­торженно 1000 раз его имя. Вышедши из Элевсиона, процессия проходила Агору и Керамик, очищалась снова в соленых водах моря и подходила к мосту Кефис, затем продолжала свое торжественное шествие по священной дороге до Элевсиона, куда после многих остановок входили уже ночью.

Только тогда начинались настоящие таинства, то есть длинный ряд церемоний, из которых в одних участвовали получившие в предыдущем году простое посвящение и желавшие дойти до эпоптии, а другие предназначались для вновь посвященных. Заключительный акт производимых здесь посвящений в мисты являл собою символическое изображение мировой и человеческой драмы. Элевсинские храмы были воздвигнуты в честь богини Деметры, дочери Кроноса. До брака Зевса с Герой она родила ему дочь Персефону. Однажды во время игр эта дочь была похищена Аидом, богом подземного царства. С горестными жалобами бродила Деметра по всей земле в поисках дочери. Скорбь Деметры о Персефоне была бесконечна: она наслала на землю бесплодие. Чтобы не случилось чего-нибудь ужасного, боги должны были примириться с ней. Тогда Зевс заставил Аида вновь отпустить Персефону на поверхность земли. Но бог преисподней дал ей вкусить перед тем гранатного яблока. Из-за этого она была принуждена периодически вновь и вновь спускаться в преисподнюю. Отныне треть года она проводила в подземном мире, две трети на земле. Деметра примирилась с богами, в Элевсине же, городе своей скорби, она учредила праздничное служение, которое впредь должно было напоминать о ее судьбе.

Смысл мифа о Деметре и Персефоне заключался в следующем. То, что находится попеременно то в преисподнем, то в горнем мире, есть душа. Здесь символизируется вечность души и ее вечное превращение в смене рождения и смерти. Душа ведет свое начало от бессмертного, от Деметры. Но она увлекается преходящим и сама становится причастна судьбе преходящего. Она вкусила от плода в преисподней: душа человека насытилась преходящим, поэтому не может долго пребывать на вершинах божественного. Она должна постоянно возвращаться в царство преходящего. Цель Элевсинских мистерий – духовное рождение человека, обретающего способность уйти от зависимости земного, преходящего и погрузиться в вечное, духовное.

Все обряды мистерий мало известны, но в целом они соответствовали главным событиям мифа о Деметре и Персефоне. Деметра, разыскивая свою дочь, девять дней ходила по земле, не принимая никакой пищи и не утоляя жажды, только на десятый день она согласилась выпить смесь воды, мяты и меда, называвшуюся кикей. Мисты постились так же как и она, в течение девяти дней, на десятый пост прекращался, и они, по примеру Деметры, пили кикей.

Затем следовали обряды в святилище; действия (посвященные прикасались к некоторым священным предметам и угощались божественной пищей) и зрелища (мимическая драма, изображаемая жрецами в парадных одеждах). Отсутствие всякого человеческого звука усиливало эффект этой драмы. Это молчание прерывалось только на одно мгновение криками Деметры, призывающей свою дочь Персефону, в ответ из глубины святилища раздавались звуки медной трубы, и затем радостные восклицания богини, увидевшей Персефону.

Одна из картин представляла пребывание Персефоны в преисподней, вслед за чем изображалось возвращение Персефоны к свету и ее поднятие на Олимп. Этот контраст был поразителен. «Сначала это – блуждание наугад, – говорил Плутарх, – трудные повороты среди темноты, страшные переходы по бесконечной дороге… Страх доходит до своего высшего предела, дрожь и ужас охватывает вас, ледяной пот выступает на лбу. Но потом вы видите перед собой чудесный свет, вы переноситесь в восхитительные места, где слышатся священные голоса и гармонии, где раздаются священные слова, где вы видите хоровые танцы и божественные призраки».

«Утверждают, – писал Диодор Сицилийский, – что участвовавшие в таинствах становятся набожнее, честнее и лучше во всех отношениях, чем они были раньше».