1. Переходная военно-административная модель XVII в.

В XVII в., после утверждения на престоле династии Романовых Российское госу­дарство нуждалось в новой реформе отношений между центром и регионами.

1. Смута  усилила им­пульсы внутрирусской региональной самостийности.

2. Огромное пространство нового освоения нуждается в очень серьезном контроле, и центр не может пойти на пре­доставление постоянно растущей периферии самоуправления.

3. Происходило постоянное усложнение этнокультурной структуры Российского государства.

Логичным становится дальнейшее усиление централизованного начала в го­сударстве, причем уже в ущерб местному самоуправлению. Ведущую роль в управлении регионами приобретает военная властьГлавной тенденцией при Михаиле Романове и Алексее Михайловиче стано­вится милитаризация регионального управления, сращивание военной и админист­ративной власти деление страны на разряды — военные ок­руга, управляемые воеводами с наибольшим статусом. В российской региональной политике возникает новый вызов — сибирский:

• территория государства становится беспрецедентно огромной для всей мировой истории;

• продолжается усложнение его этнокультурной структуры.

Как результат, именно на Востоке система разрядов получает наибольшее развитие. Еще одним "региональным вызовом" в XVII в. становится украинский вы­зов. Но нестабильность отношений Украины с Москвой была обусловлена изме­нением этнополитической ситуации на этих землях, постепенным формированием украинского этноса и осознанием украинцами своих региональных и национальных интересов Украина становится частью России с особым статусом автономного региона.  в течение XVII в. непрерывно растет число разрядов в ядре Российского государства. военные округа становятся важнейшей и об­щераспространенной формой административно-территориального деления России.

Ближе к концу XVII в. военно-административная модель, создававшаяся в опытном режиме, была систематизирована. Страна практически целиком подели­лась на разряды с воеводами во главе. Систематизация была проведена с помощью табели о рангах, которая определила управленческие уровни. Первый уровень со­ставилиначальники военных округов — разрядов, второй — уездные управляющие.

2. Петровская модель региональной политики (губернская модель с элементами самоуправления)

Петр I выступил в роли реформатора региональной политики, создавшего принципиально новый баланс отношений между центром и регионами и принци­пиально новую управленческую систему. Главными вопросами, определенными при Петре и на всю перспективу XVIII—XIX вв., стали:

• создание регулярного административно-территориального деления;

• создание в регионе подконтрольной центру администрации;

• отделение судебных структур от административных с попыткой сделать их частично самоуправляющимися (т.е. с выборами их представителей на местах);

• отделение регионального самоуправления от централизованного управления регионами по вертикали (сначала в форме городского самоуправления).

Одной из первых петровских реформ стало учреждение губерний в 1708 г. Административно-территориальный формат оказался крупномасштабным: огромная территория была поделена лишь на восемь губерний. Учреждение губерний яви­лось важнейшим первым шагом при создании в России системы регулярного АТД.

Во-первых, возникший институт губернатора как назначаемого из центра управляющего губернией означал консолидацию региональной власти в одних ру­ках (и, соответственно, большую персонификацию региональной власти.

Во-вторых, институт губернатора был наделен важнейшей для регионов функцией — ответственностью за региональное развитие.

В-третьих, была сохранена асимметрия, предполагающая использование бо­лее жесткой военно-административной модели для политически наиболее важных и потенциально нестабильных регионов.

Главным институтом регионального самоуправления становится участие региональной элиты в работе судебной власти и админи­страции, прежде всего — через своих выборных представителей. В петровской мо­дели для этого создавались институты ландратов, ландрихтеров и земских комисса­ров.

Консо­лидация региональных интересов, в отличие от локальных, выглядела слабой.

Во-первых, на уровне региональной администрации институт губернатора был сбалансирован институтом ландратов — выборных губернаторских советников из числа местных дворян.Институт ландратов можно считать новой важнейшей попыткой создания регионального самоуправления, но проработав всего не­сколько лет, институт ландратов был ликвидирован. 

Во-вторых, в губерниях был создан институт судебной (и частично админи­стративной) власти, также развивающийся на началах выборного дворянского са­моуправления, — ландрихтеры (институт появился в 1719 г. одновременно с отме­ной ландратов и в качестве некоторой компенсации региональной элите).

В-третьих, государство формирует локальный уровень самоуправления, кото­рый оказывается наиболее востребованным и относительно устойчивым. На местах создается институт земских комиссаров, которых выбирают дворяне. Отдельного внимания заслуживает тема развития в России городского само­управления. в городах в рамках петровской модели региональ­ной политики появляются сначала земские избы, а потом на европейский манер — магистраты. Институт централизованного управления в лице городового воеводы был к тому времени ослаблен, а после введения провинций воеводы стали отвечать за всю территорию провинции.

С 1720—1724 гг. начинается история нового городского института — магистратов. торговлю и промышленность обозначили в качестве важнейших вопросов магистратской компетенции.

Таким образом, при Петре I был создан принципиально новый баланс отноше­ний "центр — регионы" в связи с учреждением новых политических институтов.

Петровская имперская модель региональной политики допускала асимметрию территориально-политического устройства. В привилегированном положении оказалась присоединенная в те вре­мена Прибалтика, регион западно-христианской культуры.