Uchebnik_Yaroslavskaya_yuridicheskaya_shkola

вил разрешения ходатайств (ст. 159 ПК РФ), а также в основе признания вопросов сторон в ходе судебного следствия отно­ сящимися к делу.

Как указывал Д. Н. Стефановский, если сторона, предло­ жившая на допросе вопрос, по-видимому, совершенно не отно­ сящийся к делу, обязуется объяснить его значение впоследствии, то судье надлежит допустить подобный вопрос, так сказать, на веру909. Очевидно, что почти любой факт, как бы он ни был отда­ лен и ничтожен сам по себе, может косвенным образом приобре­ сти большое значение, как доказательство extra causam, для кон­ троля свидетелей. Бентам по этому случаю приводит известный пример Сусанны и двух обвинявших ее лжесвидетелей, по сло­ вам которых преступление происходило под деревом. Допро­ шенные порознь о том, какой породы было дерево, один назвал одну породу, а другой - другую. «Совершено ли было преступ­ ление под деревом, и если под деревом, то какой именно поро­ ды, - вопросы, очевидно, не имеющие ни малейшего отношения к виновности. В силу произведенного ими разногласия они по­ лучили, однако, случайную важность и привели к желаемой це­ ли»910. Поэтому единственное условие для включения провероч­ ных фактов в пределы допроса свидетеля в качестве относящих­ ся к делу состоит в том, чтобы они действительно соответствовали этой цели. Простое же «подлавливание» свиде­ теля на мелких неточностях, объясняемых естественными при­ чинами человеческой памяти, выражениями словами мыслей и т. п., не должно допускаться председательствующим.

Именно с отсутствием строгих законодательных установ­ лений относительно границ исследования Д. Н. Стефановский связывает такие нарушения судебной этики, как оглашение в процессе разного рода материалов компрометирующего свой­ ства, явно выходящих за рамки обвинения. «Тот факт, что под­ судимый пользуется дурной репутациею, - утверждает автор, - не имеет отношения к делу за исключением лишь того случая, когда вопрос о репутации лежит в основе самого дела»911. На этом правиле основано положение ч. 8 ст. 335 действующего УПК РФ, запрещающего исследовать с участием присяжных

См.: Стефановский Д. Н. Указ. соч. С. 108.

910 Цит. по: Стефановский Д. Н. Указ. соч. С. 108. 91’Стефановский Д. Н. Указ. соч. С. 89.

641

данные о личности подсудимого, способные вызвать у присяж­ ных предубеждение относительно последнего. Из той же идеи исходит Правило 404 Федеральных правил использования дока­ зательств в судах США: «Характер лица как доказательство не допускается для доказывания действия». Данное правило в рос­ сийской уголовно-процессуальной доктрине ярославским при- ват-доцентом было сформулировано раньше многих русских процессуалистов.

Д. Н. Стефановский считает совершенно недопустимым превращение процесса в полоскание грязного белья, в облива­ ние подсудимого грязью: «Действительно, невозможно под предлогом разыскания истины, а, в сущности, ради праздного любопытства, выносить на всенародное посмеяние мелкие сла­ бости и пороки, имеющие разве отдаленное отношение к делу, невозможно обращать судебное следствие в опозорение на за­ конном основании»912.

Уважение человеческого достоинства подсудимого должно неизменно составлять одну из священных обязанностей суда и всех участвующих в процессе лиц. «Жизнь каждого человека, - развивает эту мысль автор, - имеет свои интимные стороны, обнажение которых бывает для него в высшей степени болез­ ненно. Правосудие должно по возможности уважать человече­ ское достоинство, судья, подобно врачу и священнику, имеет право разоблачать тело и душу подсудимого лишь в пределах самой строгой необходимости, тем более что судья отправляет свою обязанность публично»913. Не случайно сегодня уважение чести и достоинства личности, неприкосновенность частной жизни являются общепризнанными принципами (ст. 21, 23 Конституции РФ).

Д. Н. Стефановский указывает также на недопустимость со стороны прокурора и адвоката всякого рода третирования свиде­ телей, выспрашивания последних об интимных сторонах их соб­ ственной жизни в сомнительных целях ослабления ценности по­ казаний. На российской почве не приживается институт отвода свидетелей, основанный на их компрометации в глазах суда.

912Стефановский Д. Н. Указ. соч. С. 9.

913Там же. С. 8-9.

642

С точки зрения теории доказательств наибольший интерес для своего времени, да и для современного читателя представ­ ляют несколько проблем, затронутых автором.

1. В работе проведено разграничение между относимостью, допустимостью и достоверностью доказательств914. Недопусти­ мым может быть признано средство доказывания (например, показания душевнобольного, супруга, показания по слуху либо догадке). Относимость же означает, по мнению Д. Н. Стефановского, отсутствие причинной связи между фактами915. При этом не должны отвергаться как не относящиеся к делу сведе­ ния, полученные от неназванного лица, либо предположительно ложные. Такие сведения могут быть относимыми, но недосто­ верными. Их достоверность можно оценить только при сопос­ тавлении с другими сведениями. Причем достоверность должна оцениваться не по личности свидетеля, а по сути самого доказа-

916

тельства .

2.Выступая за равноправие сторон в доказывании, автор считает неправильным со стороны суда отказывать в исследо­ вании доказательств защиты, не заслушанных на предваритель­ ном следствии. Защита сама вправе судить, кто нужен для оп­ равдания лица917. Д. Н. Стефановский по этому поводу пишет: «Орган государства, председательствующий всегда склонен в пределах предоставленной ему произвольной власти порадеть для государства. Огромное большинство председательствую­ щих из коронных судей везде, в целом мире, сами того не соз­ навая, склонны расширять область исследования для обвине­ ния, оставив защите только законом ей отведенное»918.

3.Ученый поддерживает позицию В. К. Случевского о пре­ делах исследовании доказательств: не относящиеся к делу фак­ ты не должны исследоваться даже в общественных интересах, например, для выявления причин преступления; нельзя откла­ дывать решение дела ввиду недостаточности доказательств; не нуждаются в доказывании положительный закон и общеизвест­

914См.: Стефановский Д. Н. Указ. соч.

915См.: Там же. С. 48.

916См.: Там же. С. 33.

917См.: Там же. С. 25.

918Там же. С. 44.

643

ные факты; не требуют проверки обстоятельства сверхъестест­ венные; относимые факты подлежат обязательной проверке919.

4.Относимыми Д. Н. Стефановский признает обстоятель­ ства, образующие состав преступления, умысел, мотив и цель, характер и личность подсудимого, как они проявились в пре­ ступлении920. Иначе говоря, критерием относимости доказа­ тельств выступает то, что ныне называется предметом доказы­ вания.

5.Подробно рассматривая английские правила доказа­ тельств, автор исследует вопрос об относимости косвенных улик,

ккоторым причисляет факты, объясняющие мотивы поведения лица; его последующее поведение; сообщения, которыми лицо сопровождало свое поведение; поведение потерпевшего.

Детальность исследования практических вопросов доказа­ тельственного права в работе Д. Н. Стефановского делает её ак­ туальной до настоящего времени.

Дмитрий Генрихович Тальберг (1853-1891) родился в Киеве, окончил Киевский университет в 1874 г. со степенью кандидата и золотой медалью за выпускное сочинение. В 1876— 1879 гг. состоял стипендиатом для подготовки к профессорско­ му званию. В мае 1880 г. назначается приват-доцентом Деми­ довского юридического лицея, где читает курс уголовного су­ допроизводства. Магистр уголовного права за исследование «Насильственное похищение имущества по русскому праву» (опубликовано в 1879 г., защищено в сентябре 1880 г. в Киев­ ском университете). В июле 1881 г. утвержден экстраординар­ ным профессором Демидовского юридического лицея. В мае 1884 г. перешел приват-доцентом в Киевский университет, в 1888 г. защитил докторскую диссертацию «Гражданский иск в уголовном суде или соединенный процесс» (опубликована в 1888 г.), после чего утвержден ординарным профессором по кафедре уголовного права, читал курс уголовного судоустрой­ ства и судопроизводства. Готовил курс «Русского уголовного судопроизводства», но долгая болезнь не позволила ему дове­ сти работу до конца, и третий том оказался неизданным. Умер

под Киевом 30 мая 1891 г.

919См.: Случевский В. К. Учебник русского уголовного процесса:

Судопроизводство. СПб., 1892. С. 151-153, 166-171.

920См.: Стефановский Д. Н. Указ. соч. С. 42.

644

Видный специалист в области уголовного процесса, Дмит­ рий Германович Тальберг в период преподавания в лицее (1880-1884 гг.) не выпустил крупных работ по уголовному су­ допроизводству921. Все его фундаментальные труды, в том чис­ ле двухтомный курс «Русское уголовное судопроизводство» (Киев, 1889-1890), вышли в киевский период научно­ педагогической деятельности. Тем не менее опубликованная в Ярославле работа Д. Г. Тальберга («Вступительная лекция по уголовному процессу») представляет значительный научный интерес. В ней нашли выражение многие из прогрессивных идей, получивших широкое развитие в последующих трудах криминалиста, которые обеспечили ему всероссийское научное признание.

Вступительная лекция, прочитанная 25 сентября 1880 г., как и положено по жанру, имеет методологический характер. Во-первых, Д. Г. Тальберг дает в ней обоснование необходимо­ сти историко-сравнительного приема для изучения теории уго­ ловного процесса. «Необходимость историко-сравнительного приема, - разъясняет он студентам, - вытекает из следующих соображений: с одной стороны, уголовный суд есть явление ис­ торическое, имеющее в прошлом свои задачи и законы разви­ тия, и всякое действующее в данный момент законодательство составляет продукт предшествующей правовой жизни общест­ ва, с другой стороны, при современных условиях цивилизации юридическая жизнь каждого народа имеет много общего с раз­ витием права соседних государств, взаимно влияя на их юриди­ ческий быт. Ввиду этих соображений историко-сравнительный материал войдет в курс наш как пособие в деле выяснения об­ щих начал процесса и особенностей русского уголовно­ процессуального законодательства»922. Подобный подход в со­ временный для автора период был, с одной стороны, новатор­ ским, а с другой - очевидным. Новаторским, потому что исто- рико-сравнительных исследований уголовного судопроизводст­ ва было явно недостаточно. Очевидным, потому что Устав уголовного судопроизводства 1864 г. ввел в юридический оби­

921Есть сведения, что в 1883 г. в Ярославле он опубликовал работу «Уголовное судопроизводство», но обнаружить ее нам не удалось.

922Тальберг Д. Г. Вступительная лекция по уголовному процессу

//Временник Демидовского юридического лицея. Ярославль, 1880.

Кн. 24.С. 12.

645

ход взамен сформировавшейся к XVIII в. инквизиционной формы судопроизводства новую для России того времени мо­ дель уголовного процесса, учитывающую опыт как европейско­ го суда с его состязательностью и судом присяжных, так и ста­ рорусского процесса с его гласностью, устностью и участием народных представителей. Конечно, с точки зрения современ­ ного исследователя, описание Д. Г. Тальбергом историко­ сравнительного метода выглядит ограниченным в силу замкну­ тости его в сфере права. Несмотря на наличие собственных за­ конов развития уголовного судопроизводства, причины форми­ рования той или иной модели процесса в государстве коренятся в его экономической, политической, идеологической (религи­ озной) основах. История российского уголовного процесса то­ му подтверждение: усиление центральной власти, централиза­ ция собственности, монополия в идеологии влекли за собой ин­ квизиционную либо следственную форму процесса; и наоборот, внедрение демократических элементов, многообразие форм собственности вызывали к жизни те или иные разновидности состязательного процесса, внедрение диспозитивных начал. Примененный с учетом конкретных исторических условий ис- торико-сравнительный метод исследования уголовного судо­ производства не теряет своей ценности.

Во-вторых, отдавая должное догматическому методу, необ­ ходимому для уяснения действующего уголовно­ процессуального законодательства, Д. Г. Тальберг придает осо­ бое значение критическому приему, представляющему собой логический анализ и оценку действующего права. Без этого важ­ ного элемента, по его мнению, немыслима теория процесса. «Под именем критического приема, - указывает он, - разумеет­ ся такой научный прием, при помощи которого исследователь на основании знакомства с природой учреждения и общих по­ нятий, почерпнутых из истории и сравнительного правоведе­ ния, производит оценку законодательных постановлений, ука­ зывает недостатки закона и способы их устранения»923. Д. Г. Тальберг высказывает возражение против широко распро­ страненного в литературе того периода мнения, согласно кото­ рому вся теория процесса должна основываться на законе как

923 Тальберг Д. Г. Вступительная лекция по уголовному процессу.

С. 13-14.

646

обязательной норме, а не на пособиях науки и для юриста явля­ ется уместной только положительная критика, извлекающая свои истины и доводы из положительного права и ограниченная его пределами. «С такими доводами, - считает профессор, - трудно согласиться. Научная теория процесса возможна только под условием допущения отрицательной критики, которая смотрит на закон как на изменяющееся явление, подлежащее отмене и изменению, и производит оценку известных учрежде­ ний и форм суда с точки зрения общих понятий пользы и инте­ ресов общества. Лишить юриста-теоретика права относится с отрицательной критикой к положительному закону - значит признать непогрешимость его оснований и низвести теорию процесса на степень практического комментария закона. Кри­ тическое отрицательное отношение к положительному законо­ дательству имеет за собой великую заслугу перед че­ ловечеством в истории, и этот прием всегда будет служить в руках научной теории орудием против несовершенств дейст­ вующих законов, которые необходимо должны изменяться под влиянием требований действительной жизни и социальных ус­ ловий жизни общества» 924.

Подробная аргументированная точка зрения профессора как нельзя лучше убеждала студентов в необходимости глубо­ кого научного проникновения в правовую материю и к не менее глубокому осознанию реалий действительности. Благодаря своим последующим трудам Д. Г. Тальберг вошел в историю как один из наиболее последовательных критиков «Устава уго­ ловного судопроизводства» в целях его постоянного совершен­ ствования в соответствии с велениями жизни и созвучной ей научной теории. Ключевым в изложенном подходе представля­ ется понимание критического приема как основанного на при­ роде изучаемого явления, в нашем случае - уголовного судо­ производства. Такой подход позволяет исследователю, незави­ симо от законодательных конструкций, создавать идеальную модель процесса, и уже с точки зрения этой идеальной модели оценивать процессуальную, как, впрочем, и иную правовую действительность.

924 Тальберг Д. Г. Вступительная лекция по уголовному процессу.

С. 13-14.

647

В-третьих, в своей лекции профессор не мог не обратить внимание на соотношение материального (уголовного) и уго- ловно-процессуального закона. «При дурных законах, - гово­ рил он, - находящихся в резком противоречии с господствую­ щими воззрениями в обществе, уголовное правосудие необхо­ димо теряет свой нравственный авторитет. Наше общество нанаходится именно в таком положении, когда суд, проникнутый новыми началами, обязан применять уголовный кодекс, недос­ татки коего давно всеми признаны и указаны, в котором многое представляется анахронизмом» 925. Многие оправдательные приговоры Д. Г. Тальберг объяснял несовершенством уголов­ ного законодательства.

Не вдаваясь в оценку сегодняшнего соотношения уголов­ ного и уголовно-процессуального права, из данного суждения ученого можно сделать весьма значимый вывод. Как бы ни со­ вершенствовалось уголовное судопроизводство, одной из задач его является применение уголовного закона. Все процессуаль­ ные усилия будут сведены на нет, если материальный закон бу­ дет социально не обоснован и юридически не совершенен. В итоге цель правосудия не будет достигнута.

Таким образом, вводная лекция Д. Г. Тальберга содержала описание методологии изучения уголовного судопроизводства, которая нашла применение в более поздних трудах ученого.

925 Тальберг Д. Г. Вступительная лекция по уголовному процессу.

С. 9.

648

Глава 12. Школа трудового права и права социального обеспечения

Как уже неоднократно упоминалось выше, конец XIX - XX вв. можно с полным основанием назвать «золотым веком» российской юридической науки. В ряду российских ученыхправоведов названного периода особое место занимают пред­ ставители ярославской юридической школы. Это касается спе­ циалистов практически всех отраслей права и сфер юридиче­ ской науки. Но особое место среди них занимают ученыеспециалисты в сфере трудового права. А. Н. Козырин вполне обоснованно отмечал: «Не будет преувеличением сказать, что в стенах Демидовского юридического лицея зародилась наука трудового права»926.

В данной главе описывается жизненный и научный путь наиболее известных ученых-специалистов в сфере трудового права, творивших в стенах Демидовского юридического лицея, а также других вузов Ярославля, прежде всего Ярославского госу­ дарственного университета уже советского периода. Некоторые из ученых, чья жизнь и творчество рассматриваются в этой главе, не являются учеными-трудовиками в узком смысле этого слова. Но их научная деятельность оказала влияние на возникновение и развитие отечественной науки трудового права. Судьба этих ученых тесно переплелась с судьбой города Ярославля и яро­ славских учебных заведений, и это также позволяет отнести их к ярославской школе трудового права.

Наше повествование стоит начать с Н. Л. Дювернуа (1836— 1906), первого профессора римского права лицея в 1870— 1874 гг. Этот выдающийся ученый-цивилист до сих пор недо­ оценен в отечественной юридической науке. Между тем в доре­ волюционный период его научный авторитет был непререка­ ем927. В нашу задачу не входит анализ его цивилистических ра­

926Козырин А. Н. Наука финансового права в Ярославском Демидов­ ском лицее // Финансы и налоги: Очерки теории и политики. М., 2004. С. 13.

927См.: Гамбаров Ю. С. Николай Львович Дювернуа // Вестник гра­ жданского права. 1914. № 5. С. 5-14; Нольде А. Э. Н. Л. Дювернуа // Там же. 1917. №1. С. 5-12 и др.

649

бот, тем более что о них уже говорилось выше. Николай Льво­ вич интересен нам как основатель ярославской школы граждан­ ского права, заложивший основы ее фирменного стиля. Именно интерес к истории права, к социальной составляющей цивили­ стики позволил его ученикам и последователям выйти на про­ блемы правового регулирования наемного труда.

Развитие договорных отношений, связанных с наемным трудом, он не отождествлял с римским правом, которое допус­ кало низведение человека до категории вещей. Он подчеркивал большое значение в период феодализма союзов (корпораций), которые определяли специфику трудовых отношений конкрет­ ных лиц. Отсюда повышенный интерес законодательства и юриспруденции к правам союза и ослабление интереса к пра­ вам отдельных лиц, в том числе связанных с использованием своего труда928. Следовательно, само формирование относи­ тельно массовых трудовых отношений и зачатков трудового за­ конодательства переносилось им на период капиталистического развития, когда на первый план вышли права отдельной лично­ сти, а не корпорации. Н. Л. Дювернуа подготовил целую плеяду юристов, живо интересующихся правовым опосредованием трудовых отношений. Одним из его любимых учеников был В. М. Гордон, о котором речь пойдет далее.

Преемником Н. Л. Дювернуа на кафедре гражданского пра­ ва Демидовского юридического лицея был А. А. Борзенко (1848-1915). В 1874 г. он был принят приват-доцентом Деми­ довского юридического лицея, где преподавал около двадцати лет. Для нас его личность особенно примечательна по двум причинам. Во-первых, он рассматривал проблемы трудового права в широком контексте общественных отношений. Он пи­ сал: «Назначение права - служить нравственной свободе чело­ века, а не раболепствовать перед хозяйственной расчетливо­ стью»929. Проблемы ограничения права собственности он свя­ зывал с правами личности и общественными интересами. Особенно, по его мнению, это касалось промышленных пред­ приятий, функционирование которых основывалось на исполь­

928См.: Дювернуа Н. JL Чтение по гражданскому праву. СПб., 1902.

С. 268-272 и далее.

929Цит. по: Имени Демидова: Ярославский университет в его про­ шлом и настоящем. Ярославль, 1995. С. 151.

650