IX. О сборе урожая на лугу и на пашне и о нарезке торфа

И вот хотят бонды убрать урожай на своей пашне; и вот заболел у одного бонда работник или сбежал своей дорогой. Тогда должен каждый бонд в [данном] коне помочь ему од­ним днем работы, и таким образом он получит законную по­мощь. Этот день работы должен он получить прежде, чем кто-нибудь в коне выедет на пашню.

X. О снятии изгороди

Все должны держать изгородь вокруг луга до позднего благовещения¹, вокруг пашни до тех пор, пока калитка не примерзнет к ограде. Но если кто-нибудь сеет половину эресланда или меньше, то он должен убирать урожай на своей земле тогда, когда другие в коне убирают свой. Если не мо­жет он тогда убрать урожай, то должны они держать закон­ную изгородь для него в течение трех дней, и потом могут общинники безнаказанно открывать изгородь.

¹ 8 сентября.

XXI. О распашке нови

И вот говорится о нови. Если кто-нибудь делает заимку под пашню на огороженной земле и лежит она в сельской мере, то может он сеять там в течение трех лет и держать ее под паром в течение трех лет и потом предоставить ее к раз­делу. Если он владеет ею дольше и ему объявлено запреще­ние, то должен он платить штраф 3 марки. Если он делает заимку под луг, то может пользоваться им в течение трех лет и потом предоставить его к разделу. Если он держит его дольше и ему объявлено запрещение, то должен он платить штраф 3 марки.

Svenska landskapslagar. Första Serien: östgötalagen och Upplandslagen. Sthlm. 1933 – 1946, s.17-19, 130-131, 133, 135-136, 138-159, 177.

Польша положение крестьян і. Винцентий Кадлубек о положении крестьян

Винцентий Кадлубек – польский хронист XIII в. (умер в 1223 г.).

Был у этого народа от древних времен словно освящен­ный привычкой обычай, что, если где-нибудь вельможные паны отправлялись со свитой в поездку, [они] забирали у бедных кметов¹ не только мякину, сено, солому, но даже врывались в сараи и хаты, отнимая у них зерно, и не столько употребляли его на питание, сколько бросали на потраву ло­шадям.

Был также и другой подобный застарелый дерзкий обы­чай, что каждый раз какой-нибудь богатый пан, желая к кому-нибудь послать гонца, велел прислуге пользоваться подводами бедных кметов и в один час преодолевать самой быстрой ездой огромное пространство. Этот обычай для мно­гих был очень вредным, так как лошади одних надрывались от быстрого бега и они не получали [за них] вознаграждения, [лошади] других падали посреди дороги. Тех же, которые от­личались необыкновенной силой и быстротой, забирали без надежды на возврат.

¹ Кметы – феодально зависимые крестьяне.

«Monumenta Poloniae Hislorica», t.II, Krakow, 1879, Хроника Винцентия Кадлубека, кн.3.

2. Из Вислицкого статута короля Казимира III (ок. 1347 г.)

Мы, Казимир, божьей милостью король Польши... сов­местно с рыцарями королевства нашего, по милосердию и по воле божьей увидев, что в прежние времена в землях поддан­ных нашего государства многие дела судили в судах относи­тельно одного и того же факта не одинаково, но по различию умов и мнений судей. И вследствие этого разнообразия жа­лобы или дела часто после многих и долгих хлопот остаются как бы нерешенными. А поэтому во имя всемогущего бога и девы Марии задумали мы нашим подданным для руковод­ства вышеуказанные судебные решения или судебные дела исправить и положить конец разнобою, желая и постановляя, чтобы отныне и на вечные времена только в соответствии с приведенными ниже статутами все и каждый из судей земель наших должен и обязан судить и твердо соблюдать эти самые статуты.

I, 53. Сохранился до сих пор ложный обычай: когда ка­кие-нибудь кметы покидают этот свет, не оставляя потомства, все их имущество, движимое и недвижимое, называе-- мое выморочным, привыкли прибирать к своим рукам гос­пода. Теперь же, изгоняя этот ложный обычай, мы постанов­ляем, чтобы на имущество этих умерших, сколько бы там ни было найдено, была бы приобретена для приходской церкви большая чаша за полторы гривны¹, а остаток имущества без всяких препятствий должен перейти к ближайшим родствен­никам или родителям.

I, 69. Из-за того что подданные покидают господские име­ния без всяких к тому надлежащих оснований, [эти имения] часто пустеют, и наши рыцари сочли нужным противодейст­вовать без промедления этому ущербу. Поэтому мы нашей волей устанавливаем, чтобы из одного села в другое вопреки желанию господина села, в котором они живут, могло пере­браться не больше чем один-два кмета или обитателя, за исключением таких случаев: первое – когда господин села изнасилует дочь или жену своего кмета; второе – когда по вине господина имущество кметов было разграблено или за­хвачено; третье – когда отлучают [от церкви] кмета за вину его господина. В этих случаях не только два, три или четыре кмета могут уйти, но и все там проживающие могут уйти, куда им любо.

I, 97. Если кмет нанес одну или несколько ран владыке², он [должен уплатить] побитому 15 [гривен], а другие 15 суду. Если рана будет нанесена палкой, но покажется кровь, заяв­ляем, что за нее нужно дать удовлетворение [как] за рану, [нанесенную] мечом. Но если это будет нанесено шляхтичу, тогда уплатит 60 гривен...

II, 134. Кроме того, постановляем объявить, что если от нас либо от какого-нибудь другого господина нашего поддан­ного убежит или уйдет ночью кмет, то господин села имеет право владеть теми вещами, которые этот кмет, убегая, оста­вил дома. И кроме того, господин, который примет этого убе­жавшего кмета, должен заплатить первому господину, от ко­торого убежал [кмет], штраф 15 (гривен) и доставить кмета вместе со всеми вещами, которые тот к нему принес. А это о том, кто убежал от господина без предшествующей вины его господина...³.

¹ Гривна – монетная единица; употреблялась в Польше с XI в., весила около 200 г, содержала 48 грошей.

² Владыка – мелкий шляхтич, не имеющий отдельного герба.

³ Случаи, когда кмет мог покинуть село своего господина, перечис­лены в статье 69.

«Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы». Под ред. акад. В.М. Корецкого, М., 1961, с.748-763.