Содержание почтовых станций на дорогах

10. Из «Хэй-да ши-люе»

Что касается системы учреждения почтовых станций, то разрешается [местным] вождям и начальникам самим опре­делять длительность их обслуживания.

В этих пустынных землях, через которые [я, Сюй] Тин, проезжал... кроме того, существует еще один вид [обложе­ния]: все отдают чай-фа на нужды местных почтовых стан­ций в каждом владении. Это также одинаково обязательно для высших и низших.

«Хайнин Ван Цзин-ань сянь-шэн и шу», Шанхай, L 1940, кн. 37, л. 110-116.

11. Из «Го-чао вэнь-лэй»

Вначале все князья и императорские родственнигч сами [по собственному усмотрению] могли брать лошадей н. поч­товых станциях, а послов было великое множество. Когда кони падали от усталости, то они силой отбирали лошадей у народа, чтобы ехать на них дальше, а когда они прибывали в подворья, то требовали себе самых различных вещей и, если подача кушаний задерживалась хоть немного, [обслуживающих лиц] избивали плетьми. В городах и их предместьях, на дорогах – всюду, куда они прибывали, вызы­вали тревогу [среди местного населения]. Люди в подворьях не могли сносить [такого обращения].

«Го-чао вэнь-лэй», изд. Сы-бу цун-кань, гл. 57, л. 18а.

12. Рашид ад-Дин. «Сборник летописей»

Хотя государям бывает необходимо посылать послов и гонцов в разные страны и края и дела государственные через то могут быть укреплены и упорядочены, однако вошло в обычай посылать их и для доставления известий о здоровье, даров и подношений и ради важных дел окраин, войсковых дел и государственных тайн. Очевидно, что нужда в посылке гонцов по таким делам случается в год несколько раз. К на­стоящему времени постепенно дошло до того, что все хатуны¹, царевичи, эмиры ставок и эмиры-темники, тысячники и сотники, воеводы областей... и прочие разряды [чинов], на­значенные на различные должности, помалу и помногу за всяким делом посылали гонцов по областям, а также посы­лали их по разным надобностям в монгольские кочевья...

...Кончилось тем, что по дорогам гонцов стало попадаться больше, чем караванов и всех путешественников. Если бы даже в каждом яме держали пять тысяч лошадей, то улага² для них (гонцов) не хватило бы. Забирали монгольские та­буны, которые держали на летних и зимних стойбищах, и садились [на лошадей]. Спешивали все караваны и путешест­венников, которые прибывали из Китая, Хиндустана и дру­гих дальних и ближних стран, [а также] и эмиров, баска­ков³... и челобитчиков, едущих в [государеву] ставку, захва­тывали их лошадей, а их оставляли посреди дороги...

Часто бывало, что одни гонцы отбирали улаг у других гонцов под предлогом, что наш-де путь поважнее. Дошло до того, что каждый, у кого было больше провожатых и силы, отбирал улаг у другого. Когда разбойники проведали о та­ких делах, то они и гонцам [числом] поменьше говорили: «Мы-де гонцы», силком отнимали у них улаг, их грабили и даже забирали у них [государевы] ярлыки⁴ и пайзы⁵. Стало так, что большая часть разбойников с пайзами и [государе­выми] ярлыками, преградив горные перевалы, выходили для разбоя на дороги, хитро й коварно под предлогом выполне­ния обязанностей гонцов нападали на путников, едущих с караванами, и гонцов и грабили животных и пожитки.

Гонцы не удовлетворялись только улагом и путевым до­вольствием, а как только приезжали к кому-нибудь, так сей­час же под разного рода предлогами поднимали ссору и, причинив разные неприятности, забирали добро. Коноводы же их отнимали у людей одежду, головные уборы и все, что видели. [Гонцы] преднамеренно получали больше улага, [чем нужно], и распродавали [его]. Все, что они находили в дерев­нях, они силой тащили. Если в один день они приезжали в десять деревень и кочевий, то со всех этих мест они брали путевого довольствия во много раз больше, чем [требовали] дорога и ясак, и поскольку корма у них оказывалось в из­лишке, они [его] продавали.

...Поскольку вес и значение [гонцам] придавала толпа провожатых, то они старались, чтобы вокруг них собиралось побольше нукеров⁶. Нукеров приглашали из родственников и друзей. По дороге они привлекали к себе людей всякой породы, и за ними следовали бродяги и беспутные люди. Стало так, что гонец, которого не признали бы государь и старшие эмиры, при небольшом деле, по которому он ехал, брал с собой двести – триста всадников, а некоторые, кото­рые были познатнее да поименитее, ездили с пятьюстами и тысячью всадников.

¹ Хатун – монгольский женский титул (царица, княгиня),

² Улаг – средства передвижения.

³ Баскак – военачальник, представитель, производивший учет дани и переписи населения в покоренной стране.

⁴ Ярлык (монг. «джарлик») – указ.

⁵ Пайзы (кит. «пайцзы») – золотая, серебряная или деревянная до­щечка, дающая право на получение лошадей и продовольствия на почто­вых (ямских) станциях.

⁶ Нукер – букв, товарищ (монг.), т. е. дружинник.

Рашид ад-Дин. Сборник летописей, т. III, М. – Л., 1946, стр. 263 – 265.