3. Правовое положение рабов.

Рабы на протяжении всей истории римского государства были не субъектами, а объектами права. Но формы действия этого принципа менялись с развитием римского общества.

На начальной стадии развития Рима рабство носило пат­риархальный характер, раб входил в состав семьи. В период расцвета римского государства, оно получило широкое рас­пространение и стало основой хозяйственной жизни рим­ского общества.

Способы установления рабства.

(1) Основным способом установления рабства был плен, захват чужеземца.

(2) Рождение от матери-рабыни. Отцовство не имело значения, так как статус отца приобретался только в браке, а заключение брака с рабыней не допускалось.

(3) Продажа в рабство.

Все эти основания установления рабства отпали к периоду империи. Вместо них появились случаи обращения в рабство уже на территории Рима в связи с присуждением судом к определенным наказаниям (смертная казнь или к бессрочной каторге).

В силу императорского эдикта 52 г. н.э. свободная женщина, вступившая в связь с рабом и не прервавшая ее, несмотря на требование господина, становилась рабыней.

Вольноотпущенник (раб, отпущенный на свободу), если он вел себя неблагодарно по отношению к своему бывшему господину (патрону), мог быть по требованию последнего возвращен в рабское состояние (revocatio in servitutem).

Наконец, признавался рабом - тот, кто, позволив фиктивно продать себя как раба, в действительности имел в виду получить часть покупной цены (pretii participandi gratia) после того, как будет подтверждено его свободное состояние.

В области частно-правовых отношений раб, как уже гово­рилось, не был субъектом права, он не имел семьи. По Ульпиану «quod attinet ad jus civile servi pro nullius habentur» (с точки зрения цивильного права рабы представляют собой ничто). Раб был объектом права собственности, узуфрукта, залога; он мог быть предметом обязательства: купли-продажи, имуществен­ного найма, дарения и т. д.

Если рабу причинено телесное повреждение, над ним учинено насилие, соответствующий иск предъявляется не рабом, а господином, так же как в случаях, когда повреждение причинено животному или кем-нибудь испорчена вещь, принадлежащая господину. Отказ господина от своих прав не делает раба свободным. Он сохранял свое рабское состояние, становясь «ничейным», и его, как любую бесхозяйную вещь, мог захватить в собственность каждый желающий.

В период империи ряд законов ограничивает права господина на личность рабов.

Итак, раб — неправоспособен. Но интерес рабовладельца требовал использовать раба возможно шире, в таких направлениях, где использовать животное было нельзя, то есть хотелось использовать человеческие свойства раба, сделать его приказчиком в торговом деле, управляющим до­мом либо имением, словом, на таких работах, которые предполагают обладание известным имуществом, заключение различных сделок, вообще — юридическую деятельность.

Начали с того, что рабовладельцы стали выделять некоторое иму­щество в более или менее самостоятельное управление раба. Такое имущество носило наименование peculium (вероятно, термин вошел в употребление, когда скот был одной из главных частей имущества, pecus). Если поставить вопрос о юридическом положении этого иму­щества, то ответить нужно так, что собственник этого имущества — господин раба, а раб — только управляющий. Когда выделение пе­кулия вошло в практику, жизнь поставила дальнейший вопрос. Все просто, если пекулий состоит, допустим, в табуне лошадей, все не­обходимое для содержания которых имеется в хозяйстве собствен­ника, так что рабу можно ограничиться совершением фактических действий: засыпать корм, гонять на водопой, охранять и т. д. Но если в качестве пекулия раб получал торговое заведение, лавку, то ведь управление им предполагает совершение юридических сделок: то­вары продавать, покупать новую партию. Если раб будет недееспособен, в каком положении окажутся покупатели товаров в этой ла­вочке, поставщики товара для этой лавочки? И вот за рабом, существом неправоспособным, признали дееспособ­ность: в одном отношении, а именно, допустили иск из заключенной сделки к рабу: это — поло­жение платоническое, ибо у раба нет собственного имущества; но затем рядом с этим был сделан вывод, и практический: наряду с иском против раба стали давать иск и против собственника раба, в качестве добавочного иска. Так как приказчик в торговом заведении назывался в Риме institor, то иск, который давался третьим лицам против собственника торгового заведения по сделкам раба-приказ­чика, получил название actio institoria. В связи с этим возник воп­рос: в каких же пределах должен отвечать собственник по сделкам своего раба-приказчика. Ответственность собственника определялось кругом полномочий, которыми он наделил приказчика инститора. Поэтому если приказчик совершит действия, которые по общепринятым понятиям, по деловым обыкновениям не входят в круг его действий, то собственник за эти действия отвечать не будет, поскольку эти сделки совершены по собственному усмотрению инститора. Кроме того отвественность собственника пекулия зависела от его стоимости (за исключениев случаев когда по сделке раба хозяин приоретал каколе-либо имущество).

Если таким образом, по сделкам раба, рабовладелец в извест­ных случаях и в известных пределах получал обязанность, то права по сделкам раба рабовладелец приобретал безусловно: все, что приобретал раб, поступало в собственность ра­бовладельца автоматически, независимо от того, приобретал ли раб именно для рабовладельца или для себя.

Господин мог уполномочить раба на совершение какой-либо сделки, в этом случае против господина контрагент раба мог предъявлять специальный иск, основанный на распоряжении хозяина.

До сих пор речь шла все о сделках раба, т. е. о действиях дозволенных. А если раб совершал действие недозволенное, правонарушение, или, употребляя техни­ческий термин, — деликт? Какие тогда наступят последствия? Принципиально раб не может обязывать своего гос­подина. Но оставить деликты раба без юридических последствий было нельзя. Словом, интересы самого рабовладельческого класса требовали установления определенной ответственности за деликты рабов, т. е. опять-таки признать в какой-то мере дееспособность рабов. Вопрос был решен следующим образом. Прежде всего, сам раб, совершивший деликт, считался принципиально ответственным за последствия; эта ответственность получала практический харак­тер в случае отпущения раба на свободу; обязательство возместить вред продолжало, так сказать, лежать на рабе. Но в источниках пря­мо говорится:— наряду с рабом отвечает и его господин. Но ответственность последнего имела ту особенность, что ему пре­доставлялось на выбор: или выдать раба потерпевшему для отра­ботки суммы долга, или уплатить сумму причиненного убытка.

Освобождение из рабства. До конца республики раб мог быть освобожден из рабства только по воле господина (manumissio). Древнее время знало три способа такого освобождения: путем включения господином соответствующего распоряжения в завещание.

Другим известным древнему праву способом освобождения из рабства было внесение раба в списки граждан с ведома господина.

Наконец, третий известный древнейшему праву способ освобождения из мнимый процесс о свободе для которой использовались формы legisactio per sacramentum.

Во второй половине республики развиваются и новые неформальные способы освобождения из рабства: путем заявления господина об освобождении в присутствии свидетелей, путем составления господином отпускного письма. (manumissio per epistolam). Однако отпущенный таким образом раб не становился свободным iure civili. Лишь преторские средства охраны его свободы обеспечивали ему своеобразное состояние - "пребывание в состоянии свободы".

Начиная со времени принципата появляется и ряд случаев освобождения из рабства в силу закона: так, освобождаются из рабства раб, открывший убийцу господина, раб, в течение 20 лет живший как свободный человек - своеобразное освобождение по давности и др. (D. 40. 8; C. 7. 22); больной раб, брошенный господином.

В IV в. н.э. возникает церковная форма освобождения рабов путем соответствующего заявления господина в церкви.

Таким образом, через историю римского права проходит процесс возрастания числа способов освобождения из рабства.