Юве­ниль­ный пе­ри­од

Чет­вёр­тый пе­ри­од — юве­ниль­ный (свыше 12 недель). В этот пе­ри­од про­ис­хо­дит фор­ми­ро­ва­ние ти­по­ло­ги­че­ских осо­бен­но­стей. До его на­ча­ла все щенки ведут себя очень по­хо­же — они кон­такт­ны, иг­ри­вы, легко воз­бу­ди­мы и прак­ти­че­ски не имеют ярко вы­ра­жен­ных ин­ди­ви­ду­аль­ных черт. Раз­ли­чия ос­нов­ных свойств нерв­ной си­сте­мы об­на­ру­жи­ва­ют­ся к концу вто­ро­го ме­ся­ца жизни, но наи­бо­лее чёт­кое вы­ра­же­ние они при­об­ре­та­ют к трём–че­ты­рём ме­ся­цам.

Часто у щен­ков воз­ни­ка­ет пас­сив­но–обо­ро­ни­тель­ная ре­ак­ция, резко из­ме­ня­ю­щая по­ве­де­ние и опре­де­ля­ю­щая все по­сле­ду­ю­щие ха­рак­те­ри­сти­ки выс­шей нерв­ной де­я­тель­но­сти. По мере усво­е­ния щен­ком за­ко­но­мер­но­стей окру­жа­ю­ще­го мира она умень­ша­ет­ся. Мно­го­чис­лен­ные экс­пе­ри­мен­таль­ные ра­бо­ты по­ка­за­ли, что вы­ра­щи­ва­ние щен­ков в изо­ля­ции спо­соб­ство­ва­ло раз­ви­тию у них резко вы­ра­жен­ной тру­со­сти в даль­ней­шем. Если у щенка в этот пе­ри­од он­то­ге­не­за есть такая склон­ность, крайне важно вся­че­ски раз­но­об­ра­зить его окру­же­ние.

Пе­ри­од по­ло­во­го со­зре­ва­ния

Пятый пе­ри­од — пе­ри­од по­ло­во­го со­зре­ва­ния (после 7 ме­ся­цев). К этому мо­мен­ту рост щенка в ос­нов­ном за­кан­чи­ва­ет­ся.

Кри­ти­че­ские пе­ри­о­ды со­ци­а­ли­за­ции

Под со­ци­а­ли­за­ци­ей по­ни­ма­ют мно­го­сту­пен­ча­тый про­цесс, в ходе ко­то­ро­го скла­ды­ва­ет­ся лич­ность со­ци­аль­но­го жи­вот­но­го и об­ра­зу­ют­ся связи с его окру­же­ни­ем. Каж­дый этап со­ци­а­ли­за­ции огра­ни­чен во вре­ме­ни и имеет кри­ти­че­ские сроки, когда вклю­ча­ют­ся врож­дён­ные про­грам­мы по­ве­де­ния и до­стра­и­ва­ют­ся за счёт при­об­ре­те­ния новых услов­ных ре­флек­сов, ко­то­рые по­сте­пен­ной тре­ни­ров­кой до­во­дят­ся до со­вер­шен­ства. Этот про­цесс идёт на всех по­ве­ден­че­ских уров­нях: вклю­ча­ют­ся новые по­треб­но­сти и врож­дён­ные ком­по­нен­ты мо­ти­ва­ций. Жи­вот­ное улав­ли­ва­ет ос­нов­ные за­ко­но­мер­но­сти и при­чин­но–след­ствен­ные связи окру­жа­ю­ще­го мира, по­ни­ма­ние ко­то­рых ему необ­хо­ди­мо на дан­ном этапе раз­ви­тия. Если этап по­че­му–либо не за­вер­шён (на­след­ствен­ная про­грам­ма вклю­чи­лась, но пол­но­стью не до­стро­и­лась), всё даль­ней­шее раз­ви­тие со­ба­ки, как со­ци­аль­но­го жи­вот­но­го, ока­зы­ва­ет­ся ущерб­ным, пси­хи­ка на­ру­шен­ной, по­ве­де­ние ано­маль­ным.

Этапы со­ци­а­ли­за­ции на вол­ках рас­смат­ри­ва­ли в своих ра­бо­тах аме­ри­кан­ские ис­сле­до­ва­те­ли Вулпи и Гинс­бург. В. Ми­ку­ли­чек по­ка­зал на­ли­чие таких кри­ти­че­ских пе­ри­о­дов у собак. Он опре­де­лил чётко рамки, когда за­вер­ша­ет­ся один пе­ри­од и на­чи­на­ет­ся дру­гой. Ана­ло­гич­ные ис­сле­до­ва­ния про­во­ди­лись под ру­ко­вод­ством Л.В. Кру­шин­ско­го на вол­ках и на со­ба­ках.

На­блю­де­ния собак раз­ных пород, собак–парий при­ве­ли нас к вы­во­ду, что невоз­мож­но чётко ука­зать гра­ни­цы пе­ри­о­дов. Ока­за­лось, что в пре­де­лах по­ро­ды очень много за­ви­сит от ин­ди­ви­ду­аль­но­сти щенка, от усло­вий вы­ра­щи­ва­ния и со­дер­жа­ния. Усло­вия оби­та­ния собак в че­ло­ве­че­ском об­ще­стве ока­за­лись на­столь­ко раз­но­об­раз­ны­ми, что их невоз­мож­но стан­дар­ти­зи­ро­вать, хотя бы в пер­вом при­бли­же­нии. По­сколь­ку по­ро­ды, пока они су­ще­ству­ют, всё время на­хо­дят­ся под прес­сом и есте­ствен­но­го и ис­кус­ствен­но­го от­бо­ров, эво­лю­ция их, осо­бен­но в нашем сто­ле­тии, резко уси­ли­ва­ет­ся. Вполне ве­ро­ят­но, что имен­но бла­го­да­ря бур­ным эво­лю­ци­он­ным про­цес­сам и под вли­я­ни­ем слож­ной среды одна из основ по­ве­де­ния — со­ци­а­ли­за­ция на­хо­дит­ся в очень по­движ­ном со­сто­я­нии.

Итак, хотя ста­дии или пе­ри­о­ды со­ци­а­ли­за­ции с пол­ным пра­вом на­зы­ва­ют­ся кри­ти­че­ски­ми, невоз­мож­но жёст­ко опре­де­лить их рамки для всего вида «со­ба­ка до­маш­няя» в целом. Про­дол­жи­тель­ность дет­ства у раз­ных пород может от­ли­чать­ся в три–че­ты­ре раза. Со­вер­шен­но невоз­мож­но ука­зы­вать точ­ные сроки в от­ры­ве от кон­крет­ной по­ро­ды, в дан­ной си­ту­а­ции даже груп­па пород ока­зы­ва­ет­ся слиш­ком круп­ной так­со­но­ми­че­ской еди­ни­цей, по­сколь­ку объ­еди­ня­ет за­ча­стую кар­ли­ко­вые, нор­маль­ные и ги­гант­ские формы. Для обес­пе­че­ния ори­ен­ти­ров­ки при даль­ней­шем из­ло­же­нии мы дадим сроки, наи­бо­лее ха­рак­тер­ные для сред­них и круп­ных слу­жеб­ных пород, по­сколь­ку осо­бен­но­сти их воз­раст­ной фи­зио­ло­гии наи­бо­лее близ­ки к сред­ним по­ка­за­те­лям.

Пер­вый пе­ри­од со­ци­а­ли­за­ции

На­чи­на­ет­ся в воз­расте после двух недель от роду и про­дол­жа­ет­ся при­мер­но до вось­ми недель. Пер­вое и одно из важ­ней­ших со­бы­тий в жизни со­ци­аль­но­го жи­вот­но­го — это им­прин­тинг, в ходе ко­то­ро­го за­пе­чат­ле­ва­ет­ся образ сво­е­го вида и — это осо­бен­ность со­ба­ки — образ че­ло­ве­ка–парт­нё­ра. В ходе им­прин­тин­га щенок за­по­ми­на­ет свою при­над­леж­ность к опре­де­лён­но­му виду жи­вот­ных, то, как вы­гля­дят су­ще­ства, с кем он в даль­ней­шем ока­жет­ся в тес­ных со­ци­аль­ных от­но­ше­ни­ях. Крайне важно, что им­прин­тинг про­ис­хо­дит не толь­ко на образ ма­те­ри, но и на че­ло­ве­ка, — имен­но это поз­во­ля­ет со­ба­ке вос­при­ни­мать че­ло­ве­ка как стар­ше­го со­пле­мен­ни­ка. Более того, очень рано от­ня­тые щенки, ко­то­рых вы­карм­ли­ва­ли люди, вос­при­ни­ма­ют себя имен­но как людей. При позд­них кон­так­тах с со­ба­ка­ми они об­ща­ют­ся с ними неохот­но, огра­ни­чен­но, явно не отож­деств­ляя себя с этими жи­вот­ны­ми.

За­пе­чат­ле­ние об­ра­за ма­те­ри уси­ли­ва­ет тягу мо­ло­дой со­ба­ки к жи­вот­ным той же по­ро­ды, что и она сама. Из этого об­ра­за со­ба­ка по­лу­ча­ет клю­че­вые ха­рак­те­ри­сти­ки внеш­но­сти и по­ве­де­ния для опо­зна­ния в бу­ду­щем по­ло­во­го парт­нё­ра. Хотя это и не имеет боль­шо­го зна­че­ния для до­маш­них собак, но, по сути, слу­жит пер­вич­ным ме­ха­низ­мом раз­де­ле­ния пород, да­ле­ко разо­шед­ших­ся в ходе эво­лю­ции, яв­ля­ет­ся ба­рье­ром, за­труд­ня­ю­щим в таких слу­ча­ях меж­по­род­ные скре­щи­ва­ния. Так, на­при­мер, буль­до­гов, бас­се­тов, бор­зых пред­ста­ви­те­ли про­чих пород за­ча­стую про­сто не вос­при­ни­ма­ют как собак.

Сле­ду­ет от­ме­тить, что им­прин­тинг у собак, в от­ли­чие от птиц, на ко­то­рых это яв­ле­ние было впер­вые опи­са­но, не яв­ля­ет­ся од­но­мо­мент­ным про­цес­сом. Более того, есть дан­ные, что че­ло­век не един­ствен­ный вид, образ ко­то­ро­го может быть за­пе­чат­лён со­ба­кой в ка­че­стве «род­но­го» вида. В неко­то­рых ов­це­вод­че­ских хо­зяй­ствах щенки рож­да­ют­ся в ко­ша­рах, где со­дер­жат­ся овцы, и, по­взрос­лев, вос­при­ни­ма­ют овец как воз­мож­ный ва­ри­ант сво­е­го вида.

На­блю­де­ния за щен­ка­ми ясно по­ка­зы­ва­ют, что в те­че­ние пер­во­го пе­ри­о­да со­ци­а­ли­за­ции фор­ми­ру­ет­ся по­ня­тие «МЫ». Щенок на всю жизнь за­по­ми­на­ет, как долж­ны вы­гля­деть жи­вот­ные, к ко­то­рым от­но­сит­ся и он сам. При этом щенок мак­си­маль­но рас­крыт для окру­жа­ю­ще­го его мира. Этому вре­ме­ни его жизни свой­ствен­но по­яв­ле­ние и бук­валь­но ла­ви­но­об­раз­ное на­рас­та­ние двух слож­ных по­ве­ден­че­ских ком­плек­сов: иг­ро­во­го и нераз­рыв­но свя­зан­но­го с ним ис­сле­до­ва­тель­ско­го. Ко­ли­че­ство кон­так­тов, в ко­то­рые может всту­пать щенок, ве­ли­ко, ра­зу­ме­ет­ся, нерв­ная си­сте­ма очень быст­ро утом­ля­ет­ся, но и столь же быст­ро вос­ста­нав­ли­ва­ет­ся. Кому не зна­ко­ма кар­ти­на: ма­лень­кий щенок те­ре­бит иг­руш­ку, бро­са­ет её, при­ни­ма­ет­ся во­зить­ся с од­но­по­мёт­ни­ком, потом бро­са­ет­ся куда–то бе­жать и вдруг, бук­валь­но на бегу, па­да­ет и за­сы­па­ет; ко­рот­кий сон сме­ня­ет­ся оче­ред­ным бур­ным при­сту­пом ак­тив­но­сти.

Фор­ми­ро­ва­ние по­ня­тия «МЫ» за­ви­сит не толь­ко от внут­рен­ней го­тов­но­сти к этому про­цес­су ор­га­низ­ма, но и от внеш­них фак­то­ров. Так, в слу­ча­ях с со­ба­ка­ми–па­ри­я­ми, жи­ву­щи­ми в ме­га­по­ли­сах, равно как с вол­ко­да­ва­ми, оби­та­ю­щи­ми в ме­стах тра­ди­ци­он­но­го ис­поль­зо­ва­ния, может со­сто­ять­ся за­пе­чат­ле­ние толь­ко об­ра­за сво­е­го вида. Кри­ти­че­ский пе­ри­од про­дол­жа­ет­ся долго, но щенки в этом воз­расте да­ле­ко от ло­го­ва не от­хо­дят. Более того, при по­яв­ле­нии людей мать, бы­ва­ет, по­да­ёт сиг­нал тре­во­ги и за­став­ля­ет щен­ков спря­тать­ся в норе или ином труд­но­до­ступ­ном убе­жи­ще. В ре­зуль­та­те щенки про­сто не стал­ки­ва­ют­ся с че­ло­ве­ком, за­пе­чат­ле­ние его об­ра­за не про­ис­хо­дит. Более позд­ние кон­так­ты не смо­гут из­ме­нить по­ло­же­ние ра­ди­каль­но: со­ба­ка будет от­но­сить­ся к че­ло­ве­ку с из­ряд­ной долей недо­вер­чи­во­сти и вовсе не ста­нет са­мо­сто­я­тель­но стре­мить­ся к кон­так­там с ним. Лас­ко­вым об­ра­ще­ни­ем, ла­ком­ством со­ба­ку можно будет при­ру­чить, но до­ве­рять она будет лишь кон­крет­ным людям, и то да­ле­ко не во всём.

Вто­рой пе­ри­од со­ци­а­ли­за­ции

Он может смы­кать­ся с пер­вым пе­ри­о­дом или пе­ре­кры­вать­ся с ним; при­хо­дит­ся на воз­раст при­мер­но от по­лу­то­ра до пяти ме­ся­цев. Суть пе­ри­о­да в фор­ми­ро­ва­нии ин­ди­ви­ду­аль­но­сти в том, что щенок на­чи­на­ет вы­де­лять себя из мира про­чих су­ществ, при­об­ре­та­ет соб­ствен­ное «Я». Резко воз­рас­та­ют ак­тив­ность и са­мо­сто­я­тель­ность. Од­но­по­мёт­ни­ки уже не стре­мят­ся дер­жать­ся все вме­сте. Уси­ли­ва­ет­ся ис­сле­до­ва­тель­ская ак­тив­ность: щенок энер­гич­но изу­ча­ет не толь­ко пред­ме­ты и яв­ле­ния окру­жа­ю­ще­го мира, но и воз­мож­но­сти соб­ствен­но­го тела, в бук­валь­ном смыс­ле пы­та­ет­ся по­знать себя. Иг­ро­вое по­ве­де­ние яв­ля­ет­ся чуть ли не пре­об­ла­да­ю­щей ак­тив­но­стью, при­об­ре­тая более слож­ные и раз­но­об­раз­ные формы. Игры ста­но­вят­ся со­рев­но­ва­тель­ны­ми, пе­ре­хо­дят в борь­бу и даже драки за место в ще­ня­чьей иерар­хии.

Щенок, вы­ра­щи­ва­е­мый в доме, имен­но в этот пе­ри­од при­чи­ня­ет вла­дель­цам мак­си­мум забот. Его ис­сле­до­ва­тель­ская ак­тив­ность, на­прав­лен­ная на вещи и пред­ме­ты об­ста­нов­ки, может при­ве­сти квар­ти­ру в со­сто­я­ние руин. Щенок по­сто­ян­но куда–то лезет, хва­та­ет в зубы что по­па­ло, бе­га­ет, пры­га­ет, при этом на про­гул­ках с ним про­сто нет сладу. Стоит хо­зя­и­ну чуть от­влечь­ся, чтобы щенок, сне­да­е­мый жаж­дой зна­ний и новых зна­комств, увя­зал­ся за про­хо­жим, влез в кучу му­со­ра или бес­страш­но от­пра­вил­ся к со­ба­ке, чьи раз­ме­ры по­тря­са­ют даже хо­зяй­ское во­об­ра­же­ние. Скла­ды­ва­ет­ся впе­чат­ле­ние, что на улице со­ба­ка про­сто за­бы­ва­ет, что у неё есть хо­зя­ин, либо зло­на­ме­рен­но ис­пы­ты­ва­ет его тер­пе­ние са­мы­ми раз­ны­ми про­дел­ка­ми. Мно­гие хо­зя­е­ва имен­но в этот пе­ри­од на­но­сят непо­пра­ви­мый ущерб пси­хи­ке щенка, на­ка­зы­вая его чуть ли не еже­ми­нут­но и осо­бен­но за под­хо­ды к чужим людям.

Сле­ду­ет пред­став­лять, что щенок не слу­ша­ет­ся не по­то­му, что он не под­чи­ня­ет­ся ко­ман­дам и бро­са­ет вызов до­ми­нан­ту в лице хо­зя­и­на. Дело в ином — его нерв­ная си­сте­ма всё ещё несо­вер­шен­на, про­цес­сы воз­буж­де­ния и тор­мо­же­ния плохо сба­лан­си­ро­ва­ны, а уме­ние рас­про­стра­нять вни­ма­ние разом на несколь­ко объ­ек­тов про­сто от­сут­ству­ет. Ис­сле­до­ва­тель­ское по­ве­де­ние при­во­дит щенка к стрем­ле­нию изу­чать любой новый для него пред­мет или яв­ле­ние. Имен­но на этом яв­ле­нии и со­сре­до­то­чи­ва­ет­ся всё вни­ма­ние щенка, он дей­стви­тель­но не слы­шит окри­ков хо­зя­и­на.

Более того, чем чаще и гром­че кри­чит на щенка хо­зя­ин, тем выше ве­ро­ят­ность, что, при­вык­нув к такой ма­не­ре об­ще­ния, со­ба­ка про­сто не будет ре­а­ги­ро­вать на спо­кой­ный тихий голос.

Щенок не в со­сто­я­нии од­но­вре­мен­но дер­жать в поле зре­ния хо­зя­и­на и, до­пу­стим, стай­ку дру­гих щен­ков, чья игра столь при­вле­ка­тель­на для него. Это уж дело хо­зя­и­на кон­тро­ли­ро­вать по­ве­де­ние рас­ту­щей со­ба­ки так, чтобы она не по­па­ла в опас­ную си­ту­а­цию и не по­те­ря­лась. На­ка­за­ния здесь бес­смыс­лен­ны, по­сколь­ку в есте­ствен­ном окру­же­нии — в стае — щенка одёр­ги­ва­ют, лишь когда он ведёт себя чрез­мер­но шумно, при­вле­ка­ет к себе из­лиш­нее вни­ма­ние стар­ших, со­зда­ёт непо­сред­ствен­ную угро­зу. Никто из стар­ших собак не ста­нет на­ка­зы­вать щенка за то, что он гры­зёт ста­рую кость, ветку или иг­ра­ет с най­ден­ным лос­ку­том. Щенок не может пред­став­лять себе цен­ность вещей либо вы­зы­ва­е­мое ими от­вра­ще­ние, с точки зре­ния че­ло­ве­ка: для него равно ин­те­рес­ны и при­вле­ка­тель­ны па­рад­ные туфли хо­зяй­ки и по­до­бран­ная на свал­ке ста­рая мо­чал­ка — и то и дру­гое он гры­зёт, чтобы по­знать ка­че­ства и цен­ность дан­ных вещей для него са­мо­го.

Наи­бо­лее боль­ной во­прос — сим­па­тия юной со­ба­ки ко всем встреч­ным, ведь она дей­стви­тель­но бро­са­ет­ся к ним с са­мы­ми ис­крен­ни­ми вы­ра­же­ни­я­ми дру­же­ствен­ных чувств, часто ведёт себя про­сто по­до­бо­страст­но. Для него ещё не су­ще­ству­ет по­ня­тие «чужие» — враж­деб­ные к нему пред­ста­ви­те­ли его вида, об­раз­но го­во­ря, по­ня­тие «внут­рен­ний враг» щенку на вто­рой ста­дии со­ци­а­ли­за­ции неве­до­мо. Взрос­лые со­ба­ки дей­стви­тель­но ни­ко­гда не оби­дят щенка в этом воз­расте (под­чёр­ки­ва­ем, речь идёт о со­ба­ках с нор­маль­но сфор­ми­ро­ван­ным по­ве­де­ни­ем). Более того, любой щенок, ока­зав­шись в оди­но­че­стве и встре­тив незна­ко­мую чужую со­ба­ку, по­лу­ча­ет некий ми­ни­мум вни­ма­ния: он может быть при­ве­дён ею в стаю, где о нём по­за­бо­тят­ся, где его ста­нут кор­мить.

По­доб­ная со­ци­аль­ная от­кры­тость щенка, воз­мож­ность пе­рей­ти в дру­гую стаю, найти при­ём­ных ро­ди­те­лей дают со­вер­шен­но новый уро­вень при­спо­соб­лен­но­сти. Ведь у до­ста­точ­но мно­гих видов за­бо­та о потом­стве эго­и­стич­на, в ряде слу­ча­ев это про­сто жёст­кая про­грам­ма, не поз­во­ля­ю­щая ни­ка­ких ва­ри­а­ций. На какие ухищ­ре­ния при­хо­дит­ся идти жи­вот­но­во­дам, чтобы вы­ну­дить овцу с яг­нён­ком–один­цом при­нять под свою опеку си­ро­ту. Овца вполне может кор­мить двой­ню, даже трой­ню, но это долж­ны быть её род­ные яг­ня­та. Их образ за­пе­чат­ле­ва­ет­ся ма­те­рью сразу после родов, непо­сред­ствен­но свя­зан с за­па­хом и вку­сом её соб­ствен­ных вод. Про­бле­ма непри­я­тия си­ро­ты на­столь­ко се­рьёз­на, что над ней ра­бо­та­ют на­уч­ные ла­бо­ра­то­рии в раз­ных стра­нах мира. И овца тут не ис­клю­че­ние, а ско­рее пра­ви­ло: если ло­си­ха, оте­лив­шись, по­те­ря­ет на неко­то­рое время сво­е­го те­лён­ка из виду и он об­сох­нет, то она не ста­нет кор­мить его, хотя и будет ис­кать. За­бред­ший на чужой охот­ни­чий уча­сток щенок песца не толь­ко не может рас­счи­ты­вать на дру­же­ствен­ный приём, но дол­жен бо­ять­ся встре­чи с хо­зя­е­ва­ми — могут съесть. И толь­ко вы­со­ко­со­ци­аль­ные виды жи­вот­ных (при­ма­тов мы оста­вим в сто­роне) при­об­ре­та­ют аль­тру­и­сти­че­ское от­но­ше­ние к де­тё­ны­шам: неваж­но, род­ной он или нет, но он при­над­ле­жит к тому же виду. На­пом­ним, что стрем­ле­ние мно­гих взрос­лых сук к убий­ству под­сос­ных (при­мер­но до ме­сяч­но­го воз­рас­та) щен­ков от­нюдь не про­ти­во­ре­чит толь­ко что ска­зан­но­му. Убий­ство ма­лень­ких щен­ков — ва­ри­ант есте­ствен­но­го от­бо­ра среди сук на уме­ние сле­дить за своим потом­ством и за­щи­щать его.

Как толь­ко вид при­об­рёл ме­ха­низм, поз­во­ля­ю­щий спа­сать от ги­бе­ли сирот, он сразу же по­вы­сил ге­не­ти­че­скую при­спо­соб­лен­ность. Ги­бель взрос­ло­го жи­вот­но­го, ро­ди­те­ля может быть вы­зва­на слу­чай­ны­ми фак­то­ра­ми, со­хра­не­ние его ге­но­ти­па стаей при усы­нов­ле­нии де­тё­ны­шей ком­пен­си­ру­ет такую слу­чай­ность. Кроме того, таким об­ра­зом может про­ис­хо­дить обмен ге­не­ти­че­ским ма­те­ри­а­лом между ста­я­ми и сни­же­ние вы­со­ко­го уров­ня ин­бри­дин­га, в норме при­су­ще­го псо­вым. Приём в стаю чужих де­тё­ны­шей может ока­зать­ся вы­год­ным в тех си­ту­а­ци­ях, когда боль­шая стая обес­пе­чи­ва­ет более эф­фек­тив­ные до­бы­чу пищи, за­щи­ту тер­ри­то­рии. Воз­мож­ность для щенка по­ме­нять род­ную стаю на чужую ока­зы­ва­ет­ся очень непло­хим шан­сом вы­жить, когда от­но­ше­ния в соб­ствен­ной стае сло­жи­лись жёст­кие, до­ми­нант плохо за­бо­тит­ся о низ­ко­ран­го­вых осо­бях.

По­след­нее об­сто­я­тель­ство сле­ду­ет учи­ты­вать как раз тем вла­дель­цам, ко­то­рые очень жёст­ко об­ра­ща­ют­ся со щен­ка­ми, то и дело на­ка­зы­ва­ют, осо­бен­но су­ро­во карая за под­хо­ды к чужим. До­би­ва­ют­ся такие вла­дель­цы прямо про­ти­во­по­лож­но­го же­ла­е­мо­му: щенок по­слуш­нее не ста­но­вит­ся, он ощу­ща­ет себя в их об­ще­стве ско­ван­но, от­кро­вен­но бо­ит­ся и в ко­неч­ном итоге может про­сто сбе­жать.

Тре­тий пе­ри­од со­ци­а­ли­за­ции

Он при­хо­дит­ся на воз­раст 6–10 ме­ся­цев и непо­сред­ствен­но свя­зан с ак­тив­но про­те­ка­ю­щим по­ло­вым со­зре­ва­ни­ем. Толь­ко сей­час, когда ран­нее дет­ство за­кан­чи­ва­ет­ся и на­чи­на­ет­ся взрос­ле­ние, со­ба­ка вклю­ча­ет­ся в струк­ту­ру стаи. В ре­зуль­та­те это резко ослож­ня­ет для неё воз­мож­ность лёг­кой смены со­ци­аль­ных парт­нё­ров и мир­но­го пе­ре­хо­да в дру­гую стаю. В этом пе­ри­о­де чужие со­ба­ки уже могут про­яв­лять агрес­сию к под­рост­ку, со­ци­аль­ное окру­же­ние сужа­ет­ся, ко­ли­че­ство дру­же­ствен­ных свя­зей ока­зы­ва­ет­ся огра­ни­чен­ным, для об­ра­зо­ва­ния новых нужны уже осо­бые усло­вия. Суть тре­тье­го пе­ри­о­да в том, что со­ба­ка раз­де­ля­ет мир по при­зна­ку «свои» и «чужие», к по­ня­ти­ям «МЫ» и «Я» до­бав­ля­ет­ся «ОНИ». По­след­ние также, без­услов­но, яв­ля­ют­ся со­ба­ка­ми, но со­ба­ка­ми, апри­о­ри мо­гу­щи­ми при­чи­нить вред, с ними надо быть осто­рож­ным. Это осо­бен­но явно видно на при­ме­ре собак–парий, когда мо­ло­дые со­ба­ки уже в от­сут­ствие взрос­лых на­чи­на­ют са­мо­сто­я­тель­но про­яв­лять агрес­сию к чужим. Этот этап со­ци­а­ли­за­ции для со­ба­ки за­вер­ша­ю­щий.

По­сколь­ку со­ба­ка вос­при­ни­ма­ет че­ло­ве­ка как пред­ста­ви­те­ля сво­е­го вида, то и людей в ходе по­след­не­го этапа со­ци­а­ли­за­ции она раз­де­ля­ет на своих и чужих. Ре­ак­ция на чужих за­ви­сит от по­ро­ды: у сто­ро­же­вых, охран­ных и по­доб­ных им собак отбор вёлся на агрес­сив­ное от­но­ше­ние к чужим, при­чём в ряде пород имен­но по­яв­ле­ние недо­вер­чи­вой ре­ак­ции на по­сто­рон­них людей про­ис­хо­дит очень рано, ещё в пе­ри­од ста­нов­ле­ния «Я». У таких пород тре­тий пе­ри­од со­ци­а­ли­за­ции как бы вкли­ни­ва­ет­ся во вто­рой, агрес­сив­ность по­яв­ля­ет­ся при пер­вых же, ещё очень сла­бых, вы­бро­сах в кровь по­ло­вых гор­мо­нов.

Од­на­ко в дру­гих по­ро­дах, где отбор вёлся на дру­же­люб­ное от­но­ше­ние к че­ло­ве­ку, агрес­сия на него не по­яв­ля­ет­ся и на тре­тьем этапе со­ци­а­ли­за­ции. У ез­до­вых собак мы видим явно вы­ра­жен­ную ре­ак­цию из­бе­га­ния чужих. У ряда собак–ком­па­ньо­нов тре­тий пе­ри­од так пол­но­стью и не за­вер­ша­ет­ся. Он за­кан­чи­ва­ет­ся фор­ми­ро­ва­ни­ем тес­но­го круга об­ще­ния. Со­ба­ка очень пре­да­на хо­зя­и­ну, его семье, раз­лу­ка с ними при­но­сит ей силь­ные стра­да­ния, но ни на­па­дать на по­сто­рон­них, ни тол­ком из­бе­гать их жи­вот­ное так и не на­уча­ет­ся. Такие по­ро­ды по срав­не­нию с про­чи­ми об­ла­да­ют очень вы­со­кой ин­фан­тиль­но­стью, такие со­ба­ки за всю жизнь так и не ста­но­вят­ся со­вер­шен­но взрос­лы­ми, они нуж­да­ют­ся если не в непо­сред­ствен­ной опеке хо­зя­и­на, то в тес­ней­шем об­ще­нии с ним.

Весь­ма ин­те­ре­сен тре­тий пе­ри­од со­ци­а­ли­за­ции у собак спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ных охот­ни­чьих пород, осо­бен­но ярко видно это на при­ме­ре гон­чих. С на­ступ­ле­ни­ем по­ло­во­го со­зре­ва­ния, с взрос­ле­ни­ем не свя­за­но за­мы­ка­ние стаи, за­кры­тие её гра­ниц. Та­ко­го на боль­ших псар­нях про­сто ни­ко­гда не про­ис­хо­ди­ло, по­сколь­ку со­став собак то и дело ме­нял­ся. Вме­сто этого идёт очень свое­об­раз­ная транс­фор­ма­ция по­ня­тия «свой» при­ме­ни­тель­но к че­ло­ве­ку. В ка­че­стве сво­е­го вос­при­ни­ма­ет­ся охот­ник с вполне опре­де­лён­ной аму­ни­ци­ей. Для со­вре­мен­ной гон­чей по­дроб­ным при­зна­ком или ат­ри­бу­том «сво­е­го», че­ло­ве­ка–охот­ни­ка яв­ля­ет­ся ружьё. Со­ба­ка, хоть раз по­бы­вав­шая в поле, пол­но­стью до­ве­ря­ет лю­бо­му че­ло­ве­ку с ру­жьём. Это ин­те­рес­ней­ший слу­чай, когда по­ня­тия «МЫ» и «ОНИ» яв­ля­ют­ся ат­ри­бу­тив­ны­ми у жи­вот­ных.

В ходе тре­тье­го этапа мо­ло­дая со­ба­ка не про­сто стал­ки­ва­ет­ся с враж­деб­но­стью дру­гих жи­вот­ных, но и на­уча­ет­ся опре­де­лён­ным об­ра­зом оце­ни­вать уро­вень опас­но­сти от них для себя. Если со­ба­ка из дру­гой стаи опас­на в выс­шей сте­пе­ни уже тем, что она чужая, то в своей стае часть собак со­хра­ня­ет к мо­ло­до­му жи­вот­но­му дру­же­лю­бие, дру­гие толь­ко тер­пят его, зато тре­тьи от­кро­вен­но тре­ти­ру­ют. Со­ба­ка пе­ре­ста­ёт быть лич­но­стью толь­ко для себя, она при­об­ре­та­ет ин­ди­ви­ду­аль­ные черты для про­чих собак. Щенок по боль­шо­му счёту не имеет пола, а его дет­ский ранг в среде сверст­ни­ков со­вер­шен­но не ин­те­ре­су­ет взрос­лых жи­вот­ных. При по­ло­вом со­зре­ва­нии мо­ло­дая со­ба­ка при­об­ре­та­ет в по­ве­де­нии черты, ко­то­рые для её со­пле­мен­ни­ков чётко ас­со­ци­и­ру­ют­ся с опре­де­лён­ным полом, те­перь она долж­на за­нять своё по­ло­же­ние в стае, при­чём в со­от­вет­ству­ю­щей полу под­си­сте­ме.

Имен­но на тре­тьем этапе со­ци­а­ли­за­ции со­ба­ка вклю­ча­ет­ся во взрос­лую си­сте­му иерар­хии, при­об­ре­та­ет опре­де­лён­ный со­ци­аль­ный ста­тус. Тогда же про­ис­хо­дит бур­ное фор­ми­ро­ва­ние меж­лич­ност­ных свя­зей как с од­но­год­ка­ми, так и с дру­ги­ми, более взрос­лы­ми со­ба­ка­ми. Пер­вич­ная, ще­ня­чья, иерар­хия прак­ти­че­ски пе­ре­ста­ёт су­ще­ство­вать. Да, па­мять о преж­них сим­па­ти­ях и ан­ти­па­ти­ях оста­ёт­ся, может окра­ши­вать от­но­ше­ния по­взрос­лев­ших жи­вот­ных, но эти дет­ские от­но­ше­ния пе­ре­ста­ют быть ак­ту­аль­ны­ми. Имен­но в этом воз­расте ста­но­вит­ся воз­мож­ным за­клю­че­ние ло­яль­но­го союза, по­сколь­ку те­перь надо объ­еди­нять силы про­тив внеш­не­го мира. В рас­хо­жей шутке: «Про­тив кого, брат­цы, дру­жим?» на самом деле скрыт глу­бо­кий био­ло­ги­че­ский смысл. Пока окру­жа­ю­щие сплошь добры к ма­лы­шу, он может от­ве­чать лишь боль­шей или мень­шей при­вя­зан­но­стью, легко ме­ня­ю­щей­ся и быст­ро за­бы­ва­ю­щей­ся. Но стоит под­рост­ку по­нять, сколь по–раз­но­му к нему от­но­сят­ся про­чие живые су­ще­ства, и осо­знать, что одни могут по­мочь из­бе­жать непри­ят­но­стей, до­став­ля­е­мых дру­ги­ми, как воз­ни­ка­ет ос­но­ва для го­раз­до более глу­бо­кой и проч­ной при­вя­зан­но­сти, почва, на ко­то­рой и взрас­та­ет ло­яль­ный союз.

Ло­яль­ный союз все­гда вы­го­ден и вза­и­мо­при­я­тен. Как бы силь­но ни хотел щенок по­пасть под опеку до­ми­нан­та, не слу­чит­ся этого, пока в союзе не ока­жет­ся при­ят­ной сто­ро­ны и для по­след­не­го. При­чём со­вер­шен­но необя­за­тель­но ис­кать корни дру­же­ствен­ных со­ю­зов толь­ко в лёг­ко­сти до­бы­чи про­пи­та­ния, го­раз­до чаще они вос­пол­ня­ют де­фи­цит дру­же­ствен­ных со­ци­аль­ных кон­так­тов, сни­ма­ют из­лиш­нее на­пря­же­ние, толь­ко так, на наш взгляд, можно объ­яс­нить за­клю­че­ние со­ю­зов не толь­ко между од­но­по­мёт­ни­ка­ми или «бан­ди­та­ми»–из­го­я­ми, но и между вы­со­ко­ран­го­вы­ми и мо­ло­ды­ми ко­бе­ля­ми.

О том, ка­ко­го по­ло­же­ния в об­ще­стве наи­бо­лее часто могут до­бить­ся со­ба­ки, лишь всту­пив­шие на порог зре­ло­сти, мы уже го­во­ри­ли. Чаще всего это «по­гра­нич­ни­ки» и аут­сай­де­ры. От­ме­тим особо, что бег­ство щенка из стаи на вто­ром пе­ри­о­де со­ци­а­ли­за­ции вовсе не яв­ля­ет­ся из­гна­ни­ем. Стая не от­ка­зы­ва­лась от него, не стре­ми­лась из­ба­вить­ся, этот щенок был лишь одним из массы, уход имен­но его для стаи был неза­ме­тен. Ис­тин­ные из­гнан­ни­ки по­яв­ля­ют­ся лишь тогда, когда стая на­чи­на­ет ви­деть в них ин­ди­ви­ду­аль­ность, когда их лич­ные ка­че­ства чем–то раз­дра­жа­ют со­об­ще­ство. Здесь про­цесс вза­им­ный: не толь­ко со­ба­ка из­бе­га­ет об­щать­ся с чле­на­ми стаи, но и те ак­тив­но от­го­ня­ют её прочь от себя.

В за­клю­че­ние сле­ду­ет под­черк­нуть осо­бен­но­сти со­ци­а­ли­за­ции у со­ба­ки. Невоз­мож­ным ока­за­лось вы­де­лить чёт­кие гра­ни­цы между кри­ти­че­ски­ми пе­ри­о­да­ми, сами пе­ри­о­ды на­кла­ды­ва­ют­ся друг на друга. Ещё не окан­чи­ва­ет­ся кри­ти­че­ский для по­ня­тия «МЫ» пе­ри­од, как ак­тив­ный щенок уже на­чи­на­ет по­зна­вать мир как ин­ди­ви­ду­аль­ность, за­вя­зы­ва­ет пер­вич­ные лич­ност­ные связи, фор­ми­ру­ет от­но­ше­ния. Точно так же по­ня­тие чуж­до­сти, непри­над­леж­но­сти к общ­но­сти «МЫ» воз­ни­ка­ет в ряде пород и у особо ода­рён­ных ин­тел­лек­том собак уже во вто­ром пе­ри­о­де со­ци­а­ли­за­ции. С дру­гой сто­ро­ны, воз­ни­ка­ет фе­но­мен, немыс­ли­мый для ди­ко­го жи­вот­но­го, — неза­вер­ше­ние тре­тье­го этапа, про­длён­ная на остав­шу­ю­ся жизнь ин­фан­тиль­ность, более того, ат­ри­бу­тив­ность по­ня­тия «СВОИ». Всё это, на наш взгляд, по­ка­зы­ва­ет не толь­ко вы­со­чай­шую слож­ность со­ци­аль­но­го по­ве­де­ния со­ба­ки, но и де­ла­ет невоз­мож­ным сле­пой пе­ре­нос по­ве­ден­че­ских осо­бен­но­стей диких со­ци­аль­ных псо­вых на со­ба­ку. Без­услов­но, в по­ве­де­нии волка и со­ба­ки, двух близ­ко­род­ствен­ных видов, есть очень много сход­но­го, од­на­ко раз­ли­чия в про­те­ка­нии со­ци­а­ли­за­ции, в самой сути её пе­ри­о­дов более чем до­ста­точ­ны, чтобы не де­лать вы­во­дов о по­ве­де­нии од­но­го вида на ос­но­ва­нии на­блю­де­ний по­ве­де­ния дру­го­го без де­таль­но­го ана­ли­за.

Со­ци­аль­ная де­при­ва­ция

Этим тер­ми­ном обо­зна­ча­ют ли­ше­ние или рез­кое огра­ни­че­ние со­ци­аль­ных кон­так­тов.

На прак­ти­ке в до­маш­них усло­ви­ях по­доб­ная си­ту­а­ция фор­ми­ру­ет­ся чрез­мер­но за­бот­ли­вы­ми вла­дель­ца­ми, ко­то­рые ис­кренне же­ла­ют со­ба­ке добра. В есте­ствен­ных усло­ви­ях щенок не может быть лишён со­ци­аль­ных кон­так­тов с себе по­доб­ны­ми, при про­яв­ле­нии за­бо­ты со сто­ро­ны че­ло­ве­ка, по­доб­ное про­ис­хо­дит до­ста­точ­но часто. Мы уже упо­ми­на­ли со­ци­аль­ную де­при­ва­цию, го­во­ря о воз­мож­но­сти за­пе­чат­ле­ва­ния в пер­вом пе­ри­о­де со­ци­а­ли­за­ции толь­ко об­ра­за че­ло­ве­ка при ис­кус­ствен­ном вы­карм­ли­ва­нии ра­но­от­ня­тых щен­ков. От­сут­ствие об­ще­ния с ма­те­рью, а впо­след­ствии дли­тель­ное ли­ше­ние кон­так­тов с дру­ги­ми со­ба­ка­ми при­во­дят к зна­чи­тель­ным и прак­ти­че­ски необ­ра­ти­мым на­ру­ше­ни­ям боль­шин­ства слож­ных по­ве­ден­че­ских ком­плек­сов. Од­на­ко по­доб­ные слу­чаи до­ста­точ­но редки. Нель­зя ли яв­ле­ни­ем де­при­ва­ции про­сто пре­не­бречь? Ока­зы­ва­ет­ся, нель­зя.