6.2. Качество качественного исследования

Наиболее распространенной является позиция, вводящая так называемый постулат адекватности как методологический принцип. Согласно ей «хорошее» качественное исследование должно адекватно воспроизводить смыслы изучаемых людей, их жизненные миры. Л.Ньюман даже вводит для этого критерий — глубина понимания². Здесь глубина понимается как мера приближения результата исследования (т.е. исследовательской версии) к тем смыслам, которые присутствуют в анализируемых документах, т.е. к первичным интерпретациям изучаемых людей, к их определениям ситуации. Если исследовательскую версию представить как перевод текста первичного документа (дневника, транскрипта интервью и т.д.) на другой язык — теории или исследовательского комментария, то здесь речь идет о верности перевода, о ето соответствии оригиналу. Фактически речь идет не только о соответствии смыслов и исследовательской версии, но и о соответствии сомой реальности и ее исследовательской версии: в качественной парадигме значения событий и само это событие слиты воедино. По сути это означает, что качественное исследование в рамках такой позиции практически также ориентировано на достоверное «схватывание» реальности, как и классическое⁴⁴. Эмпирически оценить глубину понимания в конкретном исследовании практически невозможно. В то же время сегодня уже есть ряд «рецептов», предлагаемых социологами-качественниками, для повышения «хорошести» исследований. Сами эти рецепты во многом зависят от того, в какой форме исследователь собирается представить результаты, каким видится язык итогового документа.

6.3. Как повысить обоснованность результатов исследования

В исследованиях, ориентированных на комментарий исследователя, где, как мы помним, чаше всего используется язык, близкий к повседневной речи, таким «полезным рецептом» выступает оценка результатов самими информантами: если исследовательская версия понятна им, принципиально ими «схватываема», переводима ими в действие, тогда определенное понимание достигнуто, а выводы исследования обоснованны. В сущности, при таком обращении к информантам как к главным экспертам речь идет о правдоподобии результатов исследования. «Правдоподобное может не соответствовать действительности, но оно всегда отвечает обыденным представлениям о социально возможном»⁴⁵.

Представители научного подхода, ориентированные на результат в форме мини-meopuu, предлагают и другие способы повышения качества исследования.

Прежде всего — это соблюдение тех норм и правил, которые характерны для научного исследования вообще. З.Бауман назвал их правилами ответственных высказываний. Эти правила требуют, чтобы «кухня» исследователя, т.е. вся совокупность процедур, приведших к завершающим выводам и выступающих гарантом их достоверности, была широко открыта для неограниченного общественного обозрения; приглашение повторить испытание, может быть, опровергнуть выводы должно быть обращено к каждому желающему. Ответственные высказывания должны соотноситься с другими суждениями по данной теме: они не могут просто отвергнуть другие, уже высказанные точки зрения или умолчать о них, как бы эти точки зрения ни противоречили им, сколь бы неудобными они ни были.

Еще одним способом, «работающим» на адекватность «схватывания» реальности, на повышение обоснованности исследовательской версии, является триангуляция (от англ. triangle — треугольник).

В самом этом термине, введенном в 1970 г. в научный оборот английским социологом Н.Дензином, на наш взгляд, «умерла» (воплотилась) метафора треугольника как геометрической фигуры, в которой все углы и стороны всегда соотносятся друг с другом. В самом общем виде триангуляция означает исследовательскую процедуру соотнесения данных исследования с результатами других исследований. В сущности, триангуляция является примером переопределения, приспособления известного в науке критерия «хорошего» исследования — «воспроизводимость данных» к реальности качественного исследования. Н.Дензин выделяет следующие ее виды.

Первый — триангуляция данных. Этот вид подразделяется на:

• временную триангуляцию, связанную с повторным исследовательским проектом;

• пространственную триангуляцию, реализующуюся в сравнительных исследованиях.

Второй — исследовательская триангуляция, при которой сходные ситуации или одна и та же ситуация рассматриваются несколькими специалистами.

Третий — методологическая триангуляция, в которой выделяются две составляющие:

• триангуляция теорий, т.е. использование данных, полученных в различных теоретических перспективах в изучении одного и того же комплекса объектов;

• триангуляция методов: использование различных методов или различных техник внутри одного метода для изучения одного и того же объекта.

Использование триангуляции, особенно в той ее разновидности, когда согласовываются данные, полученные разными участниками исследования, — например, понятые ими смыслы одного и того же действия, — неизбежно придает полученному знанию конвенциональный (согласительный) характер: «побеждает та исследовательская версия, которая имеет большее количество сторонников, убедительна для большинства исследователей.

В целом социологи-качественники, ориентированные на научный подход, полагают, что производство качественного исследования не должно быть защищено от строгости научных стандартов и норм: полученное знание должно соответствовать законам формальной логики (А.Шюц называл это требование постулатом логической последовательности). Хотя обыденное мышление, из которого берут свое начало теоретические конструкции качественной социологии, не всегда отвечает этому условию, логическая непротиворечивость знания является здесь обязательным требованием.

Д.Силвермен, продолжая эту линию, полагает, что для того чтобы оценить, хорошо ли сделано качественное исследование или нет, надо поставить ряд вопросов:

1 — Являются ли методы исследования соответствующими природе исследовательских задач?

2 — Понятна ли связь между понятиями внутри полученного знания (теории)?

3 — Ясны ли критерии, используемые для отбора случаев, для сбора данных и их анализа?

4. — Осуществлялся ли сбор данных систематически?

5. — Существует ли соответствие между характером данных и процедурами их анализа?

6. — Насколько систематическим был этот анализ?

7. — Было ли соответствующее обсуждение того, как темы, категории извлекались из первичных данных?

8 — Было ли соответствующее обсуждение «за» или «против» аргументов исследования?

9 — Существует ли ясное различие между первичными данными и их интерпретацией? Утвердительные ответы на эти вопросы, по мнению английского социолога, являются гарантом обоснованности результатов исследования, их адекватности изучаемой реальности.