- •Памятники музыкально-эстетической мысли музыкальная эстетика западноевропейского средневековья и возрождения
- •§ 1. Музыкальная эстетика отцов церкви
- •§ 2. Теоретики музыки
- •§ 3. Эстетика ars nova
- •§4. Высказывания философов о музыке
- •Глава 13.
- •Глава 16.
- •§ 1. Церковные интердикты
- •§ 1. Музыкальная эстетика XV века
- •Глава I.
- •Глава II.
- •§2 Сведения о народной и светской музыке
- •Музыкальная эстетика средневековья и возрождения
- •Глава I. Средние века
- •§ 1. Общие особенности музыкальной эстетики средневековья
- •§ 2. Музыкальная эстетика отцов церкви
- •§ 3. Теоретики музыки
- •§ 4. Эстетика Ars nova
- •Глава II. Эстетика возрождения
- •§ 1. Музыкальная эстетика отцов церкви
- •Глава 1. Соблюдение определенных продолжительностей звуков — предмет, относящийся к ведению не грамматики, а музыки.
- •Глава 2. Что такое музыка. Что такое модуляция.
- •Глава 3. Что такое «хорошо модулировать» и почему это понятие включается в определение музыки.
- •Глава 4. Почему в определение музыки включается понятие науки
- •Глава 5. Чувство музыки; присуще ли оно от природы?
- •Глава 6. Театральные певцы не знают музыки.
- •Глава 13. О красоте пропорционированных движений в ту меру, в какую о ней судят ощущения.
- •Глава 2. О числах звуков, сколько видов их существует, и может ли существовать один вид без другого. Первый вид чисел находится в самом звуке, второй — в ощущении слышащего.
- •Глава 3. Третий вид чисел — в акте произносящего. Четвертый вид чисел — в памяти.
- •Глава 4. Пятый вид чисел — в естественном суждении ощущающей способности. Какой из пяти перечисленных видов чисел занимает более высокое место.
- •Глава 6. Порядок видов чисел и их названия.
- •Глава 7. Судящие числа бессмертны ли?
- •Глава 8. Прочие числа подвергаются исследованию с точки зрения чисел судящих.
- •§ 2. Теоретики музыки
- •1. Кто является изобретателем музыки.
- •2. Каким образом музыка распространяется на все случаи нашей жизни.
- •Глава 4.
- •Глава 47.
- •Глава 57.
- •Глава XV. О музыке и ее названии.
- •Глава XVI. О творцах [музыки].
- •Глава XVII. О возможностях музыки.
- •Глава XVIII. О трех частях музыки.
- •Глава XIX. О тройном делении музыки.
- •Глава XX. О первом разделе музыки, который называется гармоникой.
- •Глава XXI. О втором разделе, который называется органикой.
- •Глава XXII. О третьем разделении, которое называется ритмикой.
- •Глава III. О трех родах музыки.
- •Глава V. О названиях голосов.
- •Глава VII. О разнице между музыкантом и певцом.
- •Глава I. Что нужно сделать, чтобы подготовить себя к изучению музыкального искусства
- •Глава XV. Об удобном составлении мелодии.
- •Глава XVII. О том, как все записанное претворяется в звук.
- •Глава XX. Каким образом музыка была изобретена из звучания молотков
- •Глава II. Какова польза от знания музыки, и в чем разница между музыкантом и певцом.
- •Глава III. Откуда произошло название музыки, кем и каким образом она была изобретена.
- •Глава XV. Почему невежество глупцов часто искажает пение.
- •Глава XVI. О том, что различным людям нравятся различные тона.
- •Глава XVII. О возможностях музыки и о тех, кто впервые стал ею пользоваться в римской церкви.
- •Глава XVIII. Советы о сочинении музыки.
- •Глава XXI. Какую пользу могут принести невмы, изобретенные Гвидо. Пусть читателя не очень волнует то, что мы в первой главе обременили его тем советом, чтобы он привыкал петь, пользуясь музыкальны-
- •Глава XXIII. О диафонии, или органе.
- •Глава 6. Об изобретателях музыки.
- •Глава 10. Первое разделение музыки.
- •Глава 16. Первое деление инструментальной музыки.
- •Глава 17. Второе деление инструментальной музыки.
- •Глава 18. Третье деление инструментальной музыки.
- •Глава 19. Четвертое деление инструментальной музыки.
- •Глава 1. Об изобретении музыки.
- •Глава II. О красоте музыки.
- •Глава III. О пользе музыки.
- •Глава IV. О суждениях о музыке.
- •Глава V. Что представляет собой музыка.
- •Глава VI. Откуда произошло название музыки.
- •Глава VII. О делении музыки.
- •Глава VIII. О гармонике.
- •Глава IX. О звуке, т. Е. Голосе.
- •Глава X. Откуда произошло название голоса.
- •Глава XI. Сколько существует видов голоса.
- •Глава XII. Об органике.
- •Глава XIII. О звуке, который не является голосом.
- •Глава XIV. О ритмике.
- •Глава XVI. О самом главном роде и самом главном виде музыки.
- •Глава 26. О т. Н. Абсолютной красоте фигураций качества и ее совершенства.
- •Глава 27. Об относительной красоте фигураций и о причинах природной дружбы и вражды.
- •Глава 15. О природе и дифформности звуков.
- •Глава 16. О красоте и соразмерении звука абсолютно единого.
- •Глава 17. О красоте звука, единого во втором смысле.
- •Глава 18. Разъяснение сказанного на примерах.
- •Глава 19. О красоте звука, который называется единым в третьем смысле.
- •Глава 20. О красоте звука, который называется единым в четвертом смысле.
- •Глава 21. Обзор сказанного выше.
- •Глава 22. О некоторых других условиях красоты звука.
- •Глава 23. О причинах многих действий, которые можно вывести из сказанного.
- •Глава 24. Убеждение в том, что музыка будет и в будущем веке.
- •§ 3. Эстетика ars nova
- •§4. Высказывания философов о музыке
- •Глава 13.
- •Глава 16.
- •§ 1. Церковные интердикты
- •VIII кансы Тридентского собора. 17 сентября 1562 года.
- •§2 Сведения о народной и светской музыке
- •§ 1. Музыкальная эстетика XV века
- •Глава I.
- •Глава II.
- •§ 2. Реформация в германии
- •§ 3. Музыкальная эстетика XVI века
- •Глава 11. О попеременном смешении ладов.
- •Глава 17. Об эолийском ладе.
- •Глава 18. О второй октаве и присущих ей ладах.
- •Глава 19. О третьей октаве и ее двух ладах.
- •Глава 20. Об ионийском ладе.
- •Глава 23. О пятой октаве и ее двух ладах.
- •Глава 24. О гипоэолийском ладе.
- •Глава 25. О шестой октаве и ее одном ладе.
- •Глава 26. О седьмой октаве и ее двух ладах.
- •Глава 27. О гипоионийском ладе.
- •Глава 36. О том, что лады могут быть лучше всего познаны посредством деления октавы на квинту и кварту.
- •Глава 38. О достоинстве фонасков и симфонистов, а также о достоинстве хорального и мензурального пения.
- •Глава 13. Примеры двенадцати ладов и прежде всего гиподорийского и эолийского.
- •Глава 24. О связи двух ладов. Примеры, а также похвала Жоскину Депре.
- •Глава 26. О гении композиторов.
- •Глава 1. О происхождении музыки и о ее точности.
- •Глава 2. О восхвалении музыки.
- •Глава 3. Для какой цели надо учиться музыке?
- •Глава 4. О пользе от музыки, об изучении, которое мы должны к ней приложить, и как ее можно употреблять.
- •Глава 18. О предмете музыки.
- •Глава 20. По какой причине музыка называется подчиненной арифметике и средней между математическими и естественными науками.
- •Глава 7. Что в музыке обладает силой ввергать человека в различные душевные состояния (passione).
- •Глава 8. Каким образом гармония, мелодия и число могут трогать душу и располагать ее к различным действиям, и сообщать человеку различные обычаи и нравы.
- •Глава 9. В каком метрическом роде были совершены описанные действия.
- •Глава 10. О свойствах или природе несовершенных консонансов.
- •Глава 27. О том, что сочинения должны слагаться сначала из консонансов, а потом уже иногда из диссонансов.
- •Глава 46.
- •Глава 49. О такте (Della Battuta).
- •Глава 51. О каденции, что она собой представляет, о ее видах и об употреблении.
- •Глава 54. О консеквенциях.
- •Глава 54. Об имитациях и что они собой представляют.
- •Глава 58. Способ, которого надо придерживаться при сочинении музыки более чем на два голоса, и о наименовании голосов.
- •Глава 78. По какой причине произведения, написанные некоторыми из современных композиторов в хроматическом роде, производят скверное впечатление.
- •Глава 80. Опровержение мнения хроматистов.
- •Часть 4-я и последняя
- •Глава 2. Что лады имеют разные названия и по какой причине.
- •Глава 10. Что современных ладов должно быть обязательно двенадцать, и как это доказывается.
- •Глава 32. Каким образом гармонии приноравливать к данным словам.
- •Глава 33. Способ, которого следует придерживаться при подставлении нот под словами.
- •Глава 35. То, чем должен обладать каждый, кто желает достигнуть некоторого совершенства в музыке.
- •Глава 34. Об обманчивости чувств и что суждение нельзя составлять только с их помощью, но нужно присоединять к ним рассудок.
- •Беседу ведут Пьетре Дарико, Лоренцо Антинори и Пьеро Франческо Джамбуттари. Они не заметили как один из собеседников ушел из собрания. Пьеро Франческо укоряет ушедшего в чрезмерной страсти к музыке.
- •I. Справочники
- •II. Издания
- •III. Общая литература
- •IV. Литература к отдельным авторам
- •I. Средние века
- •§ 1. Музыкальная эстетика отцов церкви...... 95
- •§ 2. Теоретики музыки............. 153
- •§ 3. Эстетика Ars nova............. 289
- •II. Церковь и народная музыка
- •III. Возрождение
Глава VII. О разнице между музыкантом и певцом.
Между музыкантом и певцом такая же разница, как между грамматиком и простым читателем, как между телесным воплощением художественного замысла и самим замыслом. Ведь телесное воплощение замысла — это как бы слуга, замысел же — господин. Если труд не будет оживляться замыслом, руки работающего будут делать напрасную работу. Ведь всякое искусство и наука естественным образом имеют замысел, более достойный уважения, чем [его] исполнение, которое выполняется с помощью рук и труда. Ибо гораздо важнее знать, что делать, чем делать то, что известно. Поэтому получается, что теоретик не нуждается ни в каких практических действиях, в то время как нет пользы от работы, которой не руководит разум. Насколько велика слава музыкального искусства, видно из того, что прочие ремесленники получили название от инструментов: молотобоец — от молота, кифаред — от кифары и прочие, названные по инструментам труда. Но только музыкант, продумав умозаключения, пользуется наукой о музыке не на основании рабства в труде, а на силе размышления. [...]
Поэтому разница между музыкантом и певцом, по-видимому, такая же, как между учителем и учеником. Например, что первый указывает ему в поэмах, тот только это и знает, и это лучше сможет понять тот, кто будет иметь хотя бы незначительное представление о теории музыки. И, как мы говорили раньше, существуют очень известные певцы, но таких музыкантов, которые были раньше, теперь, я полагаю, нет.
Aurelianus Reоmensis, Musica disciplinae. — Gerbert, t. 1, S. 32—39.
Перевод Л. Годовиковой **
186
ОДО ИЗ КЛЮНИ (879—942 годы)
Композитор и музыкальный теоретик Одо родился во Франции. В 901 году становится главным певцом в Туре, затем ректором монастырской школы в Бургундии, с 926 года он аббат монастыря в Клюни.
Одо является авторам нескольких сочинений о музыке, в которых главное внимание уделяется вопросам преподавания и обучения музыке. Он сам говорил, что его цель — изложение таких правил, «которые были бы понятны мальчикам [певчим] и обыкновенным людям и благодаря которым они могли бы достигнуть быстрого совершенства в пении». В этом отношении Одо выступил как предшественник Гвидо Аретинского — известного музыкального педагога и реформатора.
Диалог о музыке
Возлюбленные братья, вы меня убедительно просили дать вам в руки некоторые правила о музыке, а именно такие, которые были бы понятны мальчикам [певчим] и обыкновенным людям и благодаря которым они с божьей помощью могли бы достигнуть быстрого совершенства в пении. Вы это потребовали потому, что это сами слышали, видели и через несомненные доказательства узнавали, что это возможно. Будучи у вас, я с божьей помощью довел этим искусством нескольких мальчиков и юношей до того, что одни после трехдневных, другие — четырехдневных, третьи после недельных упражнений в этом искусстве выучили очень много антифон, не слышавши их раньше ни от кого, но только основываясь на правилах письменных, изображенных, и в короткий срок очень уверенно их исполняли.
Несколько дней спустя они пели по невмам с первого взгляда, без всякого приготовления, безошибочно, в то время как до сих пор обыкновенные певцы от этого отказывались, несмотря на то, что они 50 лет упражнялись и бесполезно изучали пение.
Озабоченно и тщательно исследуя, годится ли наше учение ко всякому пению, я с помощью одного брата, который в сравнении с другими певцами показался мне более пригодным, прошел тщательно антифона/рий св. Григория и нашел, что в нем почти
187
все подходит под эти правила. То немногое, что неопытными певцами было испорчено, я исправил как по свидетельству других, так и соразмерно с правилами. В более же длинных песнопениях, возлюбленные, нашли мы высокому тону соответствующий голос и против правила чрезмерные повышения и понижения. Так как общепринятый обычай подтвердил это, мы не решались это поправить. Новые же некоторые песни мы отметили, чтобы не вводить в сомнение тех, которые постигли истины правил.
Odo. Dialogus de musica,— Gerbert, t. I, p. 260.
Учение о музыкальном искусстве
Следовать нужно правилам и тому, что соответствует обычной практике; то же, что очень редкое находит применение, не следует ни в каком искусстве считать правилом.
Полутон необходим после двух последовательно идущих друг за другом шагов целыми тонами, он смягчает скуку слишком частого повторения целого и предупреждает неблагозвучие широких скачков. Но два полутона подряд никогда не должны идти друг за другом: они существуют для смягчения и приправы мелодии и, если их дать больше, чем нужно, окажется та же самая горечь, какая бывает, если переложить соли.
Во всяком случае, надо заметить, что всеми этими правилами [о сложении мелодий] надо так пользоваться, чтобы никоим образом не нарушить благозвучия, так как все назначение этого искусства [музыки] состоит, по-видимому, в том, чтобы служить благозвучию.
Все, что делится, легко понимается как по привычке, так и чувством; то, что неделимо, смущает умы и окружает тьмой непонимания. Вот почему и слоги, и части, и отделы [мелодий] изобретены и в музыке.
Gerbert, t. I, 280.
Кто желает изучать пение, пусть ежедневно перечитывает эти формулы и их различия [т. е. формулы ладовых попевок].
Gerbert, t. I, p. 248.
Ошибочная, очень похотливая (maxime lasciviens)
188
и слишком изящная (delicata) музыка иногда хочет применения большего количества полутонов, чем мы указали. Этого надо избегать, а вовсе не подражать этому. Надо остерегаться, чтобы подобное не проистекало от небрежности певца, когда он начинает и кончает напев не так, как он сочинен. Мы обозначаем пять таких полутонов, так как для избежания ошибки надо узнать, в чем она состоит... Из этих полутонов мы допускаем один, лежащий на октаву выше, остальных же увещеваем скорее остерегаться, чем ими пользоваться...
Если ты тщательно и с упорством обдумаешь то, о чем здесь сказано, то сможешь заострить способность к пониманию многих других, еще более сложных звуковых отношений. Мы на этом остановимся, чтобы не казалось, что мы хотим возбуждать молодого читателя излишним« кушаньями, вместо того чтобы кормить его молоком.
Gerbert, t. I, p. 272.
Мы знаем, что один лад отличается от другого не более низко и более высоко лежащим звукорядом, как это думают глупейшие певцы. Ничто тебе не мешает спеть любой лад выше и ниже: разное положение тонов и полутонов [из которых образуются и другие консонансы], обусловливает различие отдельных ладов.
Gerbert, t. I, p. 262.
Перевод М. Иванова-Борецкого **
РЕГИНО ИЗ ПРЮМА (?—915 годы)
Ученый монах Регино был аббатам в монастыре в Прюме на территории Германии (отсюда он получил имя — Prümensis). Ему принадлежит трактат «Об изучении гармонии», в котором большой удельный вес занимают пифагорейские представления. Регин о из Прюма был одним из первых средневековых теоретиков, кто отказался от традиционного деления музыки на мировую, человеческую и инструментальную. В противоположность этому он делил музыку на естественную и искусственную, чем
189
способствовал разрушению спекулятивной традиции, идущей от Боэция. В своем трактате Регино уделяет значительное внимание вопросу об эмоциональном значении музыки, трактуя его гораздо более широко, чем предшествующие ему писатели. По его мнению, музыка свойственна человеку по самой его природе, она доступна всем людям, независимо от пола и возраста. Трактат Регино оказал значительное влияние на дальнейшее развитие музыкальной эстетики средневековья.
Об изучении гармонии
Поскольку до сих пор говорилось о естественной и искусственной музыке, у менее опытного музыканта может возникнуть вопрос: какое различие существует между естественной и искусственной музыкой? На это можно ответить так: хотя во всяком гармоническом учении одна и та же модуляция получает свое существование в звуках консонансов, одно — музыка естественная, другое — искусственная.
Естественная музыка та, которая не производится никаким музыкальным инструментом, никаким касанием пальцев, ударом или прикосновением, но, навеянная божественным повелением, она модулирует сладостные мелодии с помощью природы: она производится или движением неба, или человеческим голосом, или, как добавляют некоторые, звуком или голосом неразумного создания.
Пифагорейцы отмечают, что движению неба сопутствует музыка. Об этом они заключают на таком основании: каким образом может произойти, говорят они, чтобы столь быстро несущееся строение (machina) неба двигалось безмолвно и бесшумно? И если звук [этого движения] не достигает наших ушей, никоим образом, однако, не может произойти, чтобы столь стремительное движение было лишено звука, тем более когда пути светил находятся в такой связи и гармонии, что ничего нельзя помыслить до такой степени согласного и связанного. Одни из них движутся расположенные более высоко, другие — более низко, но все они вращаются в равной стремительности так, что несходных противоположностей в движении устанавливается соразмерность, откуда следует, что в движении неба присутствует модуляция. Со-
190
звучие, которое управляет всей модуляцией, не может существовать без звука. Звук же не возникает без какого-нибудь толчка или удара. В свою очередь толчок не существует, если ему не предшествует движение.
Из движений одни являются более быстрыми, другие — более медленными: если движение будет медленным и непостоянным, оно производит низкие звуки, если же быстрым и частым, то с необходимостью возникнут звуки высокие. В неподвижной вещи никогда не возникает никакого звука. По этой причине музыканты определяют звук таким образом: звук — это удар воздуха, который, не разрушаясь, доходит до слуха. Как высокий (acumen), так и низкий (gravitas) звуки состоят из многих движений.
К этому добавим одно: в [признании] этой небесной гармонии соглашались не только философы язычников, но и деятельные проповедники христианской веры [...].
Музыка естественным образом свойственна всем людям любого возраста и пола. Ни для кого, кто понимает самого себя, в этом нет сомнений. Какой возраст или какой пол не наслаждается музыкальными мелодиями? Человеческой природе свойственно увеселять душу сладостными мелодиями и раздражаться от противоположных. Дети, юноши, а также старики естественным образом соединяются каким-то непроизвольным чувством с музыкальными модуляциями, так что вообще нет никакого возраста, который был бы лишен способности наслаждаться сладостной мелодией. И если есть такие, которые не могут искусно и приятно петь для других, они, хотя и неблагозвучно, поют что-то приятное для себя.
Кроме этого, необходимо знать, что через музыку познаются нравы людей. Распущенная и сладострастная душа наслаждается более игривыми мелодиями или, часто слушая их, ослабляется и изнеживается. И, наконец, ум более суровый и смелый радуется более суровым мелодиям и возбуждается ими. Не может произойти так, чтобы нежное связывалось с суровым, суровое — с нежным и взаимно радовались
191
друг другу,— напротив, любовь и наслаждение вызывают сходство нравов. Люди более грубые наслаждаются более суровыми мелодиями; те же, которые кротки и мирны,— более нежными.
Одним словом, всеми видами нравов так управляет музыка, что и на войне о наступлении и об отступлении возвещает звук трубы, возбуждающий или, напротив, ослабляющий мужество души. Пение приносит и уносит сны, вызывает печаль и волнения и отвлекает от них, оно разжигает гнев, призывает к милосердию, врачует телесные недуги. Общеизвестно, сколь часто песня подавляла гневные мысли, сколь много совершила чудес при муках телесных и душевных. Цицерон сообщает [о таком факте]. Когда пьяные юноши, возбужденные пением флейт, разбили дверь дома целомудренной женщины, чтобы нарушить ее целомудрие, Пифагор, узнав об этом, понял, что души юношей побудил к пороку звук фригийского лада. Он в это время изучал движение звезд; прибежав тотчас же, он убедил флейтиста переменить мелодию на спондеический размер. И когда флейтист сделал это, то медлительностью мелодий и суровостью исполняемого он тотчас же унял безумную дерзость юношей.
Но то, что мы узнаем из книг язычников, мы можем подтвердить и из наших. Когда царя Саула преследовал нечистый дух, Давид хватал псалтерион и сладостными и приятными мелодиями укрощал необузданность его души. А что сказать о пророке Елисее? Спрошенный однажды царем, он понял, что в тот момент в нем не было духа пророчества, приказал привести к нему играющего на псалтерионе, и, когда тот перед ним заиграл, внезапно снизошел на Елисея дух, и он пророчествовал.
Как вполне ясно то, что на войне души сражающихся воспламеняются пением труб, так нет никакого сомнения и в том, что более спокойная и более приятная мелодия песен может умерить душевное смятение. Из всего этого явствует отчетливо и без сомнения, что музыка естественным образом связана с нами, что действует на нас независимо от того, хотим мы этого или нет. Поэтому должно быть возвышено
192
стремление мысли постигнуть наукой то, что естественным образом нам привито.
Теперь остается посмотреть на третий вид естественной музыки, который, как мы упоминали выше, существует в неразумном создании. Об этом мнение философов таково. Не удивительно, говорят они, что музыка до такой степени господствует среди людей, если даже птицы — соловьи, лебеди и другие, им подобные,— упражняются в пении, словно в какой-то науке музыкального искусства, откуда Вергилий говорит о лебедях, что они посредством шеи рождают мелодии и т. д. Некоторые наземные и водоплавающие птицы, возбужденные пением, добровольно сбегаются в сети. Охотник может отметить также и то, что стадам приказывает пастись, передвигаться и отдыхать пастушеская свирель. Говорят, что и в море живет сладостное пение сирен. Музыка по праву овладевает всем, что живет, ведь и мировая душа, которая одушевляет все существующее, свое происхождение получает из музыки, как это представляется Платону и его последователям. Здесь мы слегка коснулись естественной музыки.
Остается коротко сказать о музыке искусственной. Искусственной называется та музыка, которая изобретена искусством и человеческим умом и которая осуществляется посредством каких-либо инструментов [...].
Всякому желающему овладеть этим искусством нужно знать, что, хотя естественная музыка намного превосходит искусственную, однако силу естественной музыки нельзя узнать иначе, как через искусственную.
Среди прочего надо знать, что не тот называется музыкантом, кто производит музыку только руками, но, истинно, тот, кто умеет рассуждать о музыке естественным образом и убедительными доводами объяснять свои чувства. Ибо всякое искусство и всякая наука естественно в большем почете имеют разум, чем ремесло, которое выполняется рукой и трудом мастера. Гораздо лучше знать, чтобы каждый мог сделать это, чем сделать то, что он узнает от другого. Ибо
193
телесное ремесло словно раб в услужении, разум же словно господин-повелитель. Настолько славнее знание музыки, познанной разумом, насколько мысль превосходит тело. Ведь разум не нуждается в действии, труды же рук, если они не руководятся разумом, ничего не значат. К этому можно добавить следующее: телесные мастера [т. е. музыканты-исполнители] получают свои названия не от разновидности музыкальной науки, а скорее от своих инструментов. Так кифарист называется от кифары, исполнитель на лире — от лиры, флейтист — от флейты и прочие мастера именуются от названий своих инструментов. Музыкант же получает имя не от какого-нибудь инструмента, а от самой музыки.
Музыкант тот, кто с помощью разума получает знание о звучании не через рабство действия, а властью созерцания. Таким образом, всякий, кто в совершенстве не знает смысла и значения гармонического учения, напрасно присваивает себе имя певца, даже если и умеет превосходно петь. Ибо не тот, кто читает текст, а тот, кто объясняет прочитанное, называется учителем. И хотя мальчики поют слова псалмов на память, они, однако, далеки от знания их, так как не умеют проникнуть в их тайный смысл. Поэтому, подобно тому как ученым мужам недостаточно смотреть на цвета и формы, воспринимая их только глазами, без исследования их свойств, так недостаточно услаждать душу музыкальными кантиленами, не изучив, какой пропорцией звуков и голосов связаны они между собой.
Пытаясь изложить учение о ладах, мы надолго зашли в обширный и глубокий лес музыкальной теории, которая окружена столь большой темнотой, что не поддается человеческому познанию. Очень мало таких, кто как-то понимает природу и силу музыки, но те, что понимают, не могут показать деятельностью рук. И, обратно, очень много таких, руки которых музыкой занимаются или которые поют, но вовсе не понимают ее природы и силы. Если спросить кифареда, или играющего на лире, или другого инструменталиста, чтобы он дал какие-либо сведения, показал
194
бы консонансы, рассказал, в каком отношении находится один звук к другому, он ни на что не ответит, а скажет: я делаю та«, как меня учитель научил.
Итак, надо знать, что не тот музыкант, кто в музыке упражняется только руками, а тот, кто может естественно судить о ней.
Reginonis, De harmonica instituzione, MPL, t. 132, p. 491.
Перевод Н. Ревякиной **
ГВИДО ИЗ АРЕЦЦО (ок. 995—1050 годы)
Музыкальный теоретик и педагог Гвидо является реформатором церковного песнопения, изобретателем нотного стана и сольмизационных слогов. Образование он получил в бенедиктинском монастыре в Помпозе (близ Феррары). Однако Гвидо вскоре выходит из монастыря, по-видимому, из-за того, что монахи отвергли его метод обучения пению. Он переезжает в Ареццо, где становится руководителем и преподавателем певческой школы (позднее он получит здесь имя — Aretinus). Пытаясь облегчить певцам запоминание звуков, он применил начальные слоги шести строчек популярного в то время гимна Иоанну для обозначения шести ступеней гаммы (гексахорда). Тем самым он заложил основы т. н. сольмизационной теории, господствовавшей затем в певческой практике до XVIII века. Гвидо первым начал применять в невменной нотации четыре разноцветные черты с ключевым буквенным обозначением для каждой.
;В области музыкальной эстетики Гвидо был сторонником практического направления. Он выступил против отвлеченного и спекулятивного отношения к музыкальной теории, идущего от Боэция. «Книга Боэция,— заявил он,— полезна не певцам, а одним философам». В своем музыкальном трактате «Микролог» он излагает практические правила сочинения музыки, обосновывает связь мелодии с характером песнопения, соответствие музыки разнообразию настроений, характеров и национальности людей. Вместе с тем в его сочинении содержатся и традиционные положения об этическом значении тонов, о приоритете музыканта-теоретика над певцом-практиком и т. д.
Гвидо Аретинский оказал большое влияние на развитие не только музыкальной практики, но и теории и эстетики, где он признавался одним из значительных авторитетов наряду с Боэ-
195
цием и Пифагором и пользовался широкой популярностью на протяжении всего средневековья.
Микролог
