Заповедь вторая

Рассматривайте привязанность между вами и ребенком как совместную работу – работу, в который вы, родители, и ребенок принимаете активное участие.

Даже новорожденного ребенка нельзя считать чистым листом, куском пластилина, из которого можно вылепить все что угодно. Ребенок попадает к вам со своим характером, своими унаследованными чертами, своими собственными ощущениями и телесной памятью того, что с ним было до усыновления. Если ему 3-4 года или больше, у него уже есть осознанные воспоминания прошлого. Родителям потребуется немалая доля фантазии и воодушевления, чтобы разглядеть именно этого ребенка. А не просто ребенка определенного пола и возраста, который теперь сталвашим.

Для этого требуется присмотреться к ребенку, понять, что он за личность, чтобы вы смогли слаженно существовать с малышом, а не просто обрушить на него всю свою любовь и тоску, которую вы пронесли через все время ожидания стать родителями. Нужно постараться понять сигналы, которые ребенок посылает вам, – что он готов принять уже сейчас. Это поможет ребенку почувствовать, что его слышат и понимают, а также поможет научиться связывать собственные разные потребности с правильной формой помощи и утешения.

От голода спасает еда, от холода теплая кофта, потребности изучать мир поможет свобода движения и разрешенные предметы для изучения. Против одиночества помогает физический контакт и контактглазами.

122

Заповедь третья

Третья заповедь, которая становится все важнее по мере взросления ребенка, звучит так: запрещенных чувств нет.

Все дети – все люди – испытывают чувства радости, злости, ненависти, скорби, зависти, беспокойства, страха, даже очень маленькие дети могут скорбеть. Они скорбят о потерянном, о знакомом, о предсказуемом.

Задача родителей попытаться почувствовать ребенка, понять, что он переживает и показать, что вы можете разделить это чувство с ним. Как справляться с чувством, если это чувство ненависти, зависти или страха – другой вопрос, который появляется позже. Важнее сейчас, чтобы ребенок почувствовал, что его переживания вам понятны, что ими можно поделиться, что он не единственный, кто испытывает подобное, и ошибается, думая, что его никто никогда не сможет понять. Чувство одиночества и отверженности обычно испытывают люди, подвергшиеся тяжелым, травматическим переживаниям, – а наш приемный ребенок всегда имел как минимум одно такое переживание – потерю биородителей и начальной среды обитания.

Дети постарше иногда могут использовать специальный способ, чтобы справиться со своими тяжелыми потерями. Они прекращают вести себя соответственно возрасту. Четырех- или пятилетка, возможно, захочет стать грудничком опять, надеть памперс и есть из бутылочки, чтобы его носили на руках и давали соску.

Это способ получить то, чего он однажды недополучил или совсем не получил будучи грудничком. У ребенка в детдомовской кроватке или дома с одинокой, всегда отсутствующей биомамой никогда не было возможности получить ту заботу и телесный контакт, в котором нуждается любой малыш, поэтому он пытается добрать это в своей новой среде. Чаще всего, если родители идут навстречу и позволяют ребенку возврат в младенчество, регрессию, не чувствуют нежелания кормить его из бутылочки и менять памперсы, то надобность всего этого быстро проходит, и ребенок возвращается к своему обычному поведениюпятилетки.

Регрессия также может быть способом избежать выполнятьтребования,которые ставит новаясемьяи новая среда. Мы, взрослые, тоже часто так делаем. Когда нам оченьстрашно,когда мырасстроеныили злимся, внезапно мыведемсебяпо-детскиисовершенноне по-взросломуи рационально, как от нас ожидается. Когда трудности позади, мывозвращаемсяк нормальномуфункционированию.Если

123

поискать в памяти, можно достаточно быстро вспомнить, когда такое последний раз случалось с нами. Скорее всего, не так уж и давно...