3.2. Дискурс

Дискурс, дискурсия (от лат. discursus «бегание взад-вперед; движение, блуждание, круговорот; беседа, разговор») — связный текст в совокупности с прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами; речь как целенаправленное социальное действие¹. Нередко используется просто как синоним «речи».

Этот многозначный термин получил широкое распространение в гуманитарных науках – лингвистике текста, литературоведении, семиотике, психолингвистике социологии, философии, этнологии и антропологии, а также междисциплинарных исследованиях, пытающихся соединить разные теории для описания и объяснения социальных, социокультурных, социально-культурно-исторических явлений. Четкого и общепризнанного понимания «дискурса», охватывающего все случаи его употребления, не существует.

В лингвистической литературе дискурсом чаще всего называют речь (в частности, текст) в ее становлении перед мысленным взором интерпретатора. Интерпретатор помещает содержание очередной интерпретируемой порции дискурса в рамки уже полученной промежуточной или предварительной интерпретации. В результате определяется коммуникативная цель каждого предложения, и шаг за шагом выясняется построение дискурса в целом. В процессе интерпретации воссоздается мысленный мир автора, в котором, по предположению интерпретатора, конструировался дискурс и в котором описывается положение дел. Он включает в себя характеристики действующих лиц, их поступков, обстоятельств событий и т.д., а также привнесенные интерпретатором детали и оценки.

В нелингвистической теории дискурса М. Фуко – французского историка, социолога и языковеда – акценты в анализе порождения текста делаются на культурной, национально-исторической, социальной обусловленности речевых высказываний, т.е. идеологическом факторе. Дискурс – прежде всего, речь, погруженная в социальный контекст. Это максимально широкое понятие включает в себя лингвистические и экстралингвистические факторы. К экстралингвистическим относятся 1) факторы коммуникативной ситуации здесь и сейчас – в данный момент времени и при данных обстоятельствах (место, партнеры по коммуникации, их социальный статус и социальные роли, тема) и 2) факторы культурно-идеологической среды, в которой протекает коммуникация. В определении сущности дискурса экстралингвистические факторы выдвигаются им на первый план и являются определяющими по отношению к лингвистическим. Основные положения этой модели дискурса сводятся к следующим.

1. Дискурс – это множество высказываний, принадлежащих одной формации, совокупность тематически общих текстов, связь между которыми устанавливается на основании содержательных критериев: тексты одного дискурса обращены к одному предмету, теме, концепту, связаны друг с другом семантическими отношениями и/или выступают в общей системе высказываний, объединенных в коммуникативном и функционально-целевом отношении. Границы дискурса устанавливаются относительно некоторого периода времени, сферы человеческой практики, области знаний, типологии текста и некоторых других параметров – когда тексты могут восприниматься и идентифицироваться как языковое выражение определенной социокультурной, политической и идеологической практики. Дискурс также рассматривают как определённый тип высказывания, присущий определённой социально-политической группе или эпохе (например, российский политический дискурс).

2. Дискурс – это социально-исторический (вполне конкретный) способ связки мышления, коммуникации, языковых конструкций и рефлексии, сформированный на определенном историческом этапе развития общества, который задает тип знаний, теорий, задач и практик. Фуко описывает дискурс как «место возникновения понятий».

При этом он (дискурс) поддерживается определенным набором разнородных и связанных между собой позиций, образующих структуру. Коммуникация и взаимодействие между ними порождают определенный тип рассуждений. Существуют такие предпонятийные структуры, в которых смысл (слов, понятий, высказываний и пр.) задается не значениями (как это предполагалось до введения понятия дискурса), а их взаимным соотношением, взаимном «расположении». Дискурс зависит от того, как действует власть, как действуют члены общества, которые думают и говорят из разных общественных позиций, разных оснований. У них нет единой языковой конструкции, нет единой мыслительной конструкции, но «между ними» возникает общественно-историческая единица языковой практики. Она не рефлексируется, но внутри нее возникают разные теории. Такая единица языково-мыслительной практики и называется у Фуко дискурсом.

3. В дискурсе Фуко обнаруживает специфическую власть произнесения, наделенную силой нечто утверждать. Говорить — значит обладать властью говорить. В этом отношении дискурс подобен всему остальному в обществе — это такой же объект борьбы за власть. Между знанием и властью существует неразрывная связь: те, кто контролируют дискурс, контролируют знание и соответственно обладают властью. Объективные властные отношения стремятся воспроизвестись в отношениях символической власти – монополии власти производить и навязывать легитимное¹ видение, восприятие мира, творить вещи при помощи слов. Какая интерпретация предпочтительней, решает власть. Из истории известно множество культурных систем, представляющих собой универсальную схему интерпретации всех феноменов, актуально происходящих или потенциально возможных в обществе и одновременно инструментом легитимизации существующего социального порядка (культура Древнего Египта, восточных деспотий, культурные системы средневековой Европы, всех теократических государств, в частности современных фундаменталистских, культурная система советского общества). Такой крайний вариант дискурса власти, когда убеждения, оценки, образы мира, идеологии и т.д. активно разделяются либо пассивно принимаются всеми членами общества назван моностилистической культурой.

4. Инструментом власти является язык, и люди обладают властью в обществе в соответствии со своим участием в разнообразных дискурсах актуального социального поля. Язык понимается как нормативная структура, т.е. как некая система образцов. Согласно Ж. Лакану, субъект есть функция языка. Язык овладевает человеком, формирует субъекта. В возрасте до 1,5 лет на «стадии зеркала» происходит идентификация Я – образ Я, который задают ему окружающие. Он изначально неточен, подчинен не логике реальности, а логике иллюзии. Этот образ – наглядный, как картинка – получает означивание в словах. Ребенок осознает себя в средствах языка. Прежде, чем стать основой самосознания, нечто должно быть произнесено и услышано, воспринято как адресованное мне. Я отождествляет себя с тем, к кому обращены слова другого и тем самым становится для него субъектом. Структурирующая функция языка, вступая во взаимодействие с Я как носителем желания, неизбежно репрессирует желания индивида. Результатом становится тотальная неосознаваемая и поэтому неконтролируемая зависимость субъекта от речи Другого, от навязываемого ему дискурса.

Задача субъекта в дальнейшем будет заключаться в том, чтобы преодолеть несоответствие своей собственной реальности и зависимости от дискурса. В той мере, в какой индивиду удается осознать этот фактор своей зависимости и его критически отрефлексировать, перед ним открывается путь к относительной независимости,

5. Сообщества конструируют «линзы», сквозь которые их члены интерпретируют мир. Реальности, принимаемые каждым из нас как должное, это реальности, которыми общество окружает нас с самого рождения. Они обеспечивают практики, слова и опыт, на основе которых мы строим свою жизнь. Одним из инструментов конструирования таких «линз» являются культурные истории. Доминирующие или господствующие истории обладают тотальной властью над умами и телами людей. Они влияют на то, как люди интерпретируют свой повседневный опыт. Если доминирующая культура несет с собой деспотические истории, то люди могут противостоять их диктату, находя поддержку в историях других социальных слоев или культур, как это было с диссидентством во времена тоталитарного режима.

Коммуникативное действие, или дискурс, направлено на взаимопонимание, однако его невозможно достичь в условиях противоречия между «жизненным миром» человека и социальной системой, которая в силу субъект-объектной позиции вносит элементы отчуждения в межличностное взаимодействие. Проблемы коммуникации возникают в силу расхождений между субъективными сознаниями: человек не может переживать другое сознание, и это ограничивает возможности интерсубъективного понимания. Непризнание различий, неоткрытость Другому создают барьеры в общении и невозможность интерпретативного самопознания.

6. Собственное сознание для познающего субъекта, не является прозрачным. Другими словами, человеческое восприятие и осознание мира, процессы его памяти и воображения вооружены и одновременно ограничены конкретно-исторической системой значений, несущей в себе совокупный общественный опыт, которая присуща той или иной социальной общности, той или иной культуре¹.

7. Точка зрения Фуко на искусство жизни состоит, прежде всего, в реализации опыта заботы о самом себе. Этот опыт позволяет творческому человеку заново вопрошать очевидности и постулаты, сотрясать привычки и способы действия и мысли, рассеивать то, что принято в качестве известных вещей, заново переоценивать правила и установления. Такой опыт возможно получить в специальных дискурсивных практиках – особых идеальных видах коммуникации, осуществляемых в максимально возможном отстранении от социальной реальности, традиций, авторитета, коммуникативной рутины и т.п. и имеющий целью критическое обсуждение и обоснование взглядов и действий участников коммуникации. Поскольку реальная коммуникация систематически деформируется отношениями власти, угнетения, идеологии, ее можно исправить рефлексией об источниках деформации, критикой, т.е. своеобразной деконструкцией идеологии угнетения, которая снимет идеологические шоры и тем самым освободит участников коммуникации. Сущность общения, диалога сводится к его созидающей роли в познании и самопознании: в диалоге происходит не обмен готовыми, ранее сложившимися внутренними смыслами, а вовлечение в процесс совместного созидания нового общего смысла, который преобразует и участников процесса, и их жизненный мир. Как систему дискурсивных практик можно рассматривать фактически все многообразие форм, направлений, школ и подходов психотерапии.