5.5. Спиритуализация и страх божий

5.5.1. Принцип спиритуализации

Один из центральных вопросов всякой религиозно-этической доктрины состоит в определении сравнительного духовного достоинства различных поступков, то есть, иными словами, в установлении критериев оценки поступка с точки зрения его религиозной значимости. Позиция автора Книги хасидов по этому вопросу сформулирована в §15.

§15  Если кто исполнил важную заповедь, и это было ему тяжко, а он все же победил свое дурное начало и совершил заповедь, такой человек выше, чем тот, кому не препятствовало его дурное начало. И тот, кто сделал малозначительное доброе дело, встретив жестокое противодействие своего дурного начала и победив его, выше, чем тот, кто совершил великое дело без того, чтобы дурное побуждение мешало ему. И если кто совершил тяжелый грех, будучи одолеваем дурным побуждением, то хуже него тот, кто совершил малый грех без воздействия дурного побуждения, ведь он совершил это как будто бы назло. А добрые дела, совершаемые ради других, такие как обучение Торе и милостыня, – мера их тот, кто получает от них пользу; соответственно радости, принесенной им другому, человек получает награду.  Бывает, что он сделает мало, а это засчитывается ему в праведность, бывает, что много – и нет ему в том заслуги. Например, если дать человеку множество мелких монет, ему будет стыдно взять их. Если же сказать ему – «отобедай со мной сегодня», не будет ему стыдно, и заслуга и награда за это будут велики.

❒ Вопрос 14  Объясните выражение «как будто бы назло» в контексте рассуждений, приводимых в §15. ❑

В рассуждениях рабби Шмуэля ясно видно столкновение двух систем ценностей в этических воззрениях германских хасидов: традиционной, основанной на древних источниках, и новой, построенной на спиритуалистических принципах. Согласно традиционной системе ценностей исполнение некоторых заповедей обладает более высоким статусом, чем соблюдение других. Рабби Шмуэль не отрицает этого и использует терминологию, различающую заповеди великие и малые. Тем не менее на этой традиционной основе он выстраивает свою новую систему, утверждая в центре ее принцип борьбы с дурным побуждением. Если для того, чтобы выполнить “малую” заповедь, человеку приходится вести тяжелую борьбу со своими страстями, его заслуга велика. Если человеку не пришлось выдерживать натиск дурного побуждения, совершая заповедь, – пусть даже ту, что согласно традиционной шкале ценностей относится к числу серьезных и центральных заповедей, – его заслуга менее значительна, чем если бы ему пришлось противостоять своему дурному началу.

Спиритуалистический принцип – оценка поступка по тем духовным усилиям, которые вложены в него – приводит к перестройке всей системы ценностей. Заповеди, занимавшие центральное место, становятся второстепенными, маловажные – приобретают большое значение. При этом шкала ценностей совершенно индивидуальна и зависит от ситуации, места и времени. Тот факт, что для определенного человека легко и просто исполнить ту или иную заповедь, имеет значение лишь для него самого. Для другого человека, которому приходится преодолеть трудности и мобилизовать духовные ресурсы для ее исполнения, та же заповедь имеет величайшее значение. Как сказано об этом в Книге хасидов, «И тот, кто сделал малозначительное доброе дело, встретив жестокое противодействие своего дурного начала и одолев его, выше, чем тот, кто совершил великое дело без того, чтобы дурное побуждение мешало ему». Более того, если вчера человек исполнял заповедь без труда, а сегодня ее исполнение требует от него значительных усилий – ценность его исполнения этой заповеди сегодня не такая же, какой она была вчера. Таким образом, новая система ценностей германского хасидизма полностью подчинена спиритуалистическому принципу.