Глава 6. Социализация в ранние периоды онтогенеза человека 163

меньшей агрессивностью, были неплаксивы. Неудивительно, что воспитатели оценивали таких детей как более социально компетентных, с лучшими социальными навыками и имевших большее число друзей. Безопасно привязанные дети были бо­лее популярны среди сверстников, чем дети, имевшие небезо­пасную привязанность. Подобная связь между ранней привя­занностью и более поздней компетентностью в дружбе была показана у дошкольников и детей начальной школы (по: Hetherington & Park, 1994).

Привязанность ребенка в раннем возрасте не ограничива­ется только одним родителем. В исследовании младенцев в воз­расте 1 года изучалось соотношение привязанности ребенка к обоим родителям. Были выделены дети, которые имели без­опасную привязанность к обоим родителям, только к одному (матери или отцу) и были небезопасно привязаны к другому родителю. В данных исследованиях использовали ситуацию дружелюбного клоуна («чужого») как показателя адаптивнос­ти социальных отношений у маленьких детей. Младенцы, ко­торые были безопасно привязаны к обоим родителям, демон­стрировали большую отзывчивость и более тесное взаимодей­ствие с клоуном, чем те дети, которые были привязаны к одному из родителей и небезопасно привязаны к другому. Дети, небез­опасно привязанные к обойму родителям, были наименее ком­муникабельны с клоуном.

Несмотря на безусловное значение привязанности для со-I щализации и нормального психического развития ребенка, кри­тика теорий привязанности указывает на то, что нельзя рассмат­ривать привязанность как универсальный механизм развития личности ребенка, игнорируя другие аспекты ее становления.

Отечественные концепции социального развития

Несмотря на разные концептуальные основания теорий IГ. Шпитца, Дж. Боулби, М. Эйнсворт и культурно-историче­ской теории Л. С. Выготского, их объединяет представление о исеобъемлющей роли социальных взаимодействий в психиче­ском развитии ребенка.

Согласно Л. С. Выготскому, социальное взаимодействие первично и детерминирует переход в развитии человека от на­туральных психических функций к высшим, специфически че-

164 ' Часть II. Младенчество (от рождения до 2 лет)

ловеческим. Вместо понятия «онтогенез психического» он ввел понятие «социогенез психического». Ведущая роль в социоге-незе психики принадлежит взрослому как носителю культур­ных средств, которые опосредуют взаимодействие ребенка с миром. При этом Л. С. Выготский, описывая ранние этапы он­тогенеза психики, говорил о едином, взаимопроникающем ряде социально-биологического формирования личности ребенка. Признавая роль биологических, врожденных программ разви­тия на ранних этапах (приблизительно до 3 лет), Выготский затем переносил центр тяжести на культурные факторы: обще­ние, воспитание и т. п., делая их единственным источником раз­вития высших психических функций. В этом состоит противо­речивость теории Л. С. Выготского.

Культурно-историческая теория, таким образом, предлага­ла единственную детерминанту развития ребенка — социальное взаимодействие. Однако, декларируя социальную природу пси­хического развития ребенка, культурно-историческая теория оставляла ребенка пассивным объектом взрослых социальных воздействий. Она, с одной стороны, не раскрывала его роли ак­тивного агента взаимодействий, а с другой — не оставляла мес­та для избирательности ребенка при взаимодействии с миром, отказывая ему в индивидуальных предпочтениях, не учитывая своеобразия его развития.

М. И. Лисина, развивая линию исследований, заложенную Л. С. Выготским, постулировала наличие особой потребности в общении, которая формируется на основе базовых биологичес­ких потребностей (в пище, тепле, безопасности и т. п.) и стрем­ления к новым впечатлениям, богатым источником которых яв­ляется взрослый (Лисина, 1986). Критерием появления потреб­ности в общении (приблизительно в 3-4 недели) является улыбка в ответ на воздействие взрослого. Необходимо отметить, однако, что такая улыбка может иметь и другое происхождение и функцию — аффективную регуляцию внутреннего напряже­ния, первоначально эндогенного, а затем стимульно обусл0влен-ного (когнитивно продуцируемого) (Сергиенко, 1992). М. И. Ли­сина разграничивает собственно общение и взаимодействие, ко­торое может наблюдаться раньше второго месяца жизни. Общение определяется как взаимоиаправленная коммуникатив­ная деятельность, каждый участник которой выступает как субъект. В рамках общения как ведущей психической дёятель-