Концепция "группы как целого" Биона (Тэвистокская модель) и базисные установки

Бионовская модель группы как целого в своих теоретических основаниях продолжает традицию Фрейда и Мелани Кляйн. В теории Биона вновь приобретает актуальность работа Фрейда 1921 года о психологии масс, в которой он описывает склонность индивидуумов в группе к регрессии, их тенденцию к либидинозному соединению и созданию общего идеала Я посредством выбора руководителя. Подобно Фрейду, Бион констатирует пониженную критическую способность мышления и спонтанную регрессию в группах. При этом он постоянно говорит о группе как целом, как единстве, и лечит ее подобно индивидуальному пациенту в классической психоаналитической ситуации. Все интерпретации Бион рекомендует нацеливать на всю группу, концентрируясь на тревоге, соответствующей доминирующей в данный момент базисной установке.

Бион описывает следующие динамические и повсеместно встречающиеся в группах базисные установки: 1) зависимость; 2) борьба-бегство; 3) образование пар. Наряду с этими основополагающими установками, Бион описывает существующий на уровне группы феномен валентности, то есть способность отдельного участника спонтанно присоединяться на бессознательном уровне к какой-либо общей фантазии. В соответствии с представлением этой модели, в начале каждого заседания группы в процессе зондирования развивается общая бессознательная фантазия. Беседа затрагивает различные темы, но продолжена будет лишь та, которая может подходить к бессознательным фантазиям многих участников. Согласно Биону, валентность обозначает "спонтанную бессознательную функцию стадных качеств человеческой личности".

Исходя из общих положений своей концепции группы, Бион уделяет мало внимания внутрипсихическим процессам, вместо этого группа рассматривается как если бы она была одним индивидуумом. "При лечении одного пациента невроз проявляется как проблема отдельного лица. При лечении группы он должен быть выявлен как проблема группы". В основание понимания групповых процессов Бион поместил психоаналитическую теорию Мелани Кляйн, которая в то время еще не была существенно расширена психологией объектных отношений и теорией интеракции.

Сам ведущий группы выступает в роли адвоката реальности. Бион уделял особое внимание доэдиповым процессам в группе; однако он четко показал, что эти процессы следует рассматривать не только как регрессивные феномены, но и в качестве сопротивления. Интерпретации группового терапевта должны учитывать оба аспекта и быть нацелены на то, чтобы сделать группу работоспособной, то есть установить контакт между бессознательными базисными установками и сознательными рабочими целями.

Теоретические подходы Фоулкса и Биона к описанию процессов в терапевтических группах были во многом доработаны и сопоставлены их последователями. Можно заметить полное сходство в понимании интеракции между группой и отдельным участником у Фоулкса и между аналитиком и анализируемым у Биона. Более поздние воззрения Биона на ранние формы коммуникации между матерью и грудным младенцем, обретающие новую актуальность в отношениях между аналитиком и анализируемым в ситуации индивидуальной терапии, могут быть также полезными и для понимания процессов взаимодействия в группе.

В 1956 году Бион занимался изучением механизмов проективной идентификации. Данная концепция, впервые предложенная М. Кляйн для описания того, как младенец в параноидно-шизоидной позиции обходится с собственными агрессивными импульсами, была расширена Бионом до теории нормальной и патологической интеракции и теории развития. Его теория мышления также опирается на предположения о генезисе и функции проективной идентификации. Бион исходит из того, что у новорожденного существует врожденная диспозиция к познанию и восприятию хорошего опыта, "хорошей груди", так сказать, знание априори. Если в реальности нет никакой "хорошей груди", то реальный опыт сталкивается с врожденным ожиданием. Если хорошего опыта в целом достаточно, то ребенок, исходя из случайного отклонения между ожиданием и опытом, развивает "мысль", а впоследствии "мышление" вообще, как модус подавления. С другой стороны, развитие мыслительного аппарата может нарушаться, если реальный опыт в большой степени является негативным. "Хорошая грудь", которой нет в распоряжении у ребенка, становится плохим внутренним объектом. Ребенок развивает механизмы проективной идентификации для того, чтобы избавиться от плохого интроекта.

В дальнейшем Бионом была предложена модель "контейнирования", объясняющая материнскую функцию поглощения и нейтрализации неприятных, болезненных и пугающих переживаний ребенка. "Если младенец испытывает невыносимый страх, то он пытается справиться с ним с помощью проекции на мать. Реакция матери заключается в том, чтобы распознать этот страх и сделать все, что необходимо для смягчения страдания ребенка. Младенец переживает это так, как будто он спроецировал нечто невыносимое на свой объект, который все же оказался в состоянии сохранить это в себе и справиться с ним. Затем ребенок ре-интроецирует уже не свой первоначальный страх, а тот страх, который был модифицирован после контейнирования его матерью. Одновременно он интроецирует объект, который в состоянии сохранять страхи в себе и справляться с ними. Такое "контейнирование" страха внешним понимающим объектом является основой психической стабильности" [Сегал].

Данная функция контейнирования, которая, согласно Биону, в определенных случаях действует в терапевтической ситуации индивидуального анализа, может быть также соотнесена с тезисом Фоулкса о снижающей тревогу функции группы. Некоторые другие теоретические высказывания Биона также можно перенести на групповую ситуацию. "Мать, чувствуя любовь к своему ребенку и его отцу, в состоянии мечтательной отрешенности понимает, в чем нуждается ребенок". Бион называет это альфа-функцией матери (группы), посредством которой сырые смысловые данные ребенка, так называемые бета-элементы преобразуются в альфа-элементы – "материал для фантазий и размышлений". Аналогично этому групповой процесс можно было бы понимать как процесс последовательных проективных идентификаций отдельных участников группы, которые могут поглощаться и преобразовываться всей группой и, таким образом, ре-интернализовываться.

Сазерленд, долгие годы представлявший модель Биона в Англии, сожалеет, что Бион никогда не дискутировал с концепцией Фоулкса. Он констатирует: "Я не думаю, что Бион знал много о ней, поскольку он перестал интересоваться группами до того, как Фоулкс опубликовал свои работы. Фоулкс был убежден, что все групповые интеракции можно с пользой применять для терапии, и я думаю, что Бион воспринял бы эту позицию, если бы он больше работал в групповой терапии" [Сазерленд].

Сам Бион занимался с группами только до 1952 года и критически высказывался о терапевтической ценности своего метода. Тем не менее его основополагающие теоретические гипотезы и техника постоянно оказывали влияние на психоаналитическую работу с группами и концептуальное развитие психоаналитической групповой терапии. Гринберг, Лангер и Родриге в Аргентине представили одну из всеохватывающих концепций психоаналитической терапии, которая базируется на исходных положениях Биона, на психоанализе М. Клайн и в сильно модифицированном виде развивает бионовское видение группы как целого. По Гринбергу, важнейшим лечебным механизмом, развивающимся в группе, является идентификация в ее проективной и интроективной формах. "Выражаясь психоаналитически, мы сказали бы, что каждая личность создает себя из следующих одна за другой идентификаций, в которых сконцентрирована история ее многообразных объектных отношений. То, что действительно для индивидуума, действительно и для группы: во всех прогрессивных и регрессивных фазах осуществляется процесс идентификации". Задачей ведущего группы, как и в индивидуальном анализе, является интерпретация. "Лечебное действие исходит от терапевта, который, благодаря своей дистанцированности от происходящего в группе, в состоянии видеть подлинные конфликты, скрывающиеся за кажущимися, и делать их доступными для группы посредством интерпретаций".

В то время, как в Англии преимущественно развивается и используется исходная модель групповой терапии Фоулкса, в Германии применяется, модифицируется и развивается в первую очередь Тэвистокская модель, а также, под влиянием Аргеландера, общая модель группы как целого. Ольмайер занимается дальнейшим развитием Тэвистокской модели, при этом особый акцент он делает на групповом аспекте инфантильных неврозов. Занднер прилагает особые усилия для научного обоснования группового анализа; он представляет модель психического развития индивида в аналитических группах, которое эквивалентно повторной первичной социализации. Фингер-Трешер исследует групповые процессы на основе новых концепций нарциссизма, опираясь при этом, в особенности, на теорию Кохута.