3. Политическая культура России

Весьма своеобразно шел процесс становления политической культуры России. Огромное влияние на нее оказало географическое положение страны, которая расположена на пересечении двух типов цивилизаций: западной и восточной. Если для первой - европейской, как уже отмечалось, доминантной ценностью являлась личность, ее естественные права и свободы, то для второй - азиатской, была харак­терна социоцентрическая ориентация на общество, коллектив, госу­дарство.

1. Взаимодействие этих двух социокультурных типов неизбеж­но порождало борьбу между ними, а в условиях огромных территори­альных пространств России с разнообразными типами этнических культур это способствовало формированию этатистской политической культуры, ибо только сильная государственная власть могла предот­вратить опасность дезинтеграции. Государственность оборачивалась сакрализацией верховной власти, т. е. стойким ее восприятием как санкционированной некими внешними высшими силами. От отца-государя зависит благосостояние народа. Таким образом, истоки па­тернализма в политической культуре России - в ее историческом про­шлом, в крестьянской общине, которая препятствовала становлению индивидуального начала в хозяйственной и духовной жизни. Отсюда -патриархальный характер российской политической культуры, вера в доброго царя, ожидание благ сверху, слабая ориентация на политиче­ские действия и т. д.

2. Значительное влияние на российскую политическую культуру оказала православная церковь с ее идеями соборности, государствен­ной религии, государственной церкви. Являясь последовательницей византийской цивилизации, Россия восприняла от нее не только рели­гию, но и культуру, в том числе мессианскую, имперскую идею, реа­лизация которой привела к превращению страны в многонациональ­ную империю. Мессианская направленность российской политической культуры после падения Константинополя проявилась в провозглаше­нии Москвы, как наследницы Византии, Третьим Римом, а «четверто­му не бывать».

3. Кроме влияния византийского наследия, специфика российской политической культуры определяется и отсутствием в России в про­шлом таких социокультурных явлений, как Возрождение и Реформа-ция, оказавших огромное влияние на культуру западноевропейских стран в плане придания ей светскости, раскрепощения личности, фор­мирования гуманистического мировоззрения и проч. В России же цен­ности индивидуализма, свободы совести, толерантности, компромисса не получили достаточного развития. В результате всю поли­тическую историю России можно представить как постоянное проти­воборство либеральных и патриархально-традиционных ценностей: с одной стороны - частная инициатива, стремление к самоутверждению в соревновании с другими, свобода совести и трудолюбие, ограниче­ние роли государства в обществе, с другой - постоянные ограничения, общинность, соборность, коллективизм, при одновременной склонно­сти к авторитаризму, лидерству харизматического типа, сильному го­сударству. Отсюда и раскол в политической культуре, который начал­ся с преобразований Петра I.

4. Революция 1917 г. еще больше усилила этатизацию всех сфер общественной жизни. Политическая культура приобрела полностью авторитарный характер. Роль и функции, которые в обоснование рос­сийской государственности выполняло православие, перешли к мар­ксизму-ленинизму, ставшему единственной государственной идеоло­гией. Интересы отдельной личности были полностью подчинены го­сударству. На первый план выдвигались идеалы не свободы, а равен­ства. У людей формировались двойственные моральные принципы, конформизм, «идеология винтиков», убежденность в своей незначи­тельности в делах общества и государства.

5. На современном этапе, в условиях перехода к рыночным отно­шениям, трансформации всех сфер общественного бытия формируется новая политическая культура россиян, однако происходит этот про­цесс не гладко и безболезненно, а с большими трудностями. И причи­ны этих трудностей - в сложности осуществляемых экономических и социально-политических преобразований. Не прошло и десяти лет, как, эмоционально восприняв реформы в начале 1990-х годов, россий­ские граждане стали настороженно относиться к либерально-демократическим ценностям, прежде всего потому, что не почувство­вали улучшения своего материального положения; более того, часть населения просто обнищала. Так что настороженность имеет объек­тивные социальные основания. По данным экономистов, после всех этапов проведенных экономических реформ и результатов приватиза­ции на сегодняшний день в России 15% населения имеют 92% всех доходов от собственности, а 85% населения не имеет практически ни­чего. И это при традиционном существовании в российском ментали­тете такой черты, как стремление к общему благу. За 15 лет реформ (1990 - 2005 гг.) доходы 3/4 части населения уменьшились в 5,5 раза, а государственных чиновников - увеличились в 1,3 раза. Стоимость самого необходимого социального набора выросла более чем в 100 раз. Как отмечают исследователи, «в период после 1991 г., во­преки надеждам первых лет перестройки, разрыв между властью и обществом, вероятно, достиг критических пределов. Обещания демо­кратических руководителей во многих случаях оказались на деле не более чем лицемерной демагогией, а избранный курс реформ довел престиж власти в глазах большинства россиян до катастрофически низкого уровня».

6. Фактором, затрудняющим формирование новой политической культуры в России, является также кризис политической социализации. Одной из основных причин данного кризиса стало не только отсутствие «национальной идеи» и ценностных ориентиров, интегрирующих граж­дан в новое социально-политическое пространство, но и отказ государст­ва с самого начала реформ от выполнения своих непосредственных социализационных функций, в том числе по обеспечению условий функ­ционирования институтов политической социализации.

Утвердившаяся привычка возлагать ответствен­ность за провалы политики на важные по отношению к власти факто­ры - на «родимые пятна» социализма, прошлых властей и лидеров, сменившиеся правительства, исчезнувшие партии, на российский на­род, климат и т. д. - свидетельствует о незрелости власти и политиков, их инфантильности и неспособности взять на себя ответственность за собственные дела».

Отсюда недоверие к власти, политическая апатия, пассивность, нежелание участвовать даже в выборах. Об этом свидетельствует на­блюдающаяся из года в год тенденция увеличения уровня абсентеизма. Граждане просто не верят в возможность с помощью выбо­ров что-либо изменить, решить свои проблемы. Поэтому для предот­вращения срыва выборов из избирательного законодательства был ис­ключен порог явки избирателей на голосование. Теперь выборы депу­татов Государственной Думы РФ считаются состоявшимися при лю­бом числе избирателей, принявших участие в голосовании.

С одной стороны, невысокую политическую активность россий­ских граждан можно объяснить отсутствием исторических традиций политического участия. За многие века власти приучили народ отно­сится к политике как к уделу только правящей элиты. Но, с другой стороны, снижение политического участия российских граждан объ­ясняется и отсутствием открытых и действенных каналов взаимодей­ствия между обществом и государством. Когда результаты выборов становятся предсказуемыми и предопределенными, то граждане про­сто отказываются принимать участие в заранее разработанном сцена­рии, имитирующем функционирование в обществе демократических структур.

Все это свидетельствует об отчуждении населения от власти, по­литических институтов, отстраненность масс от политической жизни, об убежденности людей в том, что рядовые граждане едва ли могут повлиять на проводимую властями политику.

Граждане хотели бы жить достойно в цивилизованном и ста­бильном обществе, где соблюдаются законы и порядок. «Нельзя не отметить, - пишут российские исследователи, - что после радикально-либеральных экспериментов 1990-х гг., обусловивших российскую го­сударственность, значительная часть населения страны рассматривает восстановление и даже ужесточение властной вертикали как необхо­димую компенсацию за разгул анархии и вседозволенности. Совре­менное российское общество устало от неупорядоченности и беззако­ния. Не получив гарантии общественной стабильности от «демократи­ческих реформ», большинство общества разочаровалось в подобной демократии и готово предпочесть такую форму правления, которая обеспечит долгожданный порядок. По данным опроса Ана­литического центра Левады, в ответ на вопрос, что для вас важнее -порядок или демократия? - 70% респондентов назвали порядок и только 27% отдали предпочтение демократии.

7. Какой вывод можно сделать, суммируя все изложенное? Вывод напрашивается сам собой. В России существуют все типы политиче­ской культуры и ее субкультур: и патриархальная, и подданническая, и активистская. Однако, по мнению исследователей, доминирует пат-риархально- подданническая и подданническо-активистская. Что каса­ется политических субкультур, то в соответствии с особенностями со­циальной структуры общества выделяют политическую субкультуру молодежи, женщин, интеллигенции, творческой элиты, служащих го­сударственного аппарата, деревенскую, городскую, этническую суб­культуру и т. д. По другим основаниям выделяют авторитарную и де­мократическую, массовую и элитарную, либеральную, консерватив­ную и социалистическую политические культуры. Последнюю града­цию, на наш взгляд, больше можно отнести к типологии.

8. Однако особенность современного этапа политической культуры российского общества не столько в разнообразии субкультур, сколько в том, что многие из них охвачены скрытой и явной борьбой, столкно­вением. Основными линиями конфронтации выступают демократизм-авторитаризм, социализм-капитализм, центризм-регионализм, глоба­лизация-изоляционизм и т. д. Многообразие таких линий свидетельст­вует об отсутствии политического базового консенсуса, общенацио­нального согласия, о разладе между социальными слоями общества.

Если попытаться определить основные особенности российской политической культуры в историческом плане, то сами российские политологи часто говорят о гетерогенности, антиномичности, много­слойности национальной политической культуры. Большинство уче­ных обнаруживают в российской истории устойчивые базовые харак­теристики политического устройства, в основе которого лежали авто­ритаризм, персонализм, вождизм. Исторические особенности обусло­вили также появление таких черт национальной политической культу­ры, как этатизм, вытекающий из доминирующей роли государства по отношению к обществу, патернализм и клиентелизм, «выключен-ность» широких масс из повседневного политического процесса, пра­вовой нигилизм как «низов», так и «верхов». Особенности российской политической культуры традиционно связывают и с длительным гос­подством коллективных форм жизни, незначительной политической ролью механизмов самоуправления и самоорганизации общества.

9. Что касается характерных черт политической культуры совре­менной России, то общепризнанными являются прежде всего ценно­сти коммунитаризма, т. е. приоритет групповой справедливости перед принципами индивидуальной свободы, персонализированное воспри­ятие власти, предрасположенность к конформизму, подданническое отношение к власти, правовой нигилизм, некритическое восприятие зарубежного опыта и некоторые другие.

Таким образом, политическая культура современного россий­ского общества находится в состоянии своего становления, испытывая серьезное воздействие со стороны геополитических, исторических факторов и радикальных преобразований, происходящих в нем сего­дня. Она внутренне не просто дифференцирована, но даже расколота на противостоящие, конфронтирующие образования. Такая расколотость, внутренняя противоречивость политической культуры не может быть основой стабильного развития общества и государства. Свое предназначение в качестве инструмента консолидации общества и его переустройства политическая культура может выполнить лишь при условии преодоления конфронтации различных в ней направлений, взаимодействия их на основе некой общей объединяющей националь­ной идеи. В сложившихся условиях актуальной задачей, стоящей пе­ред политической и интеллектуальной элитой российского общества, является формирование национальной идеи, государственной идеоло­гии, ценностей и норм, которые могли бы объединить общество, пре­одолеть его раскол.