Удержание

В то время как описанные нами формы активности в целом помогают клиентам установить более полный контакт с ак­туальным прочувствованным ощущением, время от времени клиенты переживают состояние подавленности своими пере­живаниями (Cornell, 1991). Они могут чувствовать, что не способны обратиться к своей проблеме вообще и в то же время ощущать свою оторванность от других областей жизни.

В этом случае рекомендуются такие методы работы, которые перемещают возникший внутри клиента образ во внешнее пространство. Это дает человеку возможность рассмотреть столь потрясшие его переживания или чувства с безопасного расстояния и во всей их полноте. Он может увидеть внутренние взаимоотношения между элементами своих переживаний и связать их между собой.

Вынесение вовне образного мира клиента может быть достигнуто с помощью работы воображения, при этом кли­ент оказывается вне своих представлений, смотрит на них со стороны как наблюдатель на сцену; этот процесс сродни просмотру художественного фильма. Чаще всего это дости­гается с помощью художественных средств самовыражения.

Ощущение удержания, достигающееся посредством рисования, может обеспечить мощную экспрессию пережи­ваний, которые в противном случае могли бы подавить кли­ента. Рисунки могут вобрать в себя эту силу и мощь. Джой Шаверин (Schaverien, 1992) рассматривает это свойство как форму переноса. Она описала также превращение экспрес­сивного рисунка в своего рода «козла отпущения», позво­ляющего оградить клиента от тех негативных переживаний и чувств, которые этот рисунок выразил.

Примечательно, что некоторые клиенты намеренно унич­тожают свои рисунки в конце сессии, тогда как другие стре­мятся тем или иным образом сохранить их, либо забирая их с собой, либо даря их своему терапевту. Эта озабоченность высвечивает символическую природу рисунков как артефак­тов и контейнеров для значимых переживаний.

ПРОСТРАНСТВО И МУЛЬТИМЕДИЙНАЯ РАБОТА

При обсуждении интегративного подхода к мультимедийной работе особое внимание следует уделить пространству. Если подробнее рассмотреть пространственный аспект работы, становится ясно, что существуют три элемента терапевти­ческого отношения: терапевт, клиент и материал терапии, которые могут иметь различные положения в пространстве. Разные методы работы допускают различные внутренние отношения.

В терапевтической работе встречаются все три основные пространственные комбинации. Первая, основная позиция, в которой клиент исследует материал внутри себя, типична для фокусирования и телесно-ориентированных форм тера­пии. В этом случае терапевт находится вне материала, а кли­ент — внутри него или, как минимум, удерживает его в той или иной части своего тела.

Источником материала в этом случае являются телесные ощущения. Образ развивается, как может показаться клие­нту, либо внутри, либо вокруг его тела. Точка, из которой воспринимается этот материал, остается точкой восприятия клиента, а не фиксируется в каком-то месте психотерапевти­ческого кабинета. Такое переживание может быть очень мощным, приближающим инсайт и катарсис. Оно может вызывать также ощущение подавленности, и у клиента возникает ощущение, что он находится наедине с собой. Терапевт является лишь наблюдателем и комментатором.

Вторая позиция заключается в том, что клиент выносит материал вовне, локализует его в пределах терапевтического кабинета, имеющего пространственные границы. Эта позиция характерна для работы, основанной на принципах экс­прессивной терапии, гештальттерапии или психодрамы. В этом случае и терапевт, и клиент находятся внутри тера­певтического материала, но, поскольку материал получает пространственное, отдельное от клиента существование, то терапевт и клиент могут перемещаться в самом этом материале и даже выходить за его пределы. Такое перемеще­ние позволяет рассматривать материал с различных точек зрения. При этом клиент способен глубоко исследовать какую-то одну область без ощущения необходимости обра­щения к другим областям.

Примером может служить ситуация, когда клиент осо­знает свое неоднозначное отношение к другому человеку. Такой клиент может воспользоваться двумя стульями, чтобы представить противоречивые стороны, которые он видит в другом человеке: «Это моя мать, которую я воспринимал как любящую, а это — та, которая, как я чувствовал, игнори­ровала меня, когда я был ребенком». Помещая эти аспекты восприятия в разные точки пространства, клиент получает тем самым возможность продвинуться дальше и исследовать чувства, связанные с каждым из них, зная при этом, что дру­гие чувства не будут утрачены и что их можно будет вернуть в любой момент. Клиент может выбрать для рассмотрения этих сторон любую другую позицию — конфронтационную, взгляд со стороны или изнутри, позицию отстраненного внешнего наблюдателя, позицию другого члена семьи или даже позицию одной из сторон того же человека: «Что испы­тывает любящая мать в отношении игнорирующей матери?»

В третьей позиции, как это бывает при рисовании или в других формах работы, связанных с изобразительным искусством, материал помещается вне клиента, изображается на бумаге или выражается в каком-то другом пред­мете. В этом случае и терапевт, и клиент могут наблюдать этот материал, держать его в руках, вступать с ним в диалог, при этом не входя в него. Материал удерживается. Качество удержания может иметь значительный терапевтический эф­фект. Материал, который был внутренним, являлся частью Я, становится внешним, оказывается объектом. Новая лока­лизация материала задает новые способы его восприятия.

В моей недавней психотерапевтической работе один из клиентов описывал чувство тяжести в груди. Он никак не мог понять, что представляет собой эта тяжесть, и чувствовал себя подавленным ею каждый раз, когда пытался войти с ней в бо­лее плотный контакт. Когда же я предложила ему что-нибудь нарисовать, чтобы исследовать это переживание, он изобразил большой черный объект, плавающий в зеленом море. Этот рисунок оставался в центре нашего внимания до конца сес­сии. Рассматривая нарисованный им объект, его размеры и окружающее пространство, клиент в некоторой степени избавлялся от страха, который подавлял его каждый раз, когда мы пытались его исследовать. Таким образом мы выяви­ли горе, заключающееся в этом страхе, и переживание изоля­ции от других людей, которое этот страх окружало.

Это третья позиция важна также потому, что дает воз­можность взглянуть на проблему как бы «сверху». Одна моя клиентка, которая в течение нескольких сессий рассказывала о различных событиях своей жизни, стала рисовать, чтобы схематично изобразить свою жизнь от рождения до настоя­щего момента. Выделение отдельных событий на листе выявляло новые связи между ними. Клиентка стала более полно осознавать не только повторяющиеся модели утрат, проис­ходивших в ее жизни, но и важность ее отношений с другими людьми, которые возникали время от времени и отвлекали ее от той боли, которую ей приходилось носить в себе.

Итак, различные пространственные комбинации дают воз­можность совершенно по-разному переживать материал, который анализируется в ходе терапии. В мультимедийной работе терапевт и клиент могут использовать разнообразные средства для того, чтобы исследовать различные фрагменты одного и того же материала. Использование разных способов работы в каком-то смысле подобно применению объектива в фотоаппарате, позволяющего делать снимки в широком диа­пазоне — от панорамных изображений до предельно крупных планов. В какой-то момент клиенту необходимо расширить поле своего зрения, а в другие моменты он может испытывать потребность взглянуть на что-то с мгновенным предельным увеличением. Возможность такого многофокусного видения обеспечивают клиенту различные способы работы.

Однако, выходя за пределы этой аналогии, следует отме­тить, что различные способы работы предоставляют и другие возможности, поскольку клиент может выбрать не только рассмотрение материала, но и вхождение в него, продви­жение в нем, что обогащает его множеством различных перспектив. Мы можем оставаться в привычной для нас позиции или же сменить ее и посмотреть на мир с позиции нашего партнера или нашей матери, или нашего ребенка.

Еще один важный пространственный аспект, который важен в работе терапевта, состоит в том, что вынесение мате­риала вовне порождает новый способ взаимоотношений между терапевтом и клиентом. По мере того как материал клиента, исследуемый в ходе сессий, становится все более ощутимым, терапевт и клиент могут почувствовать свою общность, возникающую в результате такого совместного путешествия-исследования. Они могут вместе наблюдать терапевтический материал с некоторого расстояния или же могут войти в различные фрагменты этого материала. Их отношение перерастает в партнерство. Традиционно тера­певты и клиенты располагаются друг напротив друга. В муль­тимедийной работе терапевт и клиент обычно садятся рядом друг с другом. Такие переживания «бок о бок», ощущаются на более глубоком уровне. Сессии в буквальном смысле ста­новятся совместным исследованием переживаний клиента.