Глава 2. Правовая природа Европейского Союза 53

право искать защиты и отвечать по суду. Обращает на себя внимание, однако, постановка вопроса о том, что объединение обладает такими правами в максимально широком и полном объеме на территории всех государств-членов. Это особенно важно, если соотнести данное положение с постановлениями Соглашения об иммунитетах и привилегиях Сообществ, а затем и Союза на территории государств-членов. Обладание такими иммунитетами и привилегиями сближает статус юридического лица Сообществ со статусом юридического лица, которым обладают непосредственно государства-члены.

В-третьих, особо важное значение имеет содержащееся в данной статье уточнение, согласно которому права, проистекающие из статуса юридического лица, осуществляются институтами объединения. На практике таким институтом в период существования ЕОУС являлся Высший руководящий орган, а с созданием Сообществ такого рода полномочия перешли в основном к ЕК. В связи с этим следует обратить внимание на то обстоятельство, что службами, подчиненными Комиссии, и самой Комиссией заключаются многообразные по своей природе частноправовые контракты, осуществляемые в пределах полномочий Сообществ, ответственность по которым несет Сообщество в лице Комиссии. Ответственность по контрактным обязательствам не следует смешивать с ответственностью политико-правового характера. Действие или бездействие институтов Европейских Сообществ по выполнению задач, предусмотренных учредительными договорами, могут быть оспорены путем применения особой системы исков в рамках ЕС, главными из которых являются иски о неисполнении обязательств, иски о бездействии и иски об аннулировании. Ответственность по такого рода искам, рассматриваемым судебными органами ЕС, несут те институты, которые ответственны за такого рода действия (бездействие) или акты. В тех случаях, когда какой-либо акт исходит одновременно от двух институтов, например совместный регламент Совета и Парламента, иск может вчиняться каждому из этих институтов.

Вопрос о трактовке прав и полномочий, проистекающих из статуса юридического лица во внутреннем праве, не вызвал особых споров или возражений. Несколько сложнее обстояло дело с определением международной правосубъектности Европейских Сообществ. Непосредственно в самих учредительных договорах весьма лаконично трактуется вопрос о праве Сооб-

54 Часть 1. Европейское право: содержание, природа и особенности

ществ заключать отдельные виды международных соглашений. На этом основании была высказана и поддержана рядом государств-членов точка зрения, согласно которой Сообщества обладают ограниченной международной правосубъектностью. Соответственно, они могут заключать соглашения с третьими государствами или международными организациями только в том случае, если это прямо предусмотрено учредительным актом, например при осуществлении общей торговой политики или образовании ассоциаций. Такой подход серьезно ограничивал правосубъектность Сообществ и вызвал возражения со стороны Комиссии и других институтов. Своего рода арбитром в этом споре выступил Суд Европейских Сообществ. Он сформулировал в своих решениях концепцию параллельных внешнеполитических полномочий. Согласно этой концепции если одной из главных задач Европейских Сообществ является построение общего рынка, то институты Сообщества должны обладать всеми полномочиями, которые необходимы для решения этой задачи. Следовательно, во всех тех случаях, когда институты Сообществ наделяются внутренними полномочиями для достижения поставленных целей, они должны обладать аналогичными по своему характеру полномочиями и в области внешних связей.

В отличие от Европейских Сообществ ЕС формально статусом юридического лица не был наделен. Одна из главных причин сложившейся ситуации в том, что круг ведения ЕС охватывает особо важные и чувствительные для национальных государств сферы. Это вопросы внешней политики и сотрудничества в области юстиции и внутренних дел. Несколько государств высказали опасение, что наделение ЕС статусом юридического лица резко расширит полномочия Союза в этих областях и позволит практически распространить на них юрисдикцию Суда ЕС. И это в то время, когда формально сфера общественных отношений, относимая ко второй и третьей опорам (за некоторыми исключениями), под юрисдикцию Суда ЕС не подпадала.

Сложилась несколько парадоксальная и своеобразная ситуация, поскольку в ряде случаев переговоры велась практически от имени ЕС. Например, расширение имеет место в рамках ЕС, принципиальные решения принимаются Европейским советом, однако формально-юридически ЕС стороной в этих соглаше-