4. Россия – отдельный культурный и исторический мир. Особенности хозяйственной системы. Пути реформирования

Автор заимствует первую часть названия параграфа у И. Д Афанасенко (см. подробнее: Афанасенко И. Д. Экономика и духовная программа России. – ООО «Издательство «Третье тысячелетие», 2001). Справедливо заключение И. Д. Афанасенко такого рода: «Только сейчас мы выходим на понимание того, что неудачи неоднократных попыток реформировать экономическую и социальную жизнь России, используяв качестве образца западноевропейские модели, во многом объясняются игнорированием особенностей Русской цивилизации, некритическим восприятием «евроцентризма», относящего народы России к «неисторическим». К России применимо определение «отдельный культурный и исторический мир», накладывающее отпечаток и на тип хозяйственной системы.

Далеко не все исследователи согласны с такой трактовкой нашей цивилизации и экономики. О. Ю. Мамедов, автор интересной работы «Смешанная экономика. Двухсекторная модель» (М., 2001 г.), утверждает: «…пустопорожние споры об уникальности российской экономики продолжаются уже третье столетие (и конца им не видно). А ведь встречаясь со сторонниками «уникальности» российской экономики, знакомясь с их беспомощными аргументами, понимаешь – полемизировать бесполезно, ибо их позиция продиктована соображениями выгодности» (с. 191).

Утверждение о беспомощности аргументов оппонентов и мотивах выгодности бездоказательны. По нашему мнению, обе «полярные» точки зрения уводят от истины. Формы организации хозяйственной жизни несут признаки национальной культуры, опосредуются культурными традициями. На экономическое развитие влияет и пассионарность. Н. П. Огарёв, русский историк и общественный деятель XIX в. сделал исторически подтверждённый вывод: частная поземельная собственность – явление особенное, специфическое, не типичное; её появление в Западной Европе вызвано военным захватом общинных земель, причинами не экономического характера.

Иначе было на Руси. Прав И. Д. Афанасенко, утверждая: «Мирное заселение племенами восточных славян обширных территорий стало тем определяющим условием, которое повернуло развитие русского государства в иное, нежели страны Западной Европы, направление». При этом различия сложились в самом существенном, главном: в отношениях поземельной собственности и формах организации хозяйственной жизни, способе формирования русской нации и в сущности государственного строительства.

Исторический факт, что институт частной собственности и рынок на Руси и в России не играли той роли, которую они играли в Западной Европе. Меньше ста лет назад и до победы большевиков наш великий писатель-гуманист Л. Н. Толстой в полемике с реформатором П. А. Столыпиным писал: «Несправедливость состоит в том, что как не может существовать права одного человека владеть другим (рабство), так не может существовать права одного, какого бы то ни было человека, богатого или бедного, царя или крестьянина, владеть землёю как собственностью». П. А. Столыпин возражает: «…Вы считаете злом то, что я считаю для России благом. Мне кажется, что отсутствие собственности на землю у крестьян создаёт всё наше неустройство».

Следовательно, ещё 97 лет назад ясности с приватизацией не было, но проблема собственности умами завладела. Исторически обусловленная долгая неразвитость в России института частной собственности тормозила и развитие рынка. Хотя торможение рынка вызывалось и целым рядом других факторов.

Роль русского государства в экономике в силу ряда объективных причин всегда была высокой. Возникновение княжеской государственной власти и создание исполнительной её силы, военной княжеской дружины, создавали между властью и населением «даннические» отношения – прообраз будущей налоговой системы.

В нашей стране в силу ряда исторических причин никогда не было рабства, но имели место элементы «азиатского» способа производства. Очень долго Россия была преимущественно аграрной страной, а преобладающая часть пашни находилась и находится в зоне рискованного земледелия и суровых природно-климатических условий. До 40 – 50 процентов крестьян России были казёнными, то есть государственными, и хозяйство они вели на государственной земле. Так было не только при Петре I, но и в начале ХХ века. Сто лет назад мы находим государственных крестьян не только в Сибири и Архангельской губернии, но и в Украинском полесье.

Суровые природно-климатические условия оказывают отрицательное влияние не только на эффективность аграрного производства, но и на освоение природных ресурсов, строительство железных дорог, развитие горнодобывающей и тесно связанной с ней тяжёлой промышленности. В этом же направлении часто действовал и продолжает действовать территориальный фактор. Стоимость многочисленных товаров, в том числе потребительского назначения, в Северных районах страны определяется прежде всего расходами на транспортировку.

В России государство никогда не выполняло скромную роль «ночного сторожа». Такая образность не для нашей страны.

Государственная политика Петра I поощряла развитие торговли и промышленности. В целом эта линия государственной деятельности выдерживалась и позднее. Со времён Петра I активно проводилась в жизнь политика меркантилизма. В то время такая политика была прогрессивной и отвечала потребностям страны. При Петре I и позднее весьма активной была фискальная политика государства, служившая целям милитаризации экономики. В условиях милитаризации развитие рынка тормозится, а государственный заказ (приказ) выходит на первый план. Вынужденная милитаризация экономики ожидала Россию и позднее.

Наша страна в силу исторической обусловленности вынуждена была догонять агрессивный Запад в военной области. В конце XIX в. Запад не принял мирные инициативы российского императора Николая II, направленные на всеобщее разоружение. Советской цивилизации история уготовила также судьбу догоняющей. Не втретил понимания на Западе ленинский Декрет о мире; в 30-е годы ХХ века Запад противодействовал СССР в политике создания системы коллективной безопасности в Европе. Неисчислимые бедствия принесла Великая Отечественная война. Сразу после войны пришлось создавать атомную бомбу, которой США обладали уже в 1945 году и использовали в Японии с трагическими последствиями. Затем адекватной реакции требовала политика холодной войны.

Груз военных расходов препятствовал нормальному развитию гражданского сектора экономики. Он оказал отрицательное влияние на развитие товарно-денежных отношений и зрелого рынка. Хозяйственная система СССР не только продукт ценностей советского периода, но и отражение объективных процессов мирового порядка.

Долго наша экономика подпадала под понятие мобилизационной модели с командной системой управления. Первые попытки скорректировать экономическую политику в направлении либерализации были предприняты во время хрущёвской оттепели (1953 – 1964 г.г.). Было повышено внимание к сельскому хозяйству и группе «Б» в промышленности. Они впервые получили импульс для развития как приоритетная сфера. Осуществлено резкое наращивание жилищного строительства.

В конце 50-х годов ХХ в. недостатки централизованной системы управления народным хозяйством с промышленными министерствами в качестве штабов управления отраслями поняты. Развитие получает территориальная система управления. В 60-е годы в ходе косыгинской реформы наблюдается оживление товарно-денежных отношений. Рынок делает робкий шаг вперёд, но пока врамках централизованного руководства экономикой.

Предприятия как первичные звенья хозяйствования получают некоторые права в области ценообразования, использования прибыли для целей собственного социально-экономического развития. В 1987 г. вступает в силу Закон о государственном предприятии (объединении), формально наделивший предприятия правом самостоятельного планирования.

Но попытки реформирования экономики не остановили кризисных процессов. Росла инфляция, запущенным оказался процесс ценообразования. Зрело убеждение, что неудачи реформ проистекают из недостатков советской модели хозяйствования, административно-командной в своей основе.

В этой сложной обстановке во второй половине 1989 года рождается вариант экономической реформы правительства Н. И. Рыжкова – Л. И. Абалкина. Правительственная комиссия под руководством Л. И. Абалкина рекомендовала «радикально-умеренный» вариант реформы экономики, предусматривающий переход к рыночному механизму при сохранении регулирующей роли государства и социальной направленности экономического развития.

Принятый вариант опирался на основные положения реформы 1987 года, т. е. характеризовался преемственностью. В концепцию реформы закладывался принцип равноправия различных форм собственности – государственной, кооперативной, акционерной, собственности граждан, в том числе крестьянской трудовой, смешанной, иностранной. Имелось в виду, что в середине 90-х годов под прямым государственным управлением останутся только 30 процентов общей стоимости основных фондов.

Важной составной частью программы Комиссии Л.И. Абалкина была ценовая стратегия, рассчитанная на «мягкий» переход к рынку. В этих целях предусматривалось использование цен трех видов: твердых (государственных), регулируемых и свободных. Удельный вес продукции, реализуемой по свободным ценам, планировалось увеличить с 27,8% в 1989 году до 65% в 1995 году. Поэтапность программы либерализации экономики свидетельствовала о стремлении придать ей реалистичность, избежать авантюрных, изматывающих экономику скачков.

На дальнейший ход рыночных реформ решающее влияние оказал приход к власти в России радикал - либералов. На свет появляется программа «500 дней» – прообраз будущей «шоковой терапии» Е.Т. Гайдара. В центре внимания разовое высвобождение цен на подавляющую массу продукции, приватизация государственной собственности, снижение роли государственного регулирования экономики и переход преимущественно к монетаристским методам.

Радикализм своей программы команда Е.Т. Гайдара объясняет сложной обстановкой в стране, усугубившейся распадом Советского Союза.

Плохи первые итоги «шоковой терапии». Прежде всего их необходимо признать. Трудно ответить на вопрос: в какой мере глубокий и затяжной кризис привнесен содержанием реформы, а в какой он был неизбежен и связан с группой ошибок, допущенных до 90-х годов. Во всяком случае требуется всесторонний добросовестный анализ ситуации без попыток приукрасить действительность. Об этом приходится говорить, так как, наблюдаются попытки изучения динамики макроэкономических показателей, начиная с 1996 года, нижней точки падения. Логично базисным считать 1990 год, предшествующий началу реформ.

Среднегодовые темпы прироста ВВП в России в 1991 – 2000 гг. составили минус 4,5%, во всем мире – плюс 3%, в развитых странах Запада – плюс 2,2%, в том числе в США – плюс 3%, в Китае – плюс 10%.

Важным индикатором результатов макроэкономического развития являются показатели развития железнодорожного транспорта. В России они адекватно отражают положение дел в сфере материального производства, тенденцию в доходах граждан. Приведем соответствующие данные за 1990 – 2000 гг. (см. табл. 4.1.).

Табличные данные отражают картину беспрецедентного за столь короткое время кризиса. Объем перевозимых грузов снизился более чем в два раза. Ясно, что это связано со спадом промышленного и сельскохозяйственного производства – основных заказчиков услуг железнодорожного транспорта.

В специальной литературе высказываются разные мнения по поводу недостатков программы «шоковой терапии». Остановимся на наиболее интересных. По мнению В.М. Козырева, все неудачи экономических реформ в России в 90-е годы двадцатого столетия проистекали как раз из того, что была предпринята неистовая попытка бездумного заимствования западного, и прежде всего американского, либерализма при полном и откровенном игнорировании и даже третировании российских национальных традиций. Важная мысль. Исторические и иные условия развития страны недопустимо игнорировать. Вспомним в этой связи предупреждение нашего выдающегося историка Л.Н. Гумилева: «Механический перенос в условия России западноевропейских традиций поведения дал мало хорошего, и это неудивительно. Ведь российский суперэтнос возник на 500 лет позже… Наш возраст, наш уровень пассионарности предполагают совсем иные императивы поведения».

Таблица 4.1.

Основные показатели работы железнодорожного транспорта

	1990	1992	1994	1996	1998	2000	2000 г. в % к 1990 году.
Перевезено пассажиров, млн. человек	3143	2372	2062	1663	1471	1419	45,1
Перевезено грузов, млн. тонн	2140	1640	1058	911	835	1047	48,9
Железнодорожные пути, тыс. км	87	87	87	87	86	86	98,9
Пассажирооборот, млрд. пассажиро-километров	274,4	252,2	227,1	181,2	152,9	167,1	60,9

По нашему мнению, глубокий анализ причин неудач дает В.А. Медведев: «… коренной порок шокового варианта рыночных реформ, примененного в России, состоял в абсолютизации денежно-финансовой политики, направленной на преодоление инфляции, и достижение рыночного равновесия любым путем, не считаясь с состоянием реального сектора экономики и уровнем доходов населения. Замысел состоял в том, чтобы путем общей и одноразовой либерализации цен ликвидировать денежный навес в виде сбережений населения и средств предприятия, а затем путем резкого сокращения бюджетных расходов, максимально жесткой денежно-кредитной политики, открытия границ внутреннего рынка и введения внутренней обратимости рубля добиться рыночного равновесия и сбить инфляцию».

Реальный сектор экономики был предоставлен самому себе. Производственная и финансово-кредитная сфера находятся в сложном взаимодействии и взаимообусловленности. Финансы – зеркало экономики, именно зеркало, а не сама экономика. Производство определяет состояние финансов и требует определенного состояния денежного обращения. Влияние экономики на финансы первично, хотя экономика испытывает и сильное обратное влияние.

В России в начале 90-х годов свирепствовала инфляция спроса. Совокупный спрос был больше совокупного предложения. Ликвидировать разрыв в краткосрочном периоде было невозможно, так как предприятия реального сектора функционировали при высокой загрузке производственных мощностей. В этих условиях либерализация цен, по замыслу реформаторов, устранила бы избыточный спрос, лишний денежный «навес» в экономике, приведя ее к равновесному состоянию.

Повышение цен в ходе их либерализации представлялось неизбежным, но кратковременным. Уровень цен зависит от платежеспособного спроса граждан и бизнеса, а спрос объективен и известен.

Следует согласиться с нашими реформаторами в том, что одномоментная либерализация цен в обстановке начала 90-х годов не имела альтернативы. Но ставка напрасно делалась на быструю стабилизацию цен по условиям платежеспособного спроса. В действие пришла известная спираль «цены – заработная плата». Обязательная индексация зарплаты приводила к очередному росту издержек и цен. Взаимозависимость цен и заработной платы снова и снова провоцировала инфляцию. Противовесом могла бы стать налоговая система. Однако вступившие в силу одновременно с либерализацией цен основы налоговой системы России не были отмечены принципом историзма. По признанию Е.Т. Гайдара налоговая система России напоминает соответствующие системы Франции и Италии. Подражательность явно неуместная, игнорировавшая специфику момента в России.

Поспешно был проведен первый этап приватизации собственности. Возникает вопрос: созидательна ли такая поспешность? Производственная мощность предприятий любой формы собственности – это объективная инженерная категория. Сколько-нибудь значительных резервов повышения загрузки производственных мощностей государственные предприятия не имели. При гиперинфляции нельзя было рассчитывать на инвестиционную активность приватизированных предприятий. Они остаются плохими инвесторами до сих пор. Из России ежегодно вывозятся 20 – 25 млрд. долларов, а собственные основные фонды стареют. Быстрая либерализация внешнеэкономической деятельности усугубила положение.

Реформаторы спешили и первый этап приватизации во времени практически соединили с либерализацией цен, внешнеэкономической деятельностью и ликвидацией директивного планирования. Ставка делалась на частную собственность со свойственными ей дополнительными материальными стимулами и конкуренцией.

В ходе реформ вкладчики сберегательного банка и кредиторы Госстраха автоматически не получили своего реального пая в государственной собственности. Почему? Именно с их помощью осуществлялось воспроизводство основных фондов, и вопрос встает с необходимостью. Маневры реформаторов с ваучерами сопровождались по существу конфискацией трудовых сбережений россиян, чему нет оправданий.

После приватизации значительно упал уровень жизни россиян. Не впервые нашему народу приходится «затягивать пояса». Но на сей раз ради какой достойной цели? Ситуация сложна, так как необходимо увеличивать и фонд потребления и фонд накопления. Износ основных фондов в народном хозяйстве приобрел катастрофические размеры (см. табл. 4.2.).

Таблица 4.2.

Степень износа основных фондов по отраслям промышленности, %.

	1970	1980	1990	1995	1998	1999	2000
Промышленность - всего	25,7	36,2	46,4	48,5	52,9	51,9	51,3
Электроэнергетика	23,2	31,6	40,6	45,7	49,4	50,4	51,6
Топливная промышленность	34,7	43,4	46,7	51,2	54,7	52,6	50,2
Черная металлургия	25,8	38,0	50,1	46,9	53,1	53,0	53,5
Цветная металлургия	29,9	37,8	46,9	47,5	52,0	49,1	44,5
Химическая промышленность	22,1	35,8	56,3	57,6	62,6	60,9	60,2
Машиностроение	25,3	34,4	47,5	47,4	53,2	53,3	55,3
Лесная, деревообрабатывающая, целлюлозно-бумажная промышленность	29,3	38,5	48,3	50,2	55,2	51,6	48,7
Промышленность строительных материалов	24,7	34,5	42,1	46,5	53,6	54,2	53,7
Легкая промышленность	25,1	32,8	40,2	47,7	54,9	55,7	54,2
Пищевая промышленность	25,7	38,9	40,7	42,8	44,5	39,9	38,3

Источник: Данные Госкомстата РФ

Коэффициент износа основных фондов быстро нарастает в динамике и в большинстве отраслей промышленности превышает 50 процентов.

Экономическое оживление в последние годы не улучшило ситуации в воспроизводственной сфере (см. табл. 4.3.).

Таблица 4.3.

Степень износа основных фондов по отраслям экономики в 2002 г., %

	Все основные фонды	Здания, сооружения и передаточные устройства			Машины и оборудование	Транспортные средства
		Всего	Здания	Сооружения
Промышленность	52,9	47,5	32,7	55,5	61,9	49,4
Сельское хозяйство	50,4	50,0	47,3	55,0	62,1	63,2
Строительство	43,9	35,9	33,7	41,1	50,5	50,7
Транспорт	54,1	49,7	40,3	58,8	54,3	64,3
Торговля	28,9	28,9	29,2	26,9	29,0	30,5

Источник: Данные Госкомстата РФ.

В ведущих отраслях народного хозяйства – промышленности и сельского хозяйства – износ машин и оборудования (активной части основных фондов) превышает 60 процентов; на транспорте он приближается к 55 процентам.

Совершенно неудовлетворительна возрастная структура производственного оборудования в промышленности. В 2000 году 38,2 процентов оборудования имело возраст более 20 лет и только 4,7 процента оборудования имело возраст в пределах 5 лет.

Массовое преобразование государственных предприятий в акционерные общества не только не способствовало инвестиционной активности, а напротив, привело к инвестиционному кризису.

Бесплатная ваучерная приватизация, по оценке Дж. Сороса, привела к откровенному разграблению государственной собственности. Примерно четверть ваучеров была скуплена за бесценок у низко- и среднеоплачиваемых слоев населения «новыми русскими», превращена ими в акции и использована для отмывания теневых и мафиозных капиталов. Примерно пятая часть акций трудовых коллективов приобретена руководителями.

Если согласиться с тем, что государственная собственность в СССР не была народной, то и в ходе приватизации народная собственность не появилась. В начале 90-х годов изучался зарубежный опыт функционирования рабочей акционерной собственности. В рамках этой разновидности акционирования весь пакет акций АО принадлежит трудовому коллективу с ограничением индивидуального пакета акций обычно в размере 5 процентов. Рабочая акционерная собственность способна интегрировать достоинства процесса акционирования с достоинствами кооперации, с давних пор близкой россиянам. Почему-то дальше изучения опыта США дело не пошло. Как можно было разочароваться в организационно-правовой форме предпринимательства, не получив собственного опыта? Истина видимо в том, что реформаторы и не планировали превратить широкие массы россиян в собственников.

Подводя итог, следует согласиться с В.А. Медведевым. Цели радикально-либеральной гайдаро-ельцинской экономической политики России определили характер приватизации. В ней возобладали задачи демонтажа и дележа государственной собственности, а главная проблема – повышение эффективности производства – отодвинута на задний план.

Россия получила модель смешанной экономики с демонстративно высокой ролью незрелого рынка при малой роли государства. Перед страной стоит ответственная задача по удвоению валового национального продукта и по борьбе с бедностью. Для её решения необходимо, по нашему мнению, восстановить роль государства в инвестиционной сфере, не создавая вместе с тем помех развитию конкурентного рынка. При той модели экономики, к которой наше руководство стремится, исключительно важное значение имеет фискальная политика, причём своя, не заимствованная, в полной мере учитывающая специфику момента в России.

Налоговая политика как часть фискальной политики призвана стимулировать инвестиционную активность, повышение эффективности производства, процесс оптимизации межотраслевых пропорций, развитие малого бизнеса, лизинга и аренды.

Бюджетная политика должна обеспечить приоритет социальных задач, прогрессивный перелив капитала между отраслями и регионами, полную занятость за счёт государственного заказа на трудоёмкие виды деятельности.