Глава 2. Правовые проблемы возмещения убытков

§ 1. Основания и условия ответственности в виде возмещения убытков 97

в момент заключения договора и риск наступления которого она мог­ла бы покрыть страхованием¹.

Критерий предвидимости убытков нашел признание в междуна­родном торговом обороте. Его применение предусматривает ст. 74 Вен­ской конвенции, а также ст. 7.4.4 Принципов УНИДРУА. Это с оче­видностью свидетельствует об авторитете и высокой значимости пра­вового принципа предвидимости убытков. В то же время отсюда не следует вывод об абсолютной применимости данного принципа. Про­веденное исследование показывает, что для российской правовой тра­диции, сформировавшейся большей частью в советский период, при решении вопросов ответственности характерно выявление объектив­ной причинной связи между неправомерным действием и неблагопри­ятным имущественным результатом. Если в зарубежном праве и пра­ве международного торгового оборота критерий предвидимости убыт­ков весьма эффективно заменяет и делает формальным установление причинной связи между нарушением договора и убытками, то в рос­сийском праве обоснование указанной причинной связи как условия ответственности само по себе не требует использования критерия пред­видимости. Дело в том, что доказанность того факта, что данное нару­шение договора с необходимостью повлекло убытки, выполняет ту же функцию ограничения предпринимательского риска неисправного дол­жника, что и обоснование предвидимости убытков при заключении договора. Последовательное применение рассмотренных выше отече­ственных концепций причинности позволяет четко ограничить размер убытков только теми имущественными потерями, которые возникли как неизбежный результат нарушения договора.

Тем не менее отдельные правоведы считают, что принцип предви­димости убытков должен применяться именно при установлении при­чинной связи как основания ответственности. Так, Г. Ф. Шершеневич считает, что "последствия незаконного действия, за которые действо­вавший отвечает, не могут идти дальше того, что можно было преду­смотреть в момент совершения действия на основании общежитейс­кого опыта среднему разумному человеку". Поэтому суд не должен предъявлять к человеку требования большей предусмотрительности, чем та, на которую рассчитывает закон, обращающийся со своими уг­розами к подчиненному ему населению². Свои выводы Г. Ф. Шерше­невич мотивирует тем, что ответственность является правовым послед­ствием, а поэтому основание ее, т. е. причинную связь, нельзя искать

там, где невозможно правовое воздействие, поскольку за пределами правовой досягаемости причинная связь для юриста бесцельна.

По сути у Г. Ф. Шершеневича предвидимость выступает как кри­терий искусственного ограничения определенного круга явлений из числа всех известных, т. е. критерием причинности в его понимании. На наш взгляд, применение не субъективных, а объективных крите­риев в данном контексте способно дать более достоверные результа­ты. На первый план должно выйти исследование внутренних необхо­димых связей между явлениями в рамках ситуации, сложившейся в ходе нарушения договора.

Вслед за Г. Ф. Шершеневичем В. В. Витрянский называет предви­димость последствий нарушения важнейшим аспектом понятия при­чинной связи¹. Он также видит назначение предвидимости в опреде­лении границ тех последствий, на которые распространяется ответ­ственность лица, допустившего нарушение. При этом В. В. Витрянс­кий дает довольно абстрактное определение предвидимости как сте­пени предвидения последствий неправомерного поведения, из которой исходит закон, устанавливая ответственность за конкретное правона­рушение. Обращает на себя внимание то, что вопрос об определении степени предвидения закона остается открытым.

Позиция В. В. Витрянского представляется также спорной, посколь­ку лишено смысла применение абстрактных критериев причинной свя­зи, совершенно не разработанных судебной практикой, при наличии конкретных признаков причинной связи и способов и приемов ее до­казывания.

На основе анализа приведенных выше концепций причинности, а также примеров из судебной практики можно сформулировать три ос­новополагающих признака причинной связи, отвечающих практи­ческим потребностям применения ответственности в виде возмеще­ния убытков:

1) нарушение должником обязательств должно по времени пред­шествовать факту возникновения убытков у кредитора, иначе убыт­ки не могут возмещаться (в философии это называется однонаправ­ленностью причинного отношения или временной ассиметрией). В подтверждение можно привести постановление Президиума ВАС № 7465/95 от 2 апреля 1996 г. ТОО "Фирма "Орфей" обратилась к КБ "Агропромбанк" с иском о взыскании убытков и пени за несвоевре­менное исполнение платежного поручения². Как следует из материа­лов дела, товарищество представило в банк поручение на перечисле-

¹ Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА / Под ред. А. С. Комарова. М: МЦФЭР, 1996. С. 230—231.

² Шершеневич Г. Ф. Указ. соч. С. 268.

¹ Брагинский М. И., Витрянский В. В. Указ. соч. С. 580.

² Вестник ВАС РФ. 1996. № 8.

4 - 289

98