Смыслообразующий потенциал фонетических средств художественной выразительности в суевериях и приметах английской и русской лингвокультур

Построение смыслов, усматриваемых человеком в тексте, осуществляется на основе средств текстопостроения и смыслообразования: фонетических, тропеических, лексических, синтаксических и иных. По мнению Н.Ф. Крюковой [Крюкова 2000], основным организующим началом смыслопостроения в процессе рецепции текста служит метафоризация.

Будучи наиболее типичной и самой распространённой фигурой речи, метафора легче других фигур пробуждает рефлексию. При этом свойством пробуждения рефлексии обладает не только метафора, а все текстовые средства непрямой номинации, рассматриваемые в свете герменевтического подхода как различные версии единого метафорического прототипа и объединяемые понятием метафоризации [Крюкова 2000]. Таким образом, метафоризация включает в себя все тропеические, фонетические, лексические, синтаксические и другие формальные средства пробуждения рефлексии. Возможность отнесения перечисленных средств непрямой номинации к феномену метафоризации С.Л. Ерилова объясняет тем, что они затрагивают те же аспекты процессов понимания, связанные с осуществлением серии рефлективных переходов для восстановления значений, смыслов и всей ситуации создания текста продуцентом, а следовательно, обладают равным с метафорой потенциалом смыслоконструирования [Ерилова 2003: 22].

Представляя собой транслируемые культурной традицией вербализованные иррациональные компоненты обыденного сознания, в соответствии с которыми человек моделирует своё поведение, суеверия и приметы могут рассматриваться как фольклорные тексты, содержащие многие из вышеперечисленных средств художественной выразительности. Конечно, фонетические средства тексто- и смыслопостроения, такие как ритм и рифма, употребляются при построении текстов суеверий и примет реже, чем, например, метафора и символ. Однако нельзя не признать их эстетического значения, а также мнемонического эффекта, являющегося основой для запоминания фольклорного текста, а следовательно, трансляции его в национальной культурной традиции. Наряду с другими художественными средствами ритм и рифма служат цели организации текстовой формы суеверий и примет английской и русской лингвокультур, выделяют наиболее значимые, «ключевые» слова, пробуждая рефлексию, направленную на восстановление и создание смыслов. Как отмечает А.А. Петрова, рифма как прием является самым миниатюрным механизмом, задействующим как формальные, так и смысловые ресурсы фольклорного слова и текста. Само наличие рифмы в тексте во многом задает его семантику и общий тон, настроение дискурса. Рифмованный фольклорный текст непременно будет окрашен эмоционально (экспрессивно) и/или аналитически и/или пародийно-комически [Петрова 2006]. Примерами ритмически и семантически организующей роли рифмы могут служить следующие суеверия русской и английской лингвокультур: Собачий вой – на вечный покой; Зима без снегу – не быть хлебу; Два облака бежат – погоду ворожат; Зелена трава – недалече (не глубоко) вода; Через полено шагать – тяжело детей рожать; Икота одолевает – значит кто-то вспоминает; Во время еды читать – память свою заедать;If your ears burn, the sign is: “Left for love, and right for spite: Left or right, good at night”; Marry in May and rue the day; A Friday’s sail, Always fail; If you rock the cradle empty Then you shall have babies plenty; A lantern on the table Is death in the stable; Red sky at night, Sailor’s delight, Red sky at morning Sailor’s warning.

Следует отметить неточность русской фольклорной рифмы, характеризующейся, по мнению Д.С. Самойлова, явлениями усечения (когда одно слово отличается от другого количеством звуков): Увидел грача - весну встречай; замещения (в равном удалении на соответствующих местах двух рифмующихся слов расположены разные звуки): Кто ест скоро, тот работает споро; перемещения (два созвучных окончания состоят из одинаковых звуков, расположенных в разном порядке [Самойлов 1973: 36].

Зачастую при текстопострении примет используется синтаксический параллелизм, который приводит к параллелизму интонационному (совпадению количества ударных и безударных слогов в двух частях примет): Рябина гроздная – зима морозная; Много снега – много хлеба;

Смыслообразовательный потенциал фонетических средств непрямой номинации в русской и английской лингвокультурах представляется нам значительным. Ритм и рифма наряду с тропеическими, лексическими и стилистическими средствами художественной выразительности служат формированию метафорического значения отдельных сочетаний в текстах суеверий и примет и организации нескольких значений в единую смысловую структуру.

Список литературы

1. Даль, В. И. Пословицы и поговорки русского народа [Текст] / В.И. Даль: сборник. – М.: Государственное издательство художественной литературы, 1957. - 992с.

2. Ерилова, С. Л. Метафоризация как способ смыслопостроения в политическом дискурсе [Текст] / С.Л. Ерилова: Дис к. филол. н. Тверь, 2003.

3. Зимин, В.И. Пословицы и поговорки русского народа. Большой толковый словарь [Текст] / В.И. Зимин, А.С. Спирин. – Ростов н/Д: Феникс, Москва: Цитадель-трейд, 2005. – 544с.

4. Крюкова, Н.Ф. Метафорика и смысловая организация текста [Текст] / Н.Ф. Крюкова: монография. – Тверь: ТвГу, 2000. – 163 с.

5. Чёрный кот с пустым ведром. Народные приметы и суеверия [Текст] / Сост. Е.Г. Лебедева. – М.: ЗАО Центр-полиграф, 2007. – 543с.

6. Энциклопедия суеверий [Текст]. – М.: Локид, Миф, 1997. – 560с.

7. A Dictionary of Superstitions [Теxt] / Iona Opie & Moira Tatem. – Oxford University Press, 1996.

И.П.Черкасова

Армавир, Россия