2. Концепция г. Моргентау

Ганс Моргентау (1904—1979) — американский политолог, общепризнанный основатель и глава школы политического реализма, ведущий теоретик США по внешнеполитическим вопросам. Преподавал во многих университетах США, в том числе в Бруклинском университете, Университетах Канзас-сити, Чикаго, а также в Новой Школе Социальных Исследований. Возглавлял Центр по изучению американской внешней и военной политики в Чикаго.

Свою концепцию он изложил в работе «Политика наций. Борьба за власть и мир», впервые изданной в 1948 г. Названия большинства глав говорят сами за себя: «Ограничение международной власти : международная мораль и мировое общественное мнение» (гл. V), «Ограничение международной власти: международный закон» (гл. VI), «Проблема мира в середине XX столетия: мир посредством ограничения» (гл. VIII), «Проблема мира в середине XX столетия: мир посредством преобразований» (гл. IX), «Проблема мира в середине XX столетия: мир посредством аккомодации (т.е. соглашений, дипломатии)» (гл. Х) .

Г. Моргентау изначально отвергал «идеалистический» подход к объяснению процессов международных отношений. Отправная точка его рассуждений - категория национальной мощи. Проникнуть в суть проблем мира, считал Г. Моргентау, значит понять истинную природу взаимоотношений суверенных наций, основанных на проявлении национальной мощи. Отсюда для понимания его концепции ключевым является термин «power», который в одном случае означает власть, в другом - мощь, или силу. «Под понятием власть, пишет Г. Моргентау, мы имеем в виду власть человека над мыслями и поступками других людей, т.е. феномен, который обнаруживается всякий раз, когда человеческие существа вступает в социальный контакт друг с другом». Под термином «власть нации» он имеет в виду, прежде всего, «мощь или силу нации».

Несомненный вклад Г. Моргентау в теорию международной политики как «борьбы за власть» состоит в определении составляющих таких восьми элементов мощи, как география, природные ресурсы, промышленные мощности, военный потенциал, численность населения, национальный характер, моральный дух нации, качество дипломатии. Отсюда видно, что

понятие «мощи» у Г. Моргентау не ограничивается только численными показателями. Описывая первый - географический - элемент национальной мощи, Г. Моргентау раскрывал на примере России роль обширного пространства в войне, которое, с его точки зрения, являлось источником ее великой силы. Приводя пример влияния природных ресурсов на международную политику, Г. Моргентау цитирует высказывание французского премьер-министра Ж. Клемансо: «Одна капля нефти стоит одной капли крови наших солдат». Превращение нефти в необходимое сырье вызвало сдвиг в относительной мощи политически лидирующих наций, отмечает Г. Моргентау.

Он, рассуждая о «человеческих» элементах мощи, обращает внимание на то, что национальный характер весьма устойчив во времени: «те политические и военные пристрастия германских племен, о которых писал древнеримский историк Тацит, столь же характеризовали армию Ф. Барбароссы, сколь и войска Вильгельма II и Гитлера». Г. Моргентау подмечал соответствие национального характера особенностям государственного устройства и политики стран. Так, по его мнению, авторитаризм, коллективизм и преклонение перед государством в Германии отражались в традиции автократического правления. В отличие от национального характера национальная мораль, по Моргентау, больше выражает духовное состояние страны в определенный момент и в качестве элемента национальной мощи определяется как «степень решимости, с которым нации поддерживают внешнюю политику своих правительств в дни мира или войны».

Считая особо важным последний элемент национальной мощи – «качество дипломатии», он подчеркивал, что «успехи дипломатии в сохранении мира зависят, как мы видели, от необыкновенных моральных и интеллектуальных качеств, которыми должны располагать участвующие в этом процессе лидеры». В то же время Г. Могентау замечал, что дипломатический церемониал, идеология, политика престижа, включающая и попытки ввести в заблуждение относительно истинного состояния дел в стране и намерений, являются проявлением «борьбы за власть» между нациями. Значимость этих человеческих факторов, считает Г. Моргентау, варьируется во внешнеполитических арсеналах в зависимости от государственных устройств, идеологий, особенностей национальных культур и цивилизаций.

В конечном итоге, по его мнению, любые столкновения и взаимоотношения наций в международной политике приводят к «балансу сил» различной конфигурации, ограничивающему национальную мощь. Только «баланс сил» способен гарантировать «хрупкий мир в сообществе суверенных наций». Г. Моргентау пришел к выводу, что «настолько, насколько мы имеем дело с реальными симптомами, их разрешение предполагает существование интегрированного международного сообщества, которого сейчас нет». По его мнению, только тогда, когда нации откажутся от средств разрушения в пользу высшей национальной власти «Мирового государства» с отказом от своего суверенитета - только тогда международный мир мог бы быть столь же надежным, как «внутренний мир» государства в его нормальном состоянии. А «Мировое государство» недостижимо без миротворческого процесса дипломатии.

Г. Моргентау, применивший классическую идею «равновесия сил» к международному положению после Второй мировой войны, выдвинул понятие двухблоковой системы международных отношений с двумя полюсами: США и СССР.

Но Г. Моргентау и большинство последователей школы политического реализма считали, что биполярность сохраняется на военно-стратегическом уровне, но поскольку большая война между США и СССР была равносильна взаимоуничтожению. Поэтому расширяется свобода действий малых государств, появляется возможность формирования новых достаточно мощных полюсов (Западная Европа, Япония, Китай). В связи с этим, полагали «реалисты», мир идет к полицентризму и возрастающей многополюсности. Этот процесс может в одних регионах нарушать стабильность и способствовать конфликтам, в других - перемещать государства в системе коалиций. С точки зрения «реалистов», отсюда снижается значение военных потенциалов и повышается роль дипломатии, переговоров. В этих условиях «реалисты» наряду с национальными интересами все больше признавали всеобщие интересы мирового сообщества. «Новым аспектом термоядерного века является то, что США имеют также общие интересы с другими нациями, и эти интересы могут быть удовлетворены без ущерба для любой страны. Избежание термоядерной войны – главный пример таких общих интересов», - писал Г. Моргентау в 1968г. в работе «Новая внешняя политика для Соединенных Штатов».