7.Социология международных отношений

В отличие от неореалистов и неолибералов, представители социологического направления в исследовании международных отношений подчеркивают значимость в мировой политике не национальных интересов, а ценностей, норм, идентичностей, культурных особенностей, традиций и идей. В результате все основные вопросы международных отношений и наиболее распространенные теории получают иные трактовки,

В начале 1960-х гг. социология международных отношений рассматривала международные отношения как особую сферу общественных взаимодействий. Так, в исследованиях французской школы данного периода социология международных отношений поначалу трактовалась как своего рода теория среднего уровня, призванная обобщить предпринимаемое в рамках различных дисциплин изучение международных взаимодействий путем выявления присущих им общих закономерностей. На первый план ставятся проблемы войны и межгосударственных конфликтов и лишь на второй план — проблемы мира. В исследованиях британской школы международные отношения трактовались как общество суверенных государств с едиными интересами и ценностями и с совместными правами и обязанностями. Подчеркивая значение экономического, социального, технического и функционального взаимодействия государств для стабильности международных отношений, сторонники британской школы рассматривают международное право, прежде всего, как основной инструмент для поддержания сложившегося в мире баланса власти.

В дальнейшем после окончания холодной войны основные подходы социологического направления в международно-политической науке все более заметно определяются пониманием современного мира как процесс постепенного формирования глобального гражданского общества, как единого пространства, структурированного многообразными и взаимозависимыми сетями социальных взаимодействий.

В этих условиях сторонники британской школы в социологии международных отношений исходят их трех допущений:

-международное общество — это уже факт международных отношений;

-отсюда вытекают обязательства со стороны членов международного общества по отношению друг к другу;

-международное общество находится в процессе перехода от общества государств к обществу людей (т.е. к мировому обществу) и от международного порядка к мировому. Последнее означает, что по мере такого перехода формируется международное общественное сознание, распространенное по всему миру чувство сообщества.

Тотальной взаимозависимость и обострение сущностных проблем человеческого бытия, считают представители британской школы, диктуют становление неформального института «глобального самоуправления». Он формируется «снизу», а потому способен оставаться гибким, реагируя на меняющиеся условия и потребности субъектов. При «управлении без правительства» находится место всем взаимодействующим акторам — сильным и слабым, сплоченным и разнородным, объединенным и одиноким. Институт «глобального самоуправления» предполагает не только усиление и реформирование существующих (например, ООН), но и создание новых формальных институтов и процедур, призванных способствовать развитию межгосударственного сотрудничества.

Вместе с тем, такой институт не лишен и недостатков. Главный из них вытекает из неравных возможностей сторон, участвующих в «управлении без правительства». Права и обязанности взаимодействия определяют в основном доминирующие акторы. Более того, некоторые субъекты мирового сообщества оказываются фактически исключенными из процесса глобального управления и многостороннего сотрудничества. Понятие мирового сообщества, основанное на убеждении в превосходстве либеральных принципов добра и справедливости, в этих условиях используется для навязывания этих принципов через политические теории, институты и действия.

Альтернативная программа была предложена конструктивизмом — направлением, которое стремится синтезировать теоретическое наследие Вебера и Дюркгейма. Конструктивизм (Эмануель Адлер, Энтони Кларк, Майкл Барнет, Александр Вендт и др.) ставит во главу угла взаимосвязь между государственными интересами и идентичностями. В рамках конструктивизма различают направлений. При всей своей внутренней разнородности, конструктивизм имеет общие основные элементы:

-главными объектами анализа международных отношений являются государства;

-ключевые структуры в межгосударственной системе рассматриваются не столько как материальные, сколько как межличностные;

-идентичности и интересы государства считаются в значительной степени сконструированными этими социальными структурами.

Конструктивисты настаивают на взаимообусловленности мирового общества и его составных частей (прежде всего государств); на преемственности в эволюции международной системы, которая способна и на революционные перемены. С их точки зрения, анархия — не внутренне присущий атрибут межгосударственной системы, а продукт веры и воли лиц, принимающих решения. Основные проблемы международных отношений определяются нормами и верованиями, которыми руководствуются представляющие их политические лидеры. Поэтому безопасность, суверенитет зависят от культуры, понимаемой в широком смысле. Последствия отсутствия верховной власти государствами могут быть исправлены, в частности, при помощи международных режимов, права, норм, экономической взаимозависимости, образования или институтов.

С точки зрения конструктивистов концентрация реалистов, например, на «объективно заданные» национальные интересы или либералов - на демократию западного типа, является неоправданно узкой. Сами интересы, а следовательно, и рациональность заданы социально и подлежат изучению и пониманию. Ключ к такому пониманию — историческое и политическое осмысление интересов. У всякой рациональности имеются глубокие исторически своеобразные корни, и всякая рациональность создается и пересоздается деятельным участием политически влиятельных акторов.

Отсюда вытекают три основных принципа конструктивизма, которые можно сформулировать как культурную, историческую и политическую обусловленность социального действия. Наше знание о мире также социально (культурно) обусловлено и исторически преходяще. Конструктивисты воспринимают теорию международных отношений как дисциплину, возникшую на Западе. Эта дисциплина, на их взгляд, продолжает отражать и закреплять видение западной цивилизации, оставаясь при этом относительно закрытой для влияний, исходящих от остальной части мира. Так, принцип культурной обусловленности наших знаний подразумевает, что демократия отнюдь не обладает универсальностью форм, а существующие сегодня демократические «стандарты» могут подойти далеко не всем, так как они являются продуктом конкретных социальных обстоятельств, а не раз и навсегда данным образцом, которому все должны следовать независимо от конкретных условий. Демократия не может и не должна насаждаться, принуждение к демократии имеет свои пределы. Это может привести к дестабилизации культурных сообществ, а затем и к установлению тирании. Социальные корни демократического порядка существенно варьируются и далеко не всегда способствуют миру и стабильности. Например, в посткоммунистическом контексте демократизация может стать условием, способствующим росту ранее пребывавшего в скрытой и пассивной форме воинствующего этнонационализма. В то же время крайне узкая и прозападная интерпретация термина «демократия» не может объяснить, как, например, быть с ведением скрытых войн и санкционированием «демократиями» поставок оружия оппозиционным движениям. Или как быть, спрашивают конструктивисты, с участием «демократической» Америки в подготовке террористов («борцов за свободу») для подрыва неугодных Вашингтону режимов?

Современная французская школа (Б. Бади, М.-К. Смуте, Д. Бидо) в социологии международных отношений считает, что усиление взаимозависимости и процессы глобализации имеют способствовали появлению фундаментально новых тенденций в мировой политике. Прежде всего, происходит автономизация деятельности транснациональных акторов — этнических, религиозных, культурных, профессиональных и иных групп, мультинациональных фирм, представителей рыночных, коммуникативных, информационных и миграционных потоков, а также диаспор, мафиозных

кланов, выдающихся личностей, «частных» лиц и т.п. В таких условиях личность должна проявлять лояльность между тремя относительно самостоятельными сферами — государством, транснациональными и социокультурными сетями. С другой стороны новые акторы, формируемые многообразными процессами идентификации (этнической, религиозной, коммунитарной...), все более успешно претендуют на свою собственную роль в международной жизни, стремясь оказывать влияние на ее структуру, на действующих лиц, на возникающие между ними конфликты. Так размывается грань между внешней и внутренней политикой, международными и внутриобщественными отношениями. При этом, идя на уступки и компромиссы во взаимодействии с новыми акторами, государство способствует разрушению главных принципов, составляющих саму основу его легитимности: суверенитета, территориальности, политического представительства. В результате вся система международных отношений подвергается серьезным испытаниям и дестабилизации.

Феминизм в современных международных отношениях. В наше время проблема феминизма в международных отношениях детально исследована в работах зарубежных авторов М. Лайт, Дж. Рихтер, К. Силвестер, Э. Тикнер, У. Браун, Б. Фридан, Ф. Хэллидей, С. Эванс и др. Феминизм с одной стороны означает широкое общественное движение за права женщин, с другой - это комплекс социально-философских, социологических, психологических, культурологических теорий, анализирующих ситуацию в обществе. Под феминизмом отсюда понимается:

–массовое социальное движение, видящее своей целью достижение равенства женщин с мужчинами;

–социально-политическая теория, анализирующая процесс угнетения женщин и главенства мужского начала в прошлом и настоящем, а также выявляющая пути преодоления превосходства мужчин над женщинами;

–идеология, направленная против всего женоненавистнического в теории и общественной практике;

–философская концепция социокультурного развития, предлагающая альтернативу господствующей европейской традиции, не учитывающей специфику природы женщин и женского социального опыта;

–методология исследований мира и общества, основанная на сугубо женском взгляде на мир и женской системы ценностей.

Феминистски настроенные авторы считают, что в противовес официальной, «маскулинизированной» политической теории должна быть разработана своя, феминистская теория. Современным феминистам, придерживающихся в основном постмодернистских воззрений, особенно ненавистен позитивизм, ибо, по их мнению, он основан исключительно на мужском и, вдобавок, западном опыте.

В мире были три большие волны феминистского движения. Первая зародилась в конце XIX в. и главным содержанием её был суфражизм (от англ. suffrage - «право голоса») - борьба за право женщин участвовать в выборах - право избирать и быть избранными. Первыми странами, решившимися на предоставление женщинам избирательного права, были Австралия, Финляндия и Россия. Ведущие западные страны ввели избирательное право для женщин в 1920-30-х гг.

Вторая волна феминизма поднялась в 60-х годах XX в. и выдвинула лозунги социального и сексуального освобождения женщины. Лозунгом нового поколения феминисток стало утверждение: «Личное - это тоже политическое». Тут речь уже шла о необходимости изменения самого содержания политики и политической теории, «инструментов мужской власти». В социально-политической теории получают развитие концепции «материнского мышления» (С. Раддик), черный вуманизм (Э. Уокер, Д.Г. Уайт), экофеминистские теории (Ф. Дюбон), ставящие женский опыт в центр социально-политической практики.

Третья волна феминизма с конца 1980-х гг. вступила в стабильную фазу создания своей политической теории. Критики из числа феминисток современных теорий международных отношений отрицают их объективность и универсальность на том основании, что эти теории «созданы на основе изучения поведения мужчин». Женщины, как утверждается, смотрят на мир иначе и ведут себя по-другому.

Либеральный феминизм нацелен на достижение равенства полов в рамках существующей социальной системы практически путем стирания различий, существующих между мужчинами и женщинами. Радикальный феминизм исходит из необходимости переоценки женской сути, самостоятельной (вне патриархатного мышления) выработки понимания женской идентичности, места и роли женщин в обществе. Радикальный феминизм считает патриархат источником большинства серьёзных общественных проблем. Социалистический (марксистский) феминизм рассматривает половую дискриминацию в качестве естественного следствия классового и расового господства, которые могут быть уничтожены практически одновременно.

Весьма популярен на сегодняшний день постмодернистский феминизм, который ставит проблему ограниченности знания, представленного мужским взглядом на мир, мужскими средствами выражения знания.

В международных исследованиях феминистское направление формируется с конца 1980-х гг. В это же время теория международных отношений испытывает острейший кризис, связанный с тем, что классические теории не могут не только предсказать возможные тенденции развития, но даже объяснить существующие. Начался так называемый «большой спор» по теоретическим проблемам международных отношений: вместе с феминизмом в международную сферу приходят различные направления.

Дж. Энн Тикнер пишет, что международные отношения, понимаемые как межгосударственные отношения, отражали периферическое положение женщин во властных структурах, поскольку «в большинстве государств женщины находятся на периферии власти». Поэтому она исходит из того, что наиболее адекватным для понимания феминизма является широкий контекст мировой политики, рассматривающей деятельность не только государства, но и других акторов, в том числе и различных движений, международных организаций, транснациональных корпораций и т.д.

Учитывая, что идея множественности акторов разрабатывается, прежде всего, в рамках неолиберальной традиции исследования международных отношений, феминистское направление в международных исследованиях порой рассматривается как часть неолиберализма. Но большинство феминистов относят себя к другим критическим подходам, чем к традиционным направлениям в международных исследованиях, таким, как (нео)реализм и (нео)либерализм.

Феминисты считают, что женщины - самая уязвимая категория населения, и потому их интересы больше всего нуждаются в защите. Поэтому главное внимание в сфере безопасности феминисты уделяют тому, какую роль женщины играют в вопросах войны и мира. Феминисты считают женщин носителями мирного начала, а мужчин - агрессорами по своей природе, затевающими войны и конфликты из-за своих амбиций или опять-таки же из-за женщин. Феминистски настроенные постмодернисты исходят из фундаментальной разницы в системах ценностей мужчин и женщин. Ряд феминистов, однако, занимает в этом вопросе более умеренную позицию.

Синтия Энло, профессор Университета Кларка (США) утверждает, что именно действиями женщин обеспечивается стабильность дипломатических и военных содружеств, что, в свою очередь, ведет к стабильности политических и военных отношений между государствами. Она заявляет, что такие политики, как Маргарет Тэтчер лишь подкрепляют патриархальные традиции в международных отношениях, трансформируя их из «осуществляемых мужчинами» в «осуществляемые людьми».

Кристина Сельвестр, профессор в английском Университете Ланкастера выдвигает концепции «подсобного хозяйства» и «сопереживающей кооперации». Первая теория подразумевает пересмотр «известных» статусов субъектов и объектов международных отношений. Вторая теория построена на усилении роли кооперации в теории международных отношений, без выделения какой-нибудь конкретной теории.

Джей Энн Тикнер, бывший Президент Ассоциации международных исследований, профессор в Университете Южной Калифорнии считает, что женщины обладают теми знаниями и тем опытом, который позволяет им иметь особую точку зрения на международные отношения. Она обращает внимание на то, что классические реалистская, либеральная и марксистская традиции международных отношений выросли из культурно обусловленных проявлениях мускулинности, которые на первый план выносили ценности автономии, независимости и силы. Тикнер считает необходимым увеличение числа женщин на высоких позициях в государственном аппарате. Она предлагает новую концепцию национальной безопасности, которая не будет гендерно ориентирована.

Таким образом, социологический подход расширяет возможности исследования международных отношений. Разнородность представленных в нем течений отражает незавершенность социологического подхода. В то же время уже сегодня очевидно, что социология международных отношений способна предложить различное сочетание общетеоретических ориентации и исследовательских программ.

Контрольные вопросы

1.Назовите современные направления развития ТМО.

2.Раскройте основные черты неореализма и неоидеализма.

3.Какие теории международной политэкономии вы знаете?

4.Охарактеризуйте концепции современного неомарксизма.

5.Какие течения правого антиимпериализма вы можете назвать?

6.Какие социологические школы ТМО вы знаете?

7.Расскажите об основных чертах конструктивизма.

8.Что вы можете сказать о феминизме?