В

37. Жюльен. Таблица из пособия

результате наблюдений за учащимся при первых попытках передачи средствами рисунка формы, объема прежде всего можно отметить общую закрепощенность всего тела и вовлечение в работу большого, совершенно ненужного для данного движения количества мышц (это всегда отличают и начинающие пианисты, спортсмены). Это чрезвычайное напряжение новичка можно, по-видимому, рассматривать как почти неизбежное и закономерное явление на первом этапе изучения нового приема работы, связанного с широкой иррадиацией нервного возбуждения по коре головного мозга. В дальнейшем процесс освоения нового упражнения сводится к постепенному исключению вредных, не идущих в дело напряжений и движений. Для преодоления всех этих явлений также необходимы специальные упражнения. Они должны содержать комплекс различных движений руки. Возможно, на этой стадии развития навыка целесообразно применять метод копирования с образцов. Например, копируя рисунок из пособия Жульена (рис. 37), ученик начнет вначале как бы механически повторять движения рисовальщика, но в то же время он увидит и запомнит, как каждым штрихом можно убедительно подчеркнуть форму, выразительно передать объем. Необходимо обратить внимание на то, как художник лепит штрихами форму, как в рисунке стопы моделируется форма пальцев.

Когда достигнута некоторая свобода движения руки, можно переходить к следующему этапу овладения техникой рисунка.

Третья фаза — совершенствование двигательного навыка и уточнение координации движения и мышления.

Рисуя с натуры, учащийся обязан, прежде всего, думать о закономерностях строения натуры и законах изображения ее на плоскости, поэтому всю предыдущую работу (о которой шла речь при разборе первой и второй фазы) необходимо довести до степени автоматизма. Автоматизм навыка означает, что соответствующая операция может выполняться учеником без активной деятельности сознания, но это не значит, что рисовальщик может перестать сознательно относиться к способам выполнения рисунка. Наоборот, вырабатывая автоматизм приемов изображения, ученик должен в любой момент, когда это понадобится, менять на рисунке направление штриха, заставляя штрих ложиться по форме. Будущий преподаватель должен знать, что совершенствование и закрепление последней фазы развития технических навыков должно проводиться обязательно на уроках рисования с натуры, в аудитории или классе под наблюдением педагога. В приобретении мастерства, свободы и легкости выполнения рисунка большое место отводится ритму. Вопросам ритма посвящено большое количество научных работ. Ритм рассматривается в различных аспектах. Нас в данном случае ритм интересует как фактор, который организует и контролирует движение. Для выработки технических приемов нанесения штриховки или тушевки большое значение имеет соблюдение ритма. Известная планомерность движения руки способствует более легкому и свободному, а следовательно, и быстрейшему выполнению рисунка. Неритмичные, беспорядочные движения руки сковывают художника и редко приводят к желаемому результату.

С

38, Изображение куба

облюдение ритма в работе способствует не только совершенствованию технических навыков штриховки и тушевки, но и построению изображения. В этом убеждает практика. Например, если учащийся, рисуя куб или призму, не может правильно и четко выразить конструктивную основу формы, дать правильное построение изображения, а линии на рисунке получаются кривые, плохо выдерживается параллельность между гранями, то причина этого, в частности, в несоблюдении ритма работы.

Когда же ученик, соблюдая ритм движения руки, начинает рисовать одновременно все вертикальные линии, затем боковые грани и т. д., у него рисунок получается более четкий и правильный (рис. 38). На рисунке каждая серия ритмических движений руки для наглядности изображена разными линиями.

''Необходимость войти в ритм движений у многих начинающих рисовальщиков возникает самопроизвольно. Часто можно видеть, как они, прежде чем провести линию, вначале делают несколько ритмических движений карандашом по воздуху и, только когда попадают в нужный ритм, наносят линию на бумагу. П. П. Чистяков по этому поводу писал: «Тут бывают разные приемы: карандашом иной долго смотрит и ставит формы... или места, другой — живо, живо и в то же время легко водит карандашом или углем по бумаге, намечая, соображая в тот же момент и движение и место. Которая манера лучше? — Обе лучше. Главное — не чертить. Потому что черные линии затрудняют видеть ошибки, тем более исправлять их»²⁷.

После многократных повторений, когда трудовой процесс заучен в достаточной мере, он совершается уже автоматически. Но останавливаться на этом нельзя. Для образования действительно профессиональных навыков требуется длительный срок обучения.

Наиболее быстрой и доступной формой обучения технике рисунка является разбивка изучаемого навыка на отдельные последовательные звенья с последующим их объединением в целостный процесс. Здесь должен соблюдаться дидактический принцип: от более легкого к более трудному, от простого к сложному. Для правильного построения методики обучения мастерству как раз и требуется создать правильную градацию трудностей. Естественный путь перехода от простого к сложному в то же время и наиболее экономный для достижения поставленных задач.

Развитие технических навыков не должно идти в отрыве от научного образования и эстетического воспитания, его задача — способствовать совершенствованию мастерства молодого художника и его образованию. Действия руки во время работы должны быть подчинены разуму. Успех творческой деятельности зависит во многом от четкой координации мыслительных и двигательных процессов. Ф. Энгельс писал: «...никак не избегнуть того обстоятельства, что все, что побуждает человека к деятельности, должно проходить через его голову: даже за еду и питье человек принимается вследствие того, что в его голове отражаются ощущения голода и жажды, а перестает есть и пить вследствие того, что в его голове отражается ощущение сытости»²⁸.

Как в литературном произведении нельзя отделить слово от мысли, так и в рисунке нельзя отделить технический прием от работы ума. Работа руки — это работа ума художника. Технический прием есть не что иное, как передатчик мысли художника. Штрих, линия, пятно есть, не что иное, как отражение этой мысли.

Итак, основой всякого мастерства является сознание. Даже самое простое наложение штриха на рисунке (например, штрих по форме) связано с работой мозга. Только сознатель­но вырабатывая у себя технические навыки, можно постепенно подойти к более сложным действиям, достигнуть виртуозности. А для этого необходимо приучить одновременно работать мозг и руку. «Благодаря совместной деятельности руки, органов речи и мозга не только у каждого в отдельности, но также и в обществе, люди приобрели способность выполнять все более сложные операции, ставить себе все более высокие цели и достигать их»²⁹, — писал Ф. Энгельс.

Овладевая приемами работы, техникой изобразительного искусства, и в частности рисунка, надо все время думать о том, что изображаешь, и как строится форма предмета.

Как мы уже говорили, рисование с натуры — это одновременно и ее познание. Каждая линия, каждый штрих должны выражать в рисунке конкретную форму, определенную поверхность предмета. Верно положенный штрих, верно воспроизведенная линия — это правильно понятая форма, правильно понятый объем. П. П. Чистяков говорил: «Рисовать надо не изгибы линий, а формы, которые они образуют собой». Поэтому развитие технических навыков следует сочетать с анализом натуры, т. е. с основными задачами учебного рисунка.

В учебном рисунке техника не должна бросаться в глаза. Качество рисунка определяется не эффектно положенными штрихами, а тем, достигнута ли конструктивная слаженность рисунка, цельность и соразмерность всех составных частей.

Конечно, такая работа требует большой усидчивости, многократных повторений и упражнений, и это относится не только к области искусства, но и ко всякому обучению. «Ученье есть труд и должно остаться трудом, но трудом, полным мысли, так чтобы самый интерес учения зависел от серьезной мысли, а не от каких-нибудь не идущих к делу прикрас»³⁰, — писал К. Д. Ушинский.

Совершенствование графических навыков будет проходить успешно в том случае, если рисующий будет работать систематически и строго соблюдать последовательность усложнения учебных задач. Нельзя перескакивать через отдельные задачи, переходить к более сложным упражнениям, не усвоив простых. Л. Б. Альберти в своем трактате «Три книги о живописи» писал: «Я хочу, чтобы молодые люди, которые только что, как новички, приступили к живописи, делали то же самое, что, как мы видим, делают те, которые учатся писать. Они сначала учат формы всех букв в отдельности, то, что у древних называлось элементами, затем учат слоги и лишь после этого — как складывать слова. Пусть этот же порядок соблюдается и у нас, в живописи. Сначала пусть они выучат каждую отдельную форму каждого члена и запомнят, каковы могут быть различия в каждом члене. Различий же в членах немало, и они весьма очевидны»³¹.

В связи с рисованием простых по форме предметов необходимо несколько слов сказать о чисто педагогических моментах, с которыми будущему учителю придется не раз сталкиваться в школе. Многие методисты начальной и средней школы считают, что обучение рисованию надо начинать с изображения предметов округлой формы (тел вращения). Исследования же ученых в области педагогики и психологии подтверждают обратное, что обучение рисунку целесообразнее начинать с изображения предметов прямолинейной формы. Правдивое, реалистическое изображение формы предмета на плоскости без правил линейной перспективы немыслимо. Понять и усвоить законы перспективы ученику легче и проще при изображении предметов прямолинейной формы (куб, призма и т. д.), нежели округлых (конус, шар, цилиндр). Советский психолог Н. Н. Волков, исследовавший эти вопросы, писал: «Если исходить из правильного положения, что точные проекционные отношения содержатся во всяком зрительном образе и у взрослого и у ребенка, придется еще подумать, на чем надо развивать умение видеть проекционные отношения: на изображении прямоугольных предметов, где проекционные отношения очень четки и всякая ошибка в них тотчас же станет заметной в рисунке, или на изображении круглых предметов, где четкость перспективных отношений легко может быть завуалирована неопределенной округлостью формы предмета, подменена приблизительным изображением? Методисты, составляющие программу, очень ошибаются, думая, что круглые предметы изображаются в IV и V классах лучше, чем прямолинейные. Даже беглый взгляд на соответствующие рисунки говорит о том, что ученики не умеют точно видеть перспективные сокращения. Только в одних рисунках это неумение очень заметно, в других — менее заметно. В изображении прямоугольных предметов как раз легко показать учащемуся его ошибки. На изображении прямоугольных предметов легче развить его зрительное суждение, направленное на проекционные отношения. Поэтому, чем раньше вводить прямоугольные предметы в обучение рисунку, тем лучше»³².

Еще один очень важный момент в обучении рисунку. Как показывают наблюдения, подавляющее большинство педагогов глубоко убеждены, что такой учебный материал, как элементарные правила рисования, настолько прост и общеизвестен, что не требует особого объяснения. Между тем ученик, впервые приступивший к рисованию с натуры, знакомясь с элементарными основами рисунка, делает для себя огромной важности открытия, которые в корне могут изменить его представление о рисовании, о методах построения изображения, об изобразительном искусстве вообще. В первый момент ученик многое не может осознать до конца, усвоить приемы работы, ему нужны дополнительные объяснения, наглядный показ. Учителя же рисования, как правило, этот момент упускают, оставляя ученика часто в полной растерянности. Однако нельзя забывать, что то, что для педагога просто и ясно, для ученика оказывается трудным и малопонятным. Задача педагога состоит в том, чтобы вовремя прийти ученику на помощь, не упустить первоначального момента ознакомления его с графической грамотой.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

РИСУНОК СЛОЖНЫХ ПО ФОРМЕ ПРЕДМЕТОВ

Сложными по форме предметами являются такие, которые при конструктивном анализе могут быть разложены на простейшие геометрические формы.

Бидон для молока по своей форме напоминает соединение цилиндра (горло), усеченного конуса (верхняя часть) и еще одного цилиндра (резервуар); форма капители состоит из усе­ченной пирамиды, вершина которой покоится на цилиндре колонны, т. е. в конструктивной основе любой сложной формы заложено простое геометрическое тело. Это можно сказать даже о форме человеческой головы и фигуры человека, содержащих в своей основе простые формы. Например, нос человека по своей форме приближается к призме, глаз — к шару (и в обыденной жизни, указывая на шаровидную форму глаза, говорят — «глазное яблоко»).

Конечно, форма живой натуры не может быть правильной геометрической, но в своей конструктивной основе она приближается именно к такой форме. И задача рисующего уже на первом этапе построения изображения выявить в рисунке эту основу формы, или, как выражаются художники, «большую форму». Такой анализ позволит рисующему правильно понять и изобразить любой предмет. Понять принцип конструктивного строения формы несложно, труднее усвоить практическую сторону дела. Здесь нужны специальные упражнения.

Предметы сложной формы в заданиях на линейно-конструктивное построение изображения должны быть показаны с различных точек зрения, чтобы можно было проследить, как видоизменяется конструкция предмета в зависимости от той или иной точки зрения. Такие упражнения способствуют развитию пространственного мышления и хорошо закрепляют навыки перспективного построения изображения. На рисунке 39 показан пример подобных упражнений.