О поведении в Церкви мужчин и женщин (11,1–16)

Принцип христианской свободы, которым неразумно руководство-вались коринфские христиане, приводил ко многим неустройствами и нарушениям благочиния на христианских собраниях. В решении таких практических вопросов апостол Павел обращает внимание на необходимость руководствоваться Преданием Церкви. Вначале он похваляет коринфян за верное хранение Предания: «Хвалю вас, братие, что вы все мое помните и держите предания, как я передал вам» (11,2).

Однако не все держались заветов апостола Павла и не все следовали Преданию. Поэтому апостол указывает на ряд вопросов внешнего поведения в Церкви некоторых коринфских христиан, в которых они подражали язычникам: отращивали длинные волосы (мужчины), а женщины ходили с непокрытой головой в знак свободы нравов.² Такое подражание моде было совсем неполезно христианской общине, так как соблазняло многих. Апостол дает твердое основание для решения этого, казалось бы, маловажного вопроса, исходя из общего принципа иерархической подчиненности в Церкви: «Всякому мужу глава Христос, жене глава – муж, а Христу глава – Бог» (11,3). Христос, как глава тела Церкви, есть глава не только мужа, но и жены, но жены через мужа. Как в физическом теле одни органы связаны с главой более непосредственно, другие менее, так и в теле Церкви: священство прямо относится ко Христу, другие имеют нужду в священстве. Так и в союзе семейном: муж прямее относится ко Христу, чем жена; последняя относится к Нему некоторым образом через мужа. Следовательно, и внешне должны быть знаки отличия: одному власти, другой – подчиненности (по порядку творения и как виновнице грехопадения).

В обычай хорошего нрава вошло жене покрывать голову в знак власти над ней мужа, и «для Ангелов» (11,10),¹ а мужу быть непокрытым, в знак того, что он есть «образ и слава Божия» (11,7). Если же эти нормы нарушаются, то оба погрешают против благочиния и преступают заповедь Божию.

Впрочем, иерархичность отношений между мужем и женой не противоречит равенству их в человеческих правах и достоинстве перед Богом. Во Христе Иисусе «нет ни мужеского пола, ни женского» (Галатам 3,28) самого по себе, и «ни муж без жены, ни жена без мужа, в Господе» (11,11). Следовательно, сочетавшись «в Господе», т. е. в таинстве брака, оба супруга и должны вместе приближаться к Богу.

Апостол сравнивает покров головы жены с волосами: как волосы у жены есть слава ее, данная от Бога, так она должна приложить и от своего произволения для славы Божией, – держаться хорошего обычая покрывать голову (10,13-16).

Обличение беспорядков на «Трапезах Господних» (11,17–4)

Обличив коринфских христиан за вкушение идоложертвенного и некоторые беспорядки внешнего поведения мужчин и женщин, апостол переходит теперь к искоренению более важного беспорядка в христианском церковном собрании, а именно: поведению на «вечерях Господних», так называемых «вечерях любви» – агапах, (от ????? – любовь, братская трапеза), которые совершались после евхаристии. Это были не простые трапезы, но «Господни», как бы продолжение Тайной вечери, подобно тому, как еврейская пасхальная трапеза продолжалась и после вкушения пасхального Агнца. Все принесенное на эти «вечери любви» принадлежало уже не принесшему, а было «Господним», поэтому христиане не должны были спешить есть каждый свое приношение, так что один упивался, а другой оставался голодным. Такое неблагочестивое поведение на этих трапезах означало пренебрежение к дому Господню, а также к бедным. Непосредственно установление евхаристии апостол Павел излагает в следующих словах: «Ибо я от Самого Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан, был, взял хлеб, возблагодарив, преломил и сказал: – приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие¹ творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери и сказал: сия чаша есть Новый Завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание» (11, 23-25).

Слова таинства апостол привел для того, чтобы показать, что беспорядки на трапезе Господней есть пренебрежение самим таинством и грех против Тела и Крови Господней: «кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней» (11,27).

Для достойного принятия Причастия необходима глубокая исповедь: «Да испытывает же себя человек» (11,28), да «судит сам себя» (11,31), а потом «пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей» (11,28). «Как тогда пронзавшие Господа пронзили не для того, чтобы пить, но чтобы пролить Кровь Его, так поступает и тот, кто приобщается недостойно» (святитель Иоанн Златоуст). «Ибо кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем» (11,29). То, что дано «во оставление грехов», может стать умножением их, если не будет человек «рассуждать о Теле Господнем», т.е. не будет принимать во внимание величие Дара Христова. «Осуждение» от Бога за грех небрежения таинством ведет к частым болезням, и даже смерти (11,30). Однако лучше быть наказанным от Господа, «чтобы не быть осужденными с миром» (11,32), потому что временные наказания и страдания освобождают от грехов и вечных мук и наказания вместе с миром.