1. Предварительные объяснения апостола (1,1-2,11)

1.1. Утешения в скорбях (1,1-11)

Послание начинается обычным приветствием и преподанием благодати и мира от Господа. Апостол Павел благодарит Бога за все те скорби, которые ему приходится переносись, потому что по мере скорби ради Бога, умножаются Богом и утешения духовные (1,5). Апостолы, сами перенося скорби и утешаясь от Бога, своим мужеством и благодатью своих молитв были источником утешения для других (1,6-7). Скорби, несмотря на свою горечь, несут с собой и духовные утешения от Бога. Кроме того, они удостоверяют истину благовестия и бескорыстия проповедника. Апостол Павел не скрывает, что от этих скорбей «не надеялся остаться в живых» (1,8), но Бог избавил его «от столь близкой смерти, избавляет, и на Которого надеемся, что и еще избавит» (1,10–11).¹ Но для этого необходимо содействие молитв всей Церкви (1,11).

1.2. Причина перемены плана путешествия (1,12-24)

Апостол Павел, желая защитить искренность своего образа действий, приводит в свидетели свою совесть, повелевающую ему поступать прямодушно, по благодати Божией, а не по лукавым расчётам, которые он называет «плотскою мудростью» (1,12). Апостол объясняет изменение плана своего путешествия: вместо того, чтобы идти из Ефеса в Коринф по пути в Македонию и обратно (2-е Коринфянам 1,16), о чем, вероятно, он сообщал коринфянам до написания Первого послания, он идет через Македонию (1-е Кор.16,5). Из этого не должно допускать мысли о непостоянстве апостола, будто у него то «да», то «нет» и что он действует «по плоти» (1, 17). Его благовестие о Христе всегда и везде одно и то же, как неизменен Сам Христос, в Котором всегда «да» и «аминь», т.е. неизменная истина. Причиной же перемены плана, задержки прихода в Коринф и избрание более длинного пути к ним было желание апостола дать время Коринфянам исправиться, самим наказать кровоместника, чтобы не огорчать их строгими мерами апостольской власти: «щадя вас, я доселе не приходил в Коринф» (1,23).

1.3. Прощение покаявшегося кровосмесника (2,1-11)2

Апостол свидетельствует коринфянам свою уверенность в том, что они «верой тверды» (1,25), потому и рассудил дать им возможность искоренить зло самим без строгих мер со стороны апостола. Видя же, что и коринфяне скорбели о грехе кровосмесника, они, послушав апостола Павла, отлучили его от церковного общения. Апостол теперь просит «лучше уже простить его и утешить, дабы он не был поглощен «чрезмерною печалью» (2,7), просит «оказать ему любовь» (2,8) и принять его вновь в церковное общение.

Апостол предостерегает коринфян от чрезмерной суровости, чтобы сатана не восторжествовал, доведя христианина до отчаяния, и через это не отторг его от веры и Церкви: «чтобы не сделал нам ущерба сатана, ибо нам не безызвестны его умыслы» (2,11). Сатана пользуется как излишней снисходительностью, так и чрезмерной строгостью к согрешившим.

2. Теоретическая часть Послания: высота христианского Откровения (2,12-7,16)

2.1. Свойства и действия Откровения (2,12-4,6) а) Действенность Откровения (2,12-3,6)

Получив известия от Тита о благоприятных результатах Первого послания к Коринфянам (12,12-13), апостол Павел приходит в восторг и в воодушевлении восклицает о торжестве благовестия Христова: «благодарение Богу, Который всегда даст нам торжествовать во Христе и благоухание познания о Себе распространяет нами во всяком месте. Ибо мы – Христово благоухание Богу в спасаемых и в погибающих» (2,14-15).

Апостол сравнивает распространение познания о Христе с благо-вонием мира, которым в ветхозаветное время помазывали священные сосуды, распространявшие аромат по всей скинии (Исх.30,26–30). Так и Христос, помазанный Духом Святым, распространяет познание о Себе по всей Вселенной. И хотя миро благовонное, но, оказывается, не все его воспринимают, – для одних оно «запах живительный на жизнь», а для других – «запах смертоносный на смерть» (2,16).¹ Благоуханием Христовым были также сами апостолы, потому что все их ведение, их сила слова и знамения были «от Бога, пред Богом, во Христе» (2,17).

Слово Божие не нуждается также ни в каких рекомендательных письмах, ибо само обладает силой Духа Божия для обращения сердец слушающих. Лучшим письмом для апостола была сама Церковь в Коринфе, основанная им через «служение слова» (3,1-3).

Такой благоприятный прием послания, его действенность апостол Павел приписывает не себе, не своим способностям, но единому Богу, действующему через него: «Такую уверенность мы имеем в Боге через Христа, не потому, чтобы сами способны были помыслить что от себя, как бы от себя, но способность наша от Бога» (3,4-5).

Как возбуждение истинных и добрых помыслов исходит от Бога, так и сами мысли – от Бога; поэтому и проповедуемое слово уже не есть слово человеческое, но слово Божие. Бог сделал апостолов способными к такому служению: «Он (т.е. Бог) дал нам способность быть служителями Нового Завета, не буквы, но Духа, потому что буква убивает, а Дух животворит» (3,6).

Здесь апостол указывает на само существо новозаветного служения, которое заключается в возвещении не только буквы Евангелия, но его духа, иначе оно не было бы выше ветхозаветного откровения. Евангельское слово только приготовляет к принятию Духа, но само дело Евангелия совершает Дух Божий. Служители (апостолы) не только возвещали о Духе, но возлагая руки, совершая таинство, подавали Его. В ближайшем значении под «буквой» можно понимать ветхозаветный закон, который лишь «убивал», потому что, обличая грех, возвещая о наказании, не давал силы избавиться от греха.

Но сказанное относится и к христианству, которое тоже заключено все в слова.

«Можно знать на память и понимать весь Новый Завет и не иметь Духа... можно строго исполнять все чины церковные и не иметь Духа оживляющего, или не иметь жизни духовной... И тут буква убивает. Буква, форма одну цену имеет; и когда нет при них Духа, они ничто... Без веры и таинств Он не приходит, но и они могут быть исправляемы лишь по форме, без проявления внутренней силы», т.е. Духа.¹