2. Территориальная экспансия курдов

Что касается территориального пространства курдов, то читатель уже познакомился с этим вопросом в гл: II пашей книги. Итак, от своего первоначального места обитания в Мидии курды на протяжении веков распро­странились во всех направлениях, и ныне их самая за­падная точка проходит в окрестностях Антиохии и Алеп­по (Халеб); на востоке они обитают в Хорасане на границе с Афганистаном, куда они перекочевали при шахе Аббасе Великом и Надир-шахе; встречаются так­же отдельные группы курдов, еще мало известные среди туркмен Атрека. Самые северные курды живут в Совет­ском Азербайджане. Эти курды ведут свое начало от племен, отряды которых принимали участие в турецко-иранской войне 1889 года; на юге, наконец, их крайней границей служит дорога на Керманшах.

Мы не будем называть все весьма многочисленные курдские племена, смешавшиеся и переместившиеся в ходе истории и осевшие в настоящее время в четырех государствах: Турции, Иране, Ираке и СССР (добавим: и в пятом, в Сирии). Названия и места обитания племен в течение веков претерпели большие изменения. К концу XVI века в «Шереф-паме» появились первые данные о курдских племенах в Турции и Иране. До этого в му­сульманских исторических и географических работах имелись лишь случайные упоминания некоторых племен, игравших определенную роль в истории внутрен­ней Азии. В «Шереф-наме» предпринята первая попытка систематизировать все сведения. Согласно этому источ­нику, курды делятся1) на четыре основные ветви, а имен-

^{___________________________________}

¹ Рондо в своем исследовании поднимает интересный вопрос об отождествлении мелких племенных кланов с двумя большими подразделениями курдского племени милов и силивов (зилан). «Я не думаю, однако, чтобы эти деления били классическими,— говорит Рондо. — Известны и другие. Так, мне называли четыре ос­новные группы: лур, кслхор, соран и гуранн, которые, видимо, различаются главным образом по их диалекту». Остается сказать, что Рондо прав, привлекая наше внимание к этой проблеме курдологни. Он констатирует, что «в современном состоянии исследовании о курдах нет еще на этот счет ведущей нити». «Однако можно,— продолжает он,— сослаться на сведения, данные Марком Сайксом и другими исследователями, относительно вождей племени мили, о миланах и силиванах (или зиланах); согласно этому источнику, нужно видеть в миланах и зиланах две основные группы, разли­чающиеся с самого своего возникновения и по-иному развивав­шиеся: зиланы пришли с Востока, остались кочевниками высоких гор, приверженными к древним курдским традициям; миланы мяг­че, интеллигентнее и благодаря этим качествам более поддаются влияниям. Эта последняя группа племен в результате междоусоб­ной борьбы разделилась на две ветви: ганури и банури; первыми вышли племена хасенан, хейдеран и др. Верхнего Курдистана. Вто­рая— конфедерация племен мили.

Для курдов характерно также дробление и аналогичные объ­единения, в которых трудно разобраться при современном уровне наших знаний о курдах. Так, например, разделились ли на две ветви ботаны, принадлежа к группе зилан? Происхождение, при­рода и развитие курдских племен остаются довольно туманными. Следовало бы подчеркнуть тот интерес, который вызвала бы раз­работка этой трудной темы, позволив нам лучше познакомиться с курдскими племенами» (op. cit., p. 26—27).

243

но: 1) курманджи; 2) луры; 3) келхоры; 4) гурани. Курманджи заселяют область от озера Ван до провинции Арделан в Иране. Гурани — земледельческий народ в Арделане, так же как и несколько кочевых племен к югу от Арделана и на северо-западе Керманшаха. К югу от гурани находятся келхоры и еще южнее луры. По­следние, однако, говорят на своем собственном диалек­те, и востоковеды их не считают курдами. В 1856 году П. Лерх (см. его работу, которую мы цитировали и гл. I) составил путем очень добросовестной обработки всех европейских и восточных источников, которые он смог собрать в то время, список курдских племен в Тур­ции, Иране и России, который занимает приблизительно 60 страниц его работы (стр. 63—121). После Лерха ни­кто не предпринимал аналогичной попытки, однако сле­дует упомянуть и работу англичанина Марка Сайкса1), который путешествовал по Курдистану и составил спи­сок и карту этих племен. (Существует также русская карта полковника Карпова, см. «Бюллетень Кавказского отделения Русского географического императорского об­щества», 1897.) Следует, наконец, упомянуть моногра-

^{___________________________________}

¹М. Sykes, The Kurdish Tribes of the Ottoman Empire, «J. R. Anthrop. Inst.», XXXVIII, London, 1908.

244

фии, посвященные изучению различных курдских райо­нов, опубликованные Минорским в «Энциклопедии Ис­лама». Минорскому же принадлежат точные и ценные сведения о курдских племенах, живущих по обе стороны турецко-иранской границы, которую он имел случай изучать, будучи русским комиссаром в пограничной комиссии этих двух государств в 1914 году. Эти иссле­дования были опубликованы в конфиденциальных «Ма­териалах» русского министерства иностранных дел и поэтому не были доступны для всех¹. Вследствие не­возможности рассмотреть здесь хотя бы кратко все обилие документации ограничимся изложением несколь­ких основных черт и очевидных фактов, следуя Сону, сведения которого будут в случае необходимости допол­нены или прокорректированы данными, взятыми из дру­гих источников.

А. Племена Центрального Курдистана (Турция)

1. Xаккяри и Битлис

Обратившись сначала к центру древнего Курдиста­на, к Битлису и к области Хаккяри (верхнее течение Большого Заба, горы на юге озера Ван до Тигра и Джизре-ибп-Омар), мы найдем племя хаккяри, которое осведомленные люди считают распространившимся на север до Баязита, города, населенного большей частью людьми из этого племени; это же племя дало из своей среды князей Равандуза; оно продвинулось на юг. После взятия Диярбакыра Тамерланом в XIV веке в область Хаккяри был назначен правителем эмир Кара Осман. Понимая, что эта горная страна представляет трудности для завоевания, он искал возможности в нее проник­нуть, желая путем брачного союза породниться с фео­дальным кланом Хаккяри. Действуя таким образом, он

^{___________________________________}

¹Рейбино (Н. L Rabin о, Report on Kurdistan, 1911) дает подробные списки племен Арделана. В бейрутском курдском жур­нале «Рожа Ноу». .№ 66 и 68 за 1946 год, под заголовком «Naskirina Kurdistane» есть полные списки племен как в Турции, так и в Ираке и Иране; наконец, они кратко перечислены в журнале «Бахтиар Тегерана» (см. «Восток-Запад», CCLXXXX, от 15 июня 1954 г.).

245

привлек к себе местные племена; когда слава Тамерлана померкла в Курдистане, эмир Кара Осман стал настоя­щим курдом, восприняв нравы и обычаи курдов, их стремления, передав это затем своим потомкам, которые привели древнее племя хаккяри к новому расцвету; они приняли титул князей и с большим блеском упрочили свою власть в Битлисе, где их правление длилось вплоть до XIX века.

Мы, таким образом, привели версию о племени хак­кяри, данную Соном, однако следует заметить, что она в корне отличается от той, которая дается в «Шереф-наме» и которой мы отдаем предпочтение. Сон хорошо знал курдов Сулеймание и Арделана, а также курдов, живущих южнее, но его сведения о курдах севера ме­нее достоверны. Вожди племени хаккяри, резиденция которых находилась в Джуламерге (после их изгна­ния из Амадии атабеками Зенгуи в XIII в., в 1218 г.), в верховьях Большого Заба, претендовали на происхож­дение от Аббасидов. Первым князем этой династии, упомянутым в «Шереф-наме», был Иззедин Шир. Он пытался оказать сопротивление Тамерлану в крепости Ван в 1387 году, но разве возникал вопрос о его замене каким-нибудь Кара Османом? Эта первая линия хаккя­ри была вытеснена племенем домболи, однако другой местный княжеский род установил свою власть с помо­щью несторианцев, получив название Шембо.

На севере власть этого рода простиралась до округа Албак с главным городом Башкала. Последний пред­ставитель этого рода, Нуралла-бек, был смещен турка­ми, и в 1545 году Башкала был передан турецкими властями некой Халиме-ханум.

Что касается князей Битлиса, то их племя называ­лось рузгои и насчитывало 24 рода. Напомним (мы уже говорили об этом в гл. VI), что не следует отождест­влять феодального правителя с племенем. Феодальный правитель в действительности управляет многими пле­менами, которые могут быть курдскими, курдоизированными и даже христианскими. Он является племен­ным вождем только по отношению к своему племени, которое его содержит и к тому же нередко предостав­ляет ему необходимую воинскую силу для поддержания его власти. Он может и не быть курдом, как мы это видели на примере сердара Еревана (см. гл. VI), кото-

246

pun был гаджаром. Что касается князей Битлиса, то они носили ими Сарасбеков. Они владели в Битлисе настоящим феодальным замком (см. гл. IV) и могли распоряжатся армией от 20 до 25 тыс. всадников. Султану и шаху хотелось склонить их на свою сторону вследствие стратегического положения Битлиса, стоящего на пути от Халеба (Алеппо) к Тавру. Начиная с конца XVII века каждый новый князь этой династии, соблю­дая форму, делал небольшой подарок Блистательной Порте1). Эти князья стали столь могущественны, что сумели заключить очень мудрые соглашения с племенами в Джизре-ибн-Омаре, в Амадии, Джуламерге и Разандузе, а беки и князья принадлежали к племени хаккяри. Возможно, Сон и прав относительно Амадии и Джуламерга, но Джизре и Равандуз имели своих собственных князей и были не зависимы в своей политике как внутри, так и вовне, не считаясь с притязаниями иранцев и турок на их неприступную территорию. Под властью этих князей Битлис стал важным центром. Это Идриси, блестящему министру султана Селима, кур­ду из племени хаккяри, следует поставить в заслугу распространение власти этого племени на другие курд­ские земли.

2. К у р д с к и е п л е м е н а в А р м е н и и

Нет сомнения в том, что упадок феодального режи­ма в Турции и ослабление власти турецких беев от­крыли новые возможности для курдов, но вследствие политической акции турецкого правительства большая чисть их тяготела к Армении, где они и обосновались. После победы над, иранцами на Чилдиранской равнине в 1514 году Идриси переселил племена хайдеранлу, а также племена, союзные с ними, на север, в Армению, вдоль новых турецких границ с Ираном и Грузией, с тем чтобы обезопасить свои границы. Эти племена были освобождены от налогов при условии создания ими своего рода постоянной милиции, находящейся на службе турецкого государства. Однако во время войны 1829 года, в 1854 и 1877 годах отношение курдов было

^{___________________________________}

1. H.F. B. Lynch, Armenia, Travels and Studies, vol.II, р. 191 — 192.

247

двойственным, они не оправдали надежд, которые на них возлагали турки1). Можно ли переселение курдов в Армении датировать только этим временем? Минорский полагает, однако, что курды распространились на се­вер в более раннюю эпоху². Сначала это были кочев­ники, а затем часть курдов выступила в качестве привер­женцев ислама, оказывавшего давление на христиан. Известно, например, что предки знаменитого Саладина, принадлежавшего к племени равенд, кочевали уже в IX веке около Двина (близ Еревана). Вспомним также, что, согласно «Шереф-наме», племя рузгои отняло Битлис и Хазо у известного грузинского князя Давида. Согласно этому же источнику, приход династии курдов в Битлис относится к 837 году. Допустим, эта дата мог­ла быть более поздней, но это событие все же должно было произойти не позднее X—XI веков. Курды мало-помалу завладели таким образом некоторыми частями армянского царства, прекратившего свое существование в XI веке.

Согласно Линчу, основными курдскими племенами в Армении (Эрзурумский вилайет) были: зиреки, джибранли, зирканли, зиланли, хасананли, хаидеранли, адаманли, сипканли и мамаканли. П. И. Аверьянов назы­вает те же племена, добавляя к ним следующее: джемаданли, джелали (они станут также армянскими курдами, разделенными на восемь родов: котанли, соранли, саганли, хасананли, кечананли, дутканли, капдеканли и джинанканли), касканли, шадели, бедели, кизылбаши Коруджана (чарекли, балабан, бал-ушаги, кечилан и лоланли).

Князья Битлиса достигли вершины своего могущества в XVI, XVII и XVIII веках, то пользуясь независимо­стью, то признавая верховенство Ирана или Турции, а иногда отказываясь от него под предлогом невмеша­тельства во внутренние дела. Последний князь этого рода Шериф-бей оказывал туркам сопротивление в течение многих лет в первой половине, XIX века, когда турки приложили все усилия, чтобы подчинить Курди­стан своей власти. Попав в плен в 1849 году, Шериф-бей был перевезен в Константинополь, и с тех пор Битлисом стал править турок.

^{___________________________________}

¹Н. F. В. Lynch, op. cit.. vol. II, p.54l—542.

²Шахармены, как говорилось выше, сделали это в XII в.

248

Несмотря на то что хаккяри, таким образом, лиши­лись своей столицы, они и поныне (то есть вплоть до кемалистского режима) сохранили свою мощь и хорошо известны в горной части района своего обитания. Тур­ки, по их мнению, заняли примирительную позицию, рассчитывая на лояльность этого племени в погранич­ной зоне. Откроем здесь скобку, заметив, что Сон придерживался такой же точки зрения и перед мировой войной 1914—1918 годов. С тех пор положение изме­нилось. Во время первой мировой войны эти погранич­ные племена принимали участие в священной войне на стороне турок, покорив и опустошив христианские племена несторианцев в этой местности. После первой мировой войны и перед турецко-иракским уточнением границ, осуществленным только после 1925 года, поло­жение в этом районе было скорее неустойчивым. В итоге теперь политика Турции, видимо, не может более основываться на лояльности курдов, как об этом гово­рилось в свое время. Что касается хаккяри, то следует напомнить один любопытный обычай, связанный с пе­реходом власти. Если местный хан признается недостой­ным для передачи ему власти, созывают совет знати. Совет изучает ситуацию, и, если признает необходимым отстранение хана, перед ним ставят пару сапог. Это означает, что хан должен их надеть и покинуть собра­ние, согласившись, таким образом, на приход другого кандидата к власти. Однако земля и владение смещен­ного хана не конфискуются.

По соседству с хаккяри в округе Дерсим (вилайет Xapпут) находятся курды заза — обособленное племя, о котором известно только то, что оно обитает в этих гopaх много веков. Я очень сожалею, — говорит Сон,— что нe смог у них побывать, так как их арийский диа­лект относясь к той же группе, что персидский и курд­ский не походит, однако, ни на тот, ни на другой. Это племя живет на Верхнем Тигре. Путешественники гово­рят о нем как о «забавном, маленьком, малообщитель­ном народе». Те, кого я встречал, были действительно

^{___________________________________}

¹О Дерсиме теперь есть работа уроженца этой области, кото­рый просит извинения за то, что написал ее по-турецки. Работа называется: «Kurdistan Tarihinde Dersim», par le Dr Vet. M. Nuri Dersimi, Alер, 1952.

249

недоверчивы, но, судя по их внешности, это простой и чистый тип людей низкорослых, храбрых и работящих. У большинства из них голубые глаза и светлые волосы.

Б. Племена южного Курдистана (Ирак)

1. Б а б а н.

Та же система, которую Турция применила в отно­шении Армении, чтобы защитить свои границы на се­вере, была распространена позднее на южный Курди­стан (входящий в настоящее время в Ирак), начиная с его захвата султаном Мурадом IV, где продолжали править по наследству курдские беки с согласия Кон­стантинополя. Однако в начале XVIII века эта область, именуемая иялет Шехризур (см. гл. II), была постав­лена в прямую зависимость от вице-короля Ирака, ко­торый отныне назначал курдских беков в шести санджаках этого иялета: Киркуке, Эрбиле, Кои-Санджаке, Карачолане, Равандузе и Харире. Эти беки полу­чали от Блистательной Порты звание мириман, а от паши знак власти и обязывались поддерживать в воен­ном отношении турок, отражать нападение их врагов, равно как и снабжать фуражом и продовольствием ту­рецкие войска в иракской провинции. За это они осво­бождались от всех других налогов и правительственных сборов. В этой части Курдистана упомянем о племени бебе, или бабан, которое происходит от исчезнувшего племени соран (о котором упоминается в «Шереф-наме»). Бабан получили это название от имени их вождя, Бебе Сулейман Пишдера, который около 1678 года оказал туркам большую услугу в их борьбе против Ирана. Один из беев этого рода, Ибрагим-паша, основал в 1786 году на месте поселка Мелик Хенди город, который назвал в честь Буйук Сулеймана, вице-короля Ирака, Сулеймание, ставшим резиденцией беев племени бабан. Исмаил Хакки, младотурок и член турецкого парламента, при­надлежал к этому роду, так же как и Хамди-бей Бабан, упомянутый нами в гл. V, собравший великолепную документацию об истории своего рода и своего племени. В багдадском правительстве неоднократно имелись представители рода бабан в составе их кабинетов.

250

3. X е м а в е н д

Назовем также в этой местности федерацию племени Демавенд. Это племя принимало активное участие в русско-турецкой войне 1877—1878 годов и было награждено пожалованием земли в области Базиан (Чамча-мал). Диксон говорит о них так: «Страна между Кирку­ком и Сулеймание — это область курдов хемавенд, кочевого племени в 2000 ружей». Несколько лет назад (Диксон писал это в 1910 году) турецкое прави­тельство попыталось их наказать. После долгих поисков турецкому отряду удалось захватить несколько человек, которые были перевезены в Триполи. Один из их вож­дей сказал мне с гордостью, что три недели спустя после их прибытия туда они сбежали, проделав пешком всю обратную дорогу до самой иранской границы (см. л. VI). Они носят одежду полуарабского типа, ездят на кобылах, как арабы, и барышничают лошадь­ми. На высоком нагорье курды, как известно, ездят только на жеребцах, считая кобыл непригодными для езды.

В. Племена Иранского Курдистана

1. М у к р и

Покинем теперь турецкую территорию и повернем к юго востоку, где в Иране обнаружим племена мукри и арделан. Племя мукри занимает местность, располо­женную к югу от озера Урмия, и является южной ветвью северных курдов. Мукри говорят на курдском диалекте, фонетика и грамматика которого, вероятно, наиболее определившиеся. Мукри претендуют на то, что их диялект самый древний. Но его древность, вероятно, не превосходит другие курдские наречия, хотя прекрасно сохранившиеся старинные формы позволяют брать ее в качестве образца при сравнении с другими¹.

Племя мукри, породнившееся с Бебе Шехризур, по­явилось в области Мехабада в XV веке, возглавляемое вождем, по имени Сейф-Эддин. Оно одержало там

^{___________________________________}

¹Аграрные отношения у мукри были описаны Роулинсоном «Notes on a journey...». J. R. G. S., 1841, X, p. 35—36). ¹/15 часть земель-принадлежит роду Баба-Эмире; ¹/10 — ага; ¹/5 — крестьянам.

251

победу над турками джабуклу, захватив округ Дерия (Шахриверан), затем оккупировало округа Дола Барик., Ахтечи, Ель Тамур и Сулдуз. В четвертом поколении после Сейф-Эддина Эмире-бек в 1583 году получил oт султана Мурада III управление довольно обширной территорией, охватывающей Мосул, Шехризур, Эрбиль и т. д., до Мераге (на восток от озера Урмия). При его сыне Хейдер-хане мукри распространили свою власть еще на округа Мераге, Аджери и Леилан, на город Миандоаб и крепость Сару-Курган близ Мераге. Ханы мукри принадлежат к пяти семьям — Баба-Эмире, или Баба-Мири. С ними в мукринском Курдистане живет также давно осевшее здесь племя дебокри, представ­ляющее собой, вероятно, коренных жителей, покоренных мукри, которые пришли позднее как завоеватели. Воз­можно, что название дебокри происходит от демукри. В настоящее время племя мукри немногочисленно, но объединено с другими соседями, особенно на западе и юго-западе. Оно пользуется большой известностью вследствие своей доблести и могущества своих серда­ров, или правителей, которые на протяжении веков занимают свою небольшую, но любопытную столицу Мехабад. Шах Аббас, Надир-шах и Фатх Али-шах — все трое полагались на мукри в своих военных пред­приятиях. Первый из этих троих, и самый влиятельный, опирался на курдов, составлявших большую часть его вооруженных сил; он назначил множество курдов на высокие командные посты в своих войсках и, скажем прямо, одержал многочисленные победы, особенно на западе, благодаря курдам, которые были вместе с ним. Так было в 1624 году, когда курды-мукри составляли ядро армии Шах Аббаса, нанесшего поражение туркам в крупном сражении. Это племя держится в постоянной военной готовности из-за соседства племени билбас, с которым у мукри бывают частые стычки. Однако мукри и билбас имеют, конечно, общее происхождение и яв­ляются лишь двумя ветвями одного племени. Билбас действительно, так же как и мукри, принадлежат к бебе и говорят на том же диалекте. Билбас — очень могущественное племя, имеющее в Иране свои ответвления: мангур, пиран, мамаш и оджахка-хидри.

Среди вождей мукри Будах-хан имеет наряду с дру­гими большое влияние. За справедливость его на-

252

зывают Второй Ануширван (этот сасанидский царь вошел в историю с эпитетом Справедливый). Он жил в конце XVIII —начале XIX века. Сначала он примкнул к курдскому роду Зенд, который дал Ирану шаха (Керим-хана), но под конец был побежден каджарами, которые при Фатх Али-шахе признали его в качестве эмира мукри. Другие знатные мукри поступили тогда также на службу к каджарам, например Меджид-хан, который имел чин серхенга, и Исмаил-ага Дебокри, который был есаулом при дворе иранского шаха, и др. Дважды Будах-хан принимал участие в карательных экспедициях против билбасов, объединяясь с правитель­ствынными войсками, посланными Аббас Мирзой, на­следником трона и правителем Азербайджана.

Другой вождь мукри, о котором упоминается в истории каджаров, Азиз-хан, сердар из рода Баба-Мири, деятельность которого развернулась при Мохаммед-шахе и Насреддин-шахе. Он действовал в Тавре с несколькими другими знатными курдами, отправивши­мися туда в момент примирении Будах-хана с каджарами. Затем он с успехом выполнил несколько диплома­тических миссий (переговоры в Герате), а также административных (волнения в Ширазе) и был произ­веден в аджудан-баши, то есть стал военным прави­телем Тегерана в начале правления Насреддина. В Зенджане он занялся восстанием бабидов, приняв для этого необходимые меры. Возвратившись оттуда, он перешел через Тавр, уладил военные дела, а затем, вернувшись в Тегеран, организовал по приказу шаха службу порядка в столице, несомую курдами-мукри из Мехабада, келхорами из Керенда и афшарами под командованием его сына Али-хана. За это он был про­изведен в генералиссимусы иранской армии. Позднее, однако, из-за интриг Садр-Азама, Мирзы Ага-хана, Азиз-хан был обвинен в заговоре с русскими и англича­нами в целях объявления Курдистана независимым от Ирана. Он попал в немилость и возвратился в свое владение в Букане. Перекресток в Тегеране, именуемый «Чахар-рах-е Азиз-хан», сохраняет память о нем в столице.

Небезынтересно сообщить, говорит Сон, что на территории мукри родился великий пророк древней Персии Зороастр; здесь он прежде всего начал свои пропове-

253

ди¹. Здесь же а северной части территории мукри на­ходятся руины, известные теперь под именем Тахте-Солейман, остатки древнего Шиза, столицы Мидии².

Эти развалины находятся в провинции Афшар и окрестностях Сайн-Кала. Их называют также Северным Экбатаном, где парфяне потерпели поражение от Анто­ния.

Руины расположены на высоте 2743,2 м. Люди думают, что здесь находился дворец Соломона, окруженный джиннами и дивами (см. гл. 1 о восточных легендах, касающихся происхождения курдов). На ней вершине на высоте 3048 м, по преданию, был царицы Сабы, выстроенный из костей птиц и называе­мый Тахте-Балкис (другая версия о нахождении дворца Сабы: там, где теперь находится Ушну, на юго-западе озера Урмия, см. В i t n e г, op. cit., chap. VI). Истори­чески, однако, имя Тахте-Солейман может происходить от имени Солейман-шах Абу, который господствовал в Курдистане в XIII веке. Здесь некогда была столица Мидии, где Кир охранял сокровища Креза3).

Мукри, знающие множество легенд относительно этих мест, приводят их как доказательство утвержде­ния, что они самые чистокровные курды по происхожде­нию. У них есть, однако, и без того более очевидные доказательства их индийского происхождения (см. гл. I работы Минорского), так как говорят на том же языке, который больше всего приближается к языку авесты самого Зороастра,— считает Сон.

2. Б е н и - а р д е л а н

Южными соседями мукри является племя, ставшее в новейшее время общеизвестным и игравшее в иран­ской истории еще большую роль, чем мукри. Это так называемые бени-арделан, столица которых маленький очаровательный город Сенне расположен в провинции, известнон в Иране как собственно Курдистан (см. гл. II).

^{___________________________________}

¹Ныне больше доверия внушает утверждение, что Зороастр происходил из восточного Ирана.

²V. М i n о г s k у, Roman and Byzantine Campaigns in Atro-palene (BSOAS, vol. XI, part 2, S. 4: The fire-temple of Sliiz).

³Wilson, Persian Life and Customs, p. 161; история этого округа обогатилась после недавнего открытия клада в Зивие, близ Саккыза (см. работу Годарда, цитированную в гл. 1).

254

На этой провинции Арделан правил знатный и высоко­одаренный род, который, скажем, восходит к XIV веку. До него там - господствовали старинные арделанские князья. Этот род претендует на происхождение от само­го Саладина, который был курдом из рода Хассан-Кайфа, ответвлении племени хаккяри1).

Сенне — очень древний город. Многочисленные над­писи, относящиеся большей частью ко времени Сасанидов, встречающиеся в его окрестностях, свидетель­ствуют об этом. Область юго-западнее Сенне, то есть Холван, Зохаб н теперешний Касре-Ширин, была цар­ской резиденцией Сасанндов. Руины древнего Холвана находится около Серполя в Зохабе. Этот округ распо­ложен вдоль ирано-иракской границы, северным рубе­жом которого служит река Сирван, а южным — река Елвенд (см. гл. II). В эпоху Сасанидов, когда был воздвигнут Касре-Ширин, а Ферхад высекал надпись на скале Бехистун, здесь стоял большой город Холван. К 400 году до н. э. Холван н его провинция простира­лись до Шехризура.

Ханы Арделана, правившие несколько веков незави­симо, приняли звание вали Арделан, каковое им дали иранские шахи, по отношению к которым Арделан был всегда очень лояльным. Независимость ханов Сенне была несколько затронута этим изменением. Единствен­ное свидетельство их подчинения выражалось в постав­ке ими военных контингентов, что они обязались неукоснительно выполнять. До времени Хосров-хана, сына Амануллы-хана, прославленного вождя, которого до сих пор помнят в этой местности, Арделан сохранил свою независимость почти целиком, сотрудничая с иранцами в их войнах скорее в качестве союзника, чем вассала.

Престиж этого вали, как мы об этом читаем в доне­сении Цицианова князю Чарторыйскому от 29 января 1805 года (приведенном Внльчевским, цит. соч., гл. VI), был довольно значителен в иранской монархии. Иран,

^{___________________________________}

¹Здесь неточность. Племя саладин, равенд, или равади, про­исходит с севера, из окрестностей Аракса. Позднее оно передви­нулось на юг. Брат Саладина жил в Тикрите, около Мосула. Минорский сделал последнее уточнение в чтом вопросе в появившихся в издании Кембриджского университета его «Studies in Caucasian History», 111, озаглавленных «Prehistory of Saladin».

255

помимо ханств и областей племени беклербек, его со­ставляющих и подчиненных непосредственно доброй воле шахов, имеет четыре вице-королевства, называе­мых по-персидски вали, а именно: вали Арабистана, вали Гурджистана (царь Грузин), вали Луристана и вали Курдистана. Последнему принадлежат земли по соседству с турецкими владениями и Баязита, который некогда принадлежал вали Курдистана и теперь населен курдами. Четыре правителя вали имели при дворе шахов звания и обязанности, которые они обрели во время коронации шаха в Ардебиле. Это следующие обя­занности: вали Арабистана должен был держать джига (djiga) или перья головного убора, вали Гурджиста­на— меч, вали Луристана — корону и вали Курдиста­на— украшение, состоящее из двух портупеи, усыпан­ных алмазами.

Без признания хотя бы одним из этих сановников шах не мог быть коронован. Прерогативы вали состоят в том, что в отсутствие шаха они могут жаловать титул хана и учреждать ханства. Они выполняют эти права по старшинству, а именно: первый — вали Арабистана; после него идет вали Гурджистана и затем вали Лури­стана и Курдистана. При жизни старшего более моло­дые не пользуются этим правом.

Это маленькое царство расширило свою власть в течение веков, присоединив все провинции и более сла­бые племена до границ с джаффами, мукри и владе­ния князей Равандуза. Оно включает следующие провинции: Джванруд, Авроман, Мериван, Бане, Саккыз и округа Хассанабад и Исфандабад. В настоящее время все они включены в Арделан и представляют со­бой округа (булук) провинции Сенне или Сенендедж. Иранский Авроман делится на две части: Авромане-Тахт, расположенный на востоке большой горной цепи, покрытой снегом, являясь продолжением гор Шаху, воз­вышающихся на востоке Зохаба, и Авромане-Локхун, который находится на западном (иракском) склоне горной цепи. Округ Мериван находится восточнее, по ту сторону под озера Зерибар. На востоке он образует две долины, разделенные горами Имам; на западе долины соединяются, образуя равнину вокруг озера Зерибар.

Среди этих округов Авроман самый интересный.

256

Эта в сущности крошечная независимая провинция оставалась в ведении своих собственных правителей, при­надлежащих к гордому роду. Там говорят на особом языке и называют себя не курдами, а аврами. И дей­ствительно, судя по их языку и другим особенностям, аврами не должны как будто рассматриваться как курды.

Аврами живут в горной впадине, окруженные со всех сторон мощными скалистыми стенами. Вид этих стен и расположение так же исключительны, как и обитатели этой впадины. Согласно легенде, Дарий Мидийский прогнал их предка Аврама с его родины близ Демавенда в северную Персию; Аврам спасся со своим братом Кандулом в Мидии, нашел убежище в этих отдаленных горах, устроился там и стал родоначальни­ком племени аврами.

Арделанские ханы во время своего владычества пы­тались изгнать и подчинить аврами, но безуспешно. Так или иначе, единственное из маленьких племен, стоящих на границе, аврами могут еще и поныне (1914) свободно оглядывать склоны гор, не заботясь ни о чем, так как их вождь Али-хан в своем дворе Аврам независим во всем, если не считать имени.

Маленькие округа Мериван и Бане на севере Авромана остались под властью их беев и ханов и никогда не причиняли столько беспокойств, сколько чисто курд­ский и малюсенький Авроман. Беки Меривана вели междоусобные войны обычно с правителями Авромана, как и в наши дни, но по отношению к роду Арделан, который, как обычно, держался уверенно, этот округ всегда оставался в покорности. Двор Сенне существовал до XIX века, и самым известным среди ханов был, по-видимому, Аманулла-хан, вали Арделана в течение двух первых десятилетии XIX века, который старался при­дать королевский вид своей небольшой столице.

Род Сенне связал свою судьбу с племенем каджаров, когда оно посягало на иранский трон и заключило с ним договор о дружбе и союзе. Продемонстрировав таким образом свое подчинение династии Каджаров, род Сенне остался верен своему слову, оказав воен­ную помощь в сражениях с неудачливым Лютф Али-хай Зендом, после разгрома и смерти которого трон оказался н руках Каджаров.

257

Хосров-хан (сын Амануллы) женился на Валийе-ханум, дочери Фатх Али-шаха. Эта энергичная жен­щина продолжала держать в своих руках бразды прав­ления и после смерти мужа. Ее наследником стал хан Голам-шах (1865), последний вали Арделана. После его смерти Насреддин-шах, использовав права родителя и суверена, поставил наследников в неопределенное по­ложение. В момент, когда молодые ханы ждали реше­ния о наследстве, он неожиданно назначил в качестве правителя Курдистана своего дядю, очень энергичного человека Мотамед-эд-Доуле. Население Арделана ока­зало лишь слабое сопротивление, свыкнувшись с тем, что оно очутилось под властью каджарской княгини, а также в силу того, что местная династия утратила свое влияние и пришла в упадок. Мотамеду-эд-Доуле, таким образом, было легко укрепить свое положение в Сенне. Но когда он обратился к Авроману, то обнаружил там совсем иное положение вещей. Аврами, которые не хотели подчиниться династии Арделан, считали, что подчинение Ирану создает условия существования, не­совместимые с их натурой. Мотамед-эд-Доуле при­шлось вести продолжительную и трудную борьбу для подчинения Хасан-хана, султана Авромана, а когда он этого достиг, то племя это заставило его считаться с тем, что власть была передана сыну Хасан-хана и его брату.

Теперь (1914) Авроман расположен частично на ту­рецкой территории (в настоящее время иракской), дру­гая же, большая часть — на иранской территории. Хотя его правители тут и там номинально подчинены этим государствам, они остаются независимыми в своих планах и действиях, особенно Али-шах, Аврами Ирана, который никого не желает слушать. В момент, когда были написаны (Соном) эти строки, против Али-шаха была направлена экспедиция из Сенне, чтобы собрать налоги и попытаться навести там порядок. При режиме Пехлеви Авроман больше не проявляет стремления к неповиновению.

Род Арделан, хотя и лишен власти, не стал от этого менее известным и занимает достойное место под эги­дой иранского правительства. Его старейшина, Фахр-ул-Мулк, пожилой, очень образованный и воспитанный человек, в 1917 году занимал пост правителя Шустера

258

и Дизфуля в Арабистане; у него был наследник в 25-летнем возрасте.

Небольшой исторический обзор Сенне, сделанный Соном, показывает, что, как и в Турции (Битлис, Джезире, Амадия, Равандуз и т. д.), в Иране некоторые курд­ские племена поднимались до положения маленьких княжеств, зависимость которых от центральной власти была только номинальной. Благодаря «Шереф-наме» мы очень хорошо знаем о внутренней жизни и о воен­ных подвигах княжества Битлис. Немало страниц там также посвящено Арделану, о котором я опубликовал хронологию на основе одной персидской рукописи («Revue du Monde musulman»). Этот же вопрос иссле­дуется в одном иранском манускрипте, хранящемся в Национальной парижской библиотеке. Оба текста ма­ло, однако, отличаются друг от друга в основных вопро­сах, как я смог в этом убедиться при .их сравнении. X. Л. Рейбино в своем секретном донесении, уже цити­рованном, дает также существенное резюме истории Сенне.

3. Д ж а ф ф

Обратимся теперь к соседям Арделана — племени джафф, которое имеет во всем южном Курдистане ре­путацию свирепых и изворотливых вояк. До настояще­го времени почти ничего не было известно об их исто­рии, и то, что приводит здесь Сон, дается на основа­нии авторитетных сведений одного члена этого правя­щего рода, Мохаммеда Али-бек Пуштамал из Кызыл Рубата на крайнем юге Курдистана.

Это племя, как предполагают, обитало в Джаванру, одной из провинций Арделана, упомянутых выше, вплоть до 1700 года, где оно находилось под властью вали Арделана. Итак, в то время как арделанцы бро­сали завистливые взгляды на очень (плодородную про­винцию Джаванру, будучи обеспокоенными все воз­раставшей мощью джаффов, те старались укрепить свою власть в правительстве этой провинции. Как всег­да, затем последовала борьба, и после одного из сражений, в котором вождь джаффов, его сын и брат были взяты в плен и убиты, другие вожди племени скрылись под защитой курдского паши Сулеймание;

259

исключение составили несколько маленьких племен, привязанность которых к родной земле была сильней, чем ненависть по отношению к захватчикам. Но и среди них некоторые ответвления, а именно Кадир, Мир Вайси, Тайшай, Калкани, Юсуф Яр Ахмеди, Куйик, Нирджи и Гуркайч, не смогли вынести власти надменных вали Арделана, нашли себе убежище у гуран, приняли их имя и стали называться джафф-гуран.

Курдский паша Сулеймание оказал покровительство вождям джаффов и предоставил их племенам право кочевать весной и осенью вдоль пути, который они те­перь занимают, следовательно, на севере к Пенджвину и на юге до Кызыл Рубата и Ханекина. Они оказа­лись также под началом турок (теперь Ирака). В этом большом племени (или конфедерации племен) насчи­тывается приблизительно 100 тыс. человек, и их руко­водитель в настоящее время (1914), Махмуд-паша, за­являет, что за несколько часов он может поставить иод ружье 4 тыс. всадников.

Джаффы живут зимой на западе от реки Сирван и от линии Ханекин-Кара-Тепе-Салахия до гор Карадага, так же как и в Шамиране и на равнине Шехризур. Часть (примерно 2 тыс. семей) ведет оседлый образ жизни, другая часть (примерно 8 тыс. семей) — полу­кочевой, продвигаясь весной на восток до Сенне и на север до Саккыза. Первый, кто среди них лет 300 на­зад эмигрировал из Джаванру в бассейн реки Сирван, был некий Захир-бек. За ним последовали другие, и к 1638 году джаффы помогли уже султану Мураду IV во взятии Багдада, получив в качестве награды за это звание муради, которое, однако, среди них малопопу­лярно. В провинции Джаванру их осталось приблизи­тельно 4 тыс. семей, и около 1500 семей обосновались среди гуран.

В своих «Путешествиях и приключениях в Персии» Ж. П. Феррье (1845) дает нам несколько живых на­блюдений, которые здесь будут к месту. Так, например, он описывает (стр. 13) караван-сарай Ханекина, «куда толпами всегда спешит население окружающих окру­гов... Джафф там толкает сенджаби, билбер находится рядом с бахтиари и луром». Феррье может ошибиться в названии и происхождении племен, но он делает одно очень точное замечание, говоря: «Нельзя не восхищать-

260

ся благородством, с каким эти люди носят лохмотья в странном контрасте с роскошью и красотой их оружия. Такой удален, поношенная одежда которого не стоит и десяти су, обладатель дорогостоящего ружья».

Он рассказывает также о несправедливом нападении одного командира иранской конницы на племя джафф «с целью обогатиться за их счет и дать понять шаху, отравив ему ложное донесение, что он храбрый, пре­данный и умный слуга». А джаффы сполна заплатили налог; «только, когда шах Абоас-хан хотел его удвоить и свою пользу, они отвергли его нелепые требования» (стр. 25- 28).

Один из последних вождей джаффов, Осман-паша, умер осенью 1909 года, укрепив племя и увеличив его благосостояние своей женитьбой на Аделе-ханум (см. гл. V) из старинного рода Арделан, из которого происходили придворные министры при дворе вали. Своей женитьбой он, хотя и вызвал недовольство ту­рок, заслужил признательность иранцев, которые ему присвоили титул и наградили почетной саблей, одоб­рив тем самым выбор жены из «персианок».

Паши джаффов — люди гордые и надменные, они несколько многословны, но быстры в действии. В те­чение последних ста лет они приняли решительные меры, дабы после первого раскола племени пресечь повторные. Среди больших курдских племен джаффы, может быть, единственные, оказавшиеся способными поддерживать свою внутреннюю консолидацию так хо­рошо, что благодаря объединенным действиям вождей различных ветвей это племя развилось и стало богаче и могущественнее.

Действительно, характерная черта жизни курдов — это неспособность племен жить в мире между собой (она избавляет Турцию и Иран от опасности больших курдских нашествий, что имело место в прошлом),— черта, однако, очень распространенная среди других горных народов во всех частях света.

Сон переходит теперь к гуранам (см. гл. VI). Воз­можно, что среди всех курдских племен гурани лучше всего известны, так как путешественники в западном Иране и южном Курдистане больше всего на них обра­щали внимание. Все гурани вместе с джаффами насчи­тывают приблизительно 10 тыс. семей. Зимой они живут

261

на равнине Зохаба, к запалу от него, а летом растяги­ваются от Серпуля до Керенда, Риджаба и Махидеште. Вероятно также, что в образовании этого племени сы­грали роль келхоры, принявшие название гуран, при­меняемое вообще к оседлому, занимающемуся сельским хозяйством населению. Вдоль границ, разделяющих Курдистан и Луристан, есть много племен, которые, не являются ни курдами, ни лурами и говорят на диалек­те, в котором можно обнаружить следы таджикского языка.

Существует в настоящее время мнение, согласно ко­торому эта страна была заселена оседлым населением, называемым гуранами. Оно говорило на языке, на ко­тором с некоторыми модификациями говорили оседлые племена Авромана, Кандуле и Рижо. Этот язык был и остается еще и теперь в какой-то степени классическим языком племени арделан, им пользовались и пользуют­ся; в настоящее время в Сенне и в его окрестностях это язык обширной поэзии. Его называют теперь «аврами» или «шахризури». Этот язык был в последнее время исследован О. Манном и Бенедиксеном. Он как будто принадлежит к диалекту гуран. По древности он не превосходит современный персидский язык. Тот факт, что большинство оседлых гуран пользуется еще этим языком, тогда как кочевники говорят на чисто курдском языке, хорошо объясняется обстоятельствами, благодаря которым небольшие племена джафф и келхор были вынуждены искать приюта у гуран и принять их имя.

После 1639 года, когда Иран и Турция заключили договор о разграничении, не столь уточненном, и когда джафф и другие племена объединились с ними, гурани управляли, пользуясь большим авторитетом в своей сто­лице в Гахваре (на северо-востоке Керенда и юго-восточнее гор Долаху), прославив свои баллады и поэмы, благодаря чему некоторые жанры курдских поэм носят название гуран.

В последнее время, однако, они утратили влияние из-за слабости своих вождей, целиком отстранившихся от всего, открыв поле действия для племени келхор, которое в настоящее время сильнее, чем когда-либо, объединив под своим названием большую группу ма­леньких разорившихся племен,

262

4. Келхор

В течение веков келхор обитают на крайнем юге Иранского Курдистана по направлению к границе и к Керманшаху. Оседлое и кочевое население келхор на­считывает 25 ветвей. Некоторые из них имеют постоян­ные центры обитания зимой и летом, другие, разорив­шись, потеряли и скот и землю, нанялись в пастухи или слуги (нукер), стали арендаторами и т. д. Большинство ветвей у келхор ведут кочевой образ жизни, занимаясь скотоводством. Однако это им не мешает в нормальные годы производить хлеб в таком количестве, что они сбывают примерно одну треть в Керманшах. Сверх того они извлекают средства, взимая налоги с караванов, которые пересекают их землю от Багдада в Керман­шах. Келхор содержит 21 пост. На каждом из них постовые (кара-суран.) получают кран с поклажи. Пе­ред первой мировой войной их вождем был Дауд-хан; человек, приобретший большой авторитет, простой тор­говец, он сумел стать главой племени и бесспорным хозяином всей территории от Кермапшаха до границы после лишения гуран власти и полного покорения неко­торых мелких племен, например синджаби. При помощи женитьбы он породнился со знатными родами, между прочим, с родом вали Поштекух. Он украсил город Гилан прекрасными каменными зданиями и посадил фрук­товые сады. Убит он был в июне 1919 года в Сенне, сражаясь на стороне князя Салара-эд-Доуле (претен­дент Каджаров) против правительственных войск Фер­ман Ферма.

Феррье (стр. 30—31) живописно рассказывает нам о перегоне скота на летние пастбища в Сенджаби и возмущается тем, как «лавина персов, нарушая эту компактную массу, столкнула немалое количество жи­вотных в пропасти». «Было жалко смотреть, — говорит он — как несколько молоденьких ягнят, лошадей, телят, связанных между собой, разбивались, падая в про­пасть».

Что касается келхор, то их современное положение описано в одной статье «Дейли телеграф» (28 сентября 1946 г.) подполковником А. Р. Питтом. Там говорится, что «вследствие притеснений и вымогательств, практи­куемых иранскими чиновниками в прошлом и настоя-

263

щем, интриг соперничающих родов и алчности крупных земельных собственников Керманшаха крестьянство ра­зорено и его экономическое положение теперь исклю­чительно тяжелое». В статье речь идет также и о вожде этого племени Аббас-хане. Как и много других вождей племен, он был взят в плен в 1926 году Peзa-шахом, который хотел покончить с традиционной вла­стью ханов в племени и заставить их признать власть центрального правительства. Освободившись в 1941 году, Аббас-хан так устроился, чтобы быть избранным в депутаты Керманшаха в 1944 г. Во время движении племен осенью 1946 года против Тегерана Аббас-хан играл некоторую роль (см. «Восток-Запад», № 722 от 15 октября 1946 г.).

Предшествующие страницы позволили читателю бросить беглый взгляд на судьбу нескольких больших курдских племен в Турции и Иране. В специальной главе, посвященной национальному движению курдов, я возвращусь к тем моментам, которых я здесь лишь слегка коснулся. Но уже сейчас я считаю долгом предупредить читателя, что вследствие быстрого изме­нения политического положения во внутренней Азии сразу же после первой мировой войны положение курд­ских племен подверглось также глубоким изменениям.

Именно в Турции и Иране правительственный нажим усилился в такой степени, что все попытки вернуться к независимости наталкивались на грубые репрессии. Это хорошо было видно в Иране, где по окончании первой мировой войны вождю племени шеккак Исмаилу-ага Симко удалось сначала в силу благоприятных обстоя­тельств распространить свою власть на всю область между озером Урмия и турецкой границей, но в конеч­ном итоге он был побежден, бежал и в 1922 году был убит в окрестностях Ушну. Англичане, укрепляясь в Ираке, также вели борьбу с курдами, а именно с Мах­мудом-пашой, который провозгласил было себя «пади­шахом Курдистана». Эта попытка была подавлена, как и восстание шейха Барзана к северу от Мосула. В Турции шейх Сайд в 1925 году развязал освободи­тельное движение, но потерпел неудачу, как терпели не-

264

удачу и другие курдские восстания в этой же стране. Я не хочу из этого делать никакого вывода, я констатирую только, что период племенных и феодальных отношений для курдов, по-видимому, подходит к своему концу, что амбиции, которая благоприятствовала этим отношениям в дряхлой Османской империи и в анархи­ческом Иране Каджаров, больше не существует, что Восток модернизируется, изменяется и у нас на глазах вступает в новую фазу политического развития, которая потребует от всех нации большого и пристального вни­мания. Курды ничего не получили в 1914—1918 годах, участвуя в священной войне. Их вожди должны теперь хорошо подумать, прежде чем что-то пред­принять1).

^{___________________________________}

¹ В предыдущем изложении шла речь об эпохе, которую опи­сал Coн,— эпохе 1914 года.

265