Типы интервью

Интервью проводятся различными способами и с различными целями. В клинической практике мож­но выделить: а) ознакомительные интервью, в про­цессе которых клиент сообщает о себе первоначаль­ную информацию и говорит о причинах, заставивших его обратиться к клиницисту;

б) анамнестические интервью, цель которых — выяснить подробности, связанные с состоянием здоровья клиента, особен­ностями его работы, происхождения, окружающей семейной обстановки и т. д.; в) ориентировочные ин­тервью перед тестированием, которые предшеству­ет клиническому тестированию или в некоторых случаях проводятся после (дебрифинг); г)интервью для определения психического статуса; д) ин­тервью по выявлению поведенческих проблем, кото­рые проводятся с целью диагностики или функцио­нального анализа; е) психотерапевтические, или консультативные, интервью. Реже клиницистами практикуются: а) кризисные интервью, которые не­редко проводятся работниками приемных отделений клиник для оказания экстренной психологической помощи или парапрофессионалами по горячей теле­фонной линии в случаях изнасилования, суицида, жестокого обращения с ребенком или в других трав­матических ситуациях; б) отборочные интервью с целью найма сотрудников или отбора добровольцев-парапрофессионалов; в) исследовательские интер­вью, проводящиеся в ходе самых различных научных исследований, посвященных клиническим и соци­альным проблемам. Ниже мы опишем лишь некото­рые распространенные типы оценочных интервью.

Анамнестические интервью. Вероятно, этот тип интервью наиболее часто используется в клини­ческой практике, приводя к сбору анамнеза (состав­лению истории болезни, case history). Независимо от продолжительности такого интервью, клиницист должен получить некоторые сведения личного ха­рактера для дальнейшей работы с клиентом. Отдель­ные направления терапии, такие как роджерианская и гештальт-терапия, пренебрегают оценкой и сбором анамнеза, сосредоточиваясь на текущих чувствах и субъективном восприятии клиента (см., например: Perls, 1969). Другие подходы требуют проведения пространных интервью с охватом всей биографии клиента. Как правило, анамнез собирается из отдель­ных фрагментов. Размышления о текущей проблеме могут напомнить клиенту о событиях прошлого и породить тревогу о будущем. Анамнез никогда не предстает перед клиницистом в упорядоченной фор­ме, являющей собой идеал окончательного отчета. Поэтому клиницист должен быть готов к некоторым отклонениям от темы, но в то же время держать в уме ряд тем, обязательных для рассмотрения. В мо­дуле 4.2 приведен подробный перечень тем анамне­стического интервью. Полное их раскрытие может потребовать многочасовой беседы, особенно с разго­ворчивым клиентом, поэтому в каждом конкретном случае клиницист должен выбрать наиболее подхо­дящие темы интервью для достижения целей обследования. Разумеется, приведенный перечень подлежит корректировке при работе с детьми, с клиентами, стра­дающими речевыми расстройствами, или с индивида­ми, проявляющими психотические симптомы.

МОДУЛЬ 4 Модуль 4.2 ПЛАН ПРОВЕДЕНИЯ АНАМНЕСТИЧЕСКОГО ИНТЕРВЬЮ

Однако полезно помнить, что клиенты излагают свою личную историю. Они предлагают ее клиницисту в повествовательной форме. Ни один человек не способен воссоздать свою биографию с абсолютной точностью. И в этом смысле анамнестическое интер­вью не позволяет выявить подлинную историю клиен­та. Его результатом является лишь рассказ, предостав­ленный конкретным человеком в конкретный момент времени. Такого рода личное толкование представля­ет ценность само по себе однако отдельные его детали клиницисту приходится сверять со свидетельствами родственников и архивными записями

1.Личные данные: имя, пол, профессия, размеры годового дохода, образование, семейное положе­ние, домашний адрес, дата и место рождения, ве­роисповедание, культурная принадлежность и т, д.

2. Причины обращения за помощью: ожидания, касающиеся услуг. 3.Жизненная ситуация в настоящем и в недавнем прошлом: жилищные условия, основные характеристики окружающей обстановки, круг по­вседневных занятий, изменения, произошедшие в жизни за последние месяцы, предстоящие из­менения. 4.Семейное окружение: родители, братья и сест­ры, другие значимые члены семьи; возрастание роли респондента в семье. 5.Воспоминания раннего детства: первые отчетли­вые воспоминания и связанные с ними ситуации. 6.Рождение и особенности развития: возраст, в котором клиент начал ходить и говорить; проблемы, которые испытывал клиент по сравне­нию с другими детьми; другие основные этапы развития, мнение клиента о характере влияния на его жизнь ранних переживаний. 7.Здоровье и физическое состояние: болезни и травмы, перенесенные в детском, подростковом и зрелом возрасте; прием рецептурных лекарств в настоящем; прием нерецептурных лекарственных препаратов в настоящем; курение и употреб­ление алкоголя; оценка собственного физичес­кого состояния по сравнению с физическим со­стоянием других людей; режим питания и занятия физкультурой. 8.Образование и обучение: сферы особого инте­реса и достижений; внеклассное обучение; сфе­ры, вызывающие затруднения или гордость; на­личие проблем, связанных с культурной принадлежностью. 9. Трудовая деятельность: причины изменения ме­ста работы или профессии; отношение к работе. 10. Досуг, интересы, развлечения: участие в доб­ровольной деятельности, чтение, мнение респондента о своей удовлетворенности возмож­ностями самовыражения и формами проведе­ния досуга. 11..Сексуальное развитие: первые эпизоды осоз­нания своей сексуальности; формы сексуаль­ной активности; оценка удовлетворенности своей сексуальной жизнью. 12. Сведения о браке и семье: основные события в личной жизни и их причины; сравнение своей нынешней семьи с семьей родителей или эт­ническими и культурными нормами. 13. Социальная поддержка, социальные интересы, круг общения: люди, с которыми чаще всего приходится общаться; люди, способные оказать различные виды помощи, количественная и качественная оценка своих взаимодействий с ок­ружающими; требования, предъявляемые к дру­гим людям; ощущение своей полезности для окружающих и востребованности непосред­ственным сообществом. 14.Самооценка: сильные и слабые стороны; спо­собность к использованию воображения, креативность, ценности и идеалы. 15.Моменты выбора и поворотные моменты в жиз­ни; наиболее важные решения и изменения в жизни, включая единичное, самое важное в жизни событие. 16.Личные цели и виды на будущее: какие собы­тия хотел бы наблюдать клиент в ближайшем и отдаленном будущем и что необходимо для их осуществления; реалистичность субъективной ориентации во времени, способность к расста­новке приоритетов. 17.Любая другая информация, которую клиент со­чтет упущенной при сборе анамнеза. Источник:. Воспроизводится с разрешения по Sundberg, The Assessment of Persons. Copyright © 1977 by Prentice Hall.

Структурированные интервью. Интервью мо­гут быть структурированными или неструктуриро­ванными. В течение последних 30 лет число разно­видностей структурированных интервью неуклонно возрастало: так, например, появился «Список вопро­сов для лиц с аффективными расстройствами и ши­зофренией» (SADS), разработанный Эндикоттом и Спитцером (Endicott & Spitzer, 1978). Доводы в пользу проведения структурированного интервью достаточно просты: если все клиницисты будут за­давать клиентам одни и те же вопросы, то надеж­ность данных, получаемых в ходе интервью, возрас­тет. Действительно, исследования подтвердили этот

вывод для различных типов интервью, проведении как с детскими, так и со взрослыми клиническим, популяциями (Kaufman et al., 1997), и даже при от боре волонтеров (Hollwitz & Wilson, 1993). Используя пространную анкету, подготовленный интервьюер задает клиенту серии вопросов. Большинство из них — вопросы закрытого типа, например: «Был ." в вашей жизни продолжительный период, когда к практически ежедневно пребывали в состоянии депрессии?» или «Насколько изменился ваш вес после появления дайной проблемы?» На вопросы 3i рытого типа можно дать только краткие ответы «да или «нет», в отличие от открытых вопросов: «Как вы сегодня себя чувствуете? Используя специальные критерии, клиницист вывести на основании таких ответов вполне определенный диагноз. Структури­рованные интервью были разработаны для удовлет­ворения самых различных нужд, возникающих в ходе обследования. Примерами являются дифферен­циальная диагностика (Segal & Falk, 1998), диагно­стические процедуры при работе с детьми (Costello. Edelbrock, Kalas, Kessler & Klaric, 1982), оценка вме­няемости при проведении судебной экспертизы (Golding, Roech & Schreiber, 1984), оценка уголов­ной ответственности и предварительное психиат­рическое обследование в исправительных заведе­ниях («Шкалы Роджерса для оценки уголовной ответственности»; Rogers & Shuman, 2000). Другие примеры структурированных интервью приведены в табл. 4.1.

Сегал и Фок (Фальк) (Segal & Falk, 1998) прове­ли общий анализ валидности, надежности и прак­тичности наиболее распространенных типов струк­турированных интервью. Авторы пришли к выводу, что хорошо разработанные структурированные ин­тервью могут использоваться профессионалами, па­рапрофессионалами и даже проводиться компьютер­ным методом без всякого значимого ущерба для их надежности. Однако применение структурирован­ных интервью чревато многочисленными проблема­ми. К примеру, клиницисты, склонные впадать в чрезмерную зависимость от использования структу­рированных протоколов интервью, рискуют упус­тить важную информацию, не учтенную протоколом. С другой стороны, протоколы, в которых предпри­нимается попытка учесть все мыслимые обстоятель­ства, зачастую оказываются столь громоздкими, что их оперативное клиническое использование является крайне затруднительным. Кроме того, стиль об­щения, определенный жесткой схемой структуриро­ванного интервью, может оттолкнуть клиента и поме­шать установлению рабочего альянса с клиницистом. Подобная ригидность, неизбежная при проведении структурированных интервью (Hodges, 1994), приве­ла к тому, что в конце 1990-х гг. клиницисты все чаще стали использовать более гибкие, полуструкту­рированные интервью.

Таблица 4.1. СТРУКТУРИРОВАННЫЕ ИНТЕРВЬЮ, ЧАСТО ИСПОЛЬЗУЮЩИЕСЯ В КЛИНИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ

Структурированное интервью	Применение
«Список вопросов для лиц с аффективными расстройствами t шизофренией» (SADS), разработанный Эндикоттом и Спитцером Endicott & Spitzer, 1978) •Схема диагностического интервью» (DIS; Robins, Helzer, Croghan, Williams & Spitzer, 1981)	Работа со взрослыми: дифференциальная диагностика более 20 диагностических категорий. Существует также детская версия K-SADS
«Структурированное клиническое интервью для DSM-IIIR» (SCID; Spitzer, Williams, Gibbon & First, 1990)	Часто используется парапрофессионалами и непрофессионалами в ходе эпидемиологических исследований (например «Изучение зоны эпидемиологического поражения», Robins & Reiger, 1991), призванных собирать информацию более чем о 30 основных психических расстройствах
«Схема диагностического интервью для детей, пересмотренная версия» DISC-R; Shaffer, Shwab-Stone, Fisher & Cohen, 1993)	Предназначено для сбора информации с целью широкоохватной дифференциальной диагностики расстройств, представленных в DSM-IIIR
«Интервью для выявления личностных расстройств, версия IV» Widiger, Mangine, Corbitt, Ellis & Thomas, 1995) «Схемы клинической оценки в нейропсихиатрии» (SCAN)	Может использоваться в индивидуальной диагностике или эпидемиологических исследованиях (национальных и международных)

Источник: Воспроизводится по Nietzel, Bernstein & Milich, 1998, с. 138

Анализ психического статуса (MSE) вновь по­ступающих психиатрических пациентов, прежде все­го стационарных или тех, у кого подозревают тяже­лые расстройства. — процедура, имеющая давние психиатрические традиции и зарекомендовавшая себя в качестве «краеугольного камня описательной психопатологии» (Robinson & Chapman, 1997, p. 1). Данный метод был разработан для медицинской оценки функционирования «сознания», будучи со­ставленным аналогично методам медицинской оцен­ки функционирования любого другого органа или системы организма. Определение психического ста­туса имеет особое значение в рамках подхода, на­званного нами биомедицинской ориентацией. Пси­хологам полезно владеть данной формой клиничес­кой оценки, как потому, что она помогает понять особенности типичной психиатрической практики, так и потому, что существует ряд условий, в кото­рых клинические психологи в состоянии самостоя­тельно провести подобный анализ. Обычно задачей первой встречи интервьюера с пациентом является составление отчета и занесение его в медицинскую карту клиента. Во многих психиатрических службах анализ психического статуса и сбор анамнеза явля­ются единственными формами оценки, достаточны­ми для постановки психиатрического диагноза (Burgess, 1992). Кроме того, получаемая в результа­те интервью предварительная картина текущего пси­хологического состояния пациента может выявить необходимость в более детальном анализе посред­ством психологического тестирования до того, как будет поставлен диагноз и составлен план лечения (Mohs, 1995).

Хотя различные клинические руководства но оценке психического статуса содержат перечисления различных тематических областей для MSE, следу­ющие семь аспектов охватывают основное содержание любого интервью, направленного на определе­ние психического статуса: а) внешний вид и поведе­ние; б) установки в отношении к клиницисту и ситуации; в) речь и коммуникация; г) содержание мышления; д) сенсорное и когнитивное функцио­нирование; е) эмоциональное функционирование; ж) степень осознанности и суждения. В ходе MSE чаще всего используется полуструктурированное интервью, формат которого позволяет подстроиться под состояние конкретного пациента, хотя его мож­но преобразовать и в более стандартизированные процедуры. В настоящее время широко применяет­ся и исследуется «Сокращенный анализ психиче­ского статуса» (MMSE) (Tombaugh, McDowell, Kristjansson & Hubley, 1996).

Кризисные интервью часто оказываются незап­ланированными и проводятся в клиниках или кри­зисных центрах при поступлении телефонных звон­ков от эмоционально возбужденных и крайне рас­строенных людей. Кризис может быть связан с суицидом, изнасилованием, семейным скандалом или дракой, употреблением наркотиков или жесто­ким обращением с ребенком. Когда человек на­столько выбит из колеи, что звонит по горячей ли­нии или самостоятельно отправляется в лечебное учреждение или отделение неотложной помощи, важно обеспечить ему немедленную поддержку и собрать необходимую информацию. Клиницисты должны оперативно сформировать предваритель­ный рабочий образ или представление о клиенте, выработать гипотезы, касающиеся адекватной фор­мы вмешательства, и, если это уместно, непосред­ственно осуществить таковое. В таких чрезвычай­ных ситуациях они не в состоянии воспользовать­ся преимуществами повторных оценочных сеансов или всеобъемлющего психологического тестирова­ния (Somers-Flanagan & Somers-Flanagan, 1995). Кризисные интервью могут проводиться психоло­гами, психиатрами, социальными работниками или различного рода парапрофессионалами в самых раз­нообразных условиях, и такие интервью нередко оказываются для пациента единственно возможной формой контакта с клиническим профессионалом.