1 Gish l. The Movies, Mr. Griffith and me. New York: Avon Books, 1969. P. 233-234.

:' Интересные данные содержатся в неопубликованной работе Дж. Гумперца и Г. Герасимчук: Gumperz J.J., Herasimchuck Е. The conversational analysis of social meaning: A study of classroom interaction. Unpublished manuscript.

чения правописанию, грамотному построению фраз и т. п. Точно так же во время театральных репетиций сначала можно разучивать текст, а потом отрабатывать пластику и темп. Оче­видно, любой отрезок деятельности является лишь отправной точкой, и в него можно привнести самые разные схемы интер­претации и способы употребления, отыскать самые разные «мотивационные релевантности».

У тренировки есть еще одна динамическая черта. Когда исполнитель начинает усваивать некоторые навыки, первые шаги часто даются легче, чем решение последующих сложных задач; а завершая обучение, он столкнется с такими труднос­тями и подвохами, с какими и мастер сталкивается не каждый день1. Таким образом, на первой стадии обучаемый может не волноваться за некомпетентное исполнение, а на завершающей стадии его внимание направлено вперед, на то, как он будет действовать в реальной жизни. В любом случае, мир тренировки и проще и сложнее, чем настоящий, «жизненный» мир.

Поскольку качество реального исполнения зависит от того, насколько исполнителю удается совладать с непредви­денными обстоятельствами, тренировка может приблизиться к «реальным» условиям, но не воспроизвести их. Это ясно

¹ Пример: «Создавать и обслуживать тренажеры — дело дорогое, но они открывают невообразимые возможности. В считанные минуты можно смо­делировать начальные и острые фазы заболеваний, а также хронические патологии, чтобы применять рутинные методики для развития навыков диагностики и лечения. Остановку сердца, диабетический криз, закупорку вен, инфаркт миокарда и другие распространенные заболевания можно «диагностировать» и «лечить» до тех пор, пока профессиональный навык не станет привычкой». См.: Levinson D. M.D. bedside teaching // The New Physician. 1970. Vol. XIX. P. 733. В других областях дело обстоит несколько сложнее. «Среди юристов существует мнение о том, что в большинстве процедур заложены неточности и что многие правовые категории много­значны и изменчивы. Способ мышления, формируемый при подготовке юристов в США, подкрепляет это мнение. Юристы обучаются посредством обсуждения крайне сложных, пограничных ситуаций, почерпнутых из дел, подвергшихся пересмотру апелляционными судами. В центре их внимания оказывается применение юридической нормы к решению задачи. Одна из целей такого обучения — тренировать специфическую установку юридичес­кого мышления и развивать навыки защиты интересов клиента. Принято считать, что наилучший способ достижения этой цели состоит в рассмотре­нии именно сложных, а не простых вопросов, относительно которых рас­хождений между юристами нет». См.: Friedman L.M. Legal rules and the process of social change // Stanford Law Review. 1967. Vol. XIX. P. 791. Другим примером является обучение игре в кости. Можно предположить, что на завершающей стадии обучения игроку придется анализировать сложнейшие комбинации и иметь дело с такими высокими ставками, которые редко встречаются при реальной игре.

видно на примере войсковых учений, которые личный состав должен принимать всерьез, несмотря на запрет действовать по-настоящему, то есть использовать против противника на­стоящее оружие1.

б) Так обстоит дело с тренировкой. Другой класс перена­ладки составляют «демонстрации» (или показы), то есть такое исполнение целесообразной деятельности вне обычного функ­ционального контекста, при котором неспециалисту дается возможность близко ознакомиться с процессом ее осуществле­ния. Именно демонстрация происходит в тех случаях, когда коммивояжер показывает, как замечательно его пылесос вса­сывает мусор, который он специально высыпал хозяйке на пол; когда социальный работник показывает неумытой мамаше, как надо мыть ребенка; когда командирам пехотных подразделе­ний демонстрируют возможности артиллерии; когда пилот после набора высоты показывает пассажирам, как ведет себя машина при работе закрылками.

При снижении я могу выдвинуть закрылки и скорость самолета уменьшится. Это делается вот так [выпускает закрылки, самолет начинает дрожать]. Дрожание корпуса машины — это совершен­но нормально [убирает закрылки].

Подобная демонстрация непосредственно происходящих событий является средством убеждения в том, что всякое не­запланированное происшествие, которое может вызвать тре­вогу, следует рассматривать как преднамеренное, целенаправ­ленное действие. Заметим, что демонстрация в отличие от тре­нировки обычно выполняется искусным мастером и повторя­ется один или два раза. Конечно, оба вида переналадки могут соседствовать: учитель выполняет действие как демонстрацию, а учащийся — как упражнение. Претендента на рабочее место могут протестировать на профессионализм, и он будет вынуж­ден исполнить одну-две демонстрации для эксперта; в этой ситуации исполнение будет иметь необычное значение, хотя (по крайней мере, для исполнителя) и не останется без пос­ледствий. Еще более сложным является исполнение в таких видах спорта, как фигурное катание, прыжки в воду и гимнас­тика, где во время соревнований демонстрируют одновремен­но и набор умений, и образец исполнения.

Рассмотрим границы демонстрации. Во-первых, мы уже указывали, существуют определенные границы в использовании пациентов для демонстрации студентам-медикам методов лече­ния, даже если при этом осуществляется настоящее лечение. Предполагается, что по крайней мере в некоторых обстоятельст­вах подобная двойственность перспектив непозволительна.

Во-вторых, граница касается материальных ресурсов. Предполагается, что никакая демонстрация не должна стоить слишком дорого и должна обходиться дешевле затрат на обыч­ную работу. Чрезмерный драматизм может оказаться неумест­ным. Так думает даже Эбби Гофман, что видно по следующему фрагменту из его статьи.

Форт Бельвуар, штат Вирджиния, 4 октября (Ассошиэйтед Пресс). Сегодня армия продемонстрировала свои новейшие достижения в тактике и оснащении операций по наведению общественного порядка. Операция проводилась в «Райэтсвилле»1 — макете го­родских кварталов, охваченных беспорядками. Около трех тысяч человек наблюдали с трибун за тем, как толпа переодетых в хиппи