1.2. Границы поля искусства

1.2.1 Определения искусства как сферы деятельности

Предметом социологии искусства являются социальные условия и механизмы, связанные с художественным творчеством. Для того, чтобы должным образом очертить границы исследований, необходимо прежде всего уточнить само понятие «произведение искусства», поскольку оно в значительной мере конвенционально и обусловлено историческими и социальными факторами. Определение этого понятия даже не вошло в справочник «Художественная культура. Понятия и термины» (М., 1978). Для социологии искусства ясное понимание границ и сфер художественного производства и потребления, выделение социальных групп, подлежащих изучению в рамках данной дисциплины, является задачей, имеющей далеко не академическое значение.

До конца XIX века сам вопрос о том, что такое искусство, мог бы показаться риторическим. Французский социолог Габриэль Тард (1843 - 1904 гг.), один из основателей психологического направления в социологии, в своей «Социальной логике» посвятил целую главу искусству как социальному феномену. По его мнению, потребность художественного потребления состоит в том, «чтобы увидеть себя отраженным во внешнем мире, прикрашенным или характерно оттененным благодаря краскам и формам, звукам и рифмам; <...> чтобы увидеть себя в идеализированном виде, не с буквальной точностью, а со свободными и многочисленными вариациями, способными оживить, поразнообразить наслаждение обладать самим собою в таком фантастическом отражении». И далее: «Смотреться таким образом, как в зеркало, в самого себя, умноженного и многообразного, идеализированного и преображенного, удивляться себе и любить себя – таково наслаждение, доставляемое искусством как художнику, так и публике»⁴⁶. Для Л.С. Выготского «искусство есть общественная техника чувства, орудие общества, посредством которого оно вовлекает в круг социальной жизни самые интимные и самые личные стороны нашего существа».⁴⁷ Обе эти (и многие аналогичные им) формулировки констатируют общественное значение искусства, но не определяют его. Одной из основных проблем, особенно острой, начиная с конца XIXвека, является быстрая смена господствующих в искусстве стилей и направлений. «До тех пор, пока искусство остается тем, чем всегда было - чем-то изменяющимся и изменяемым, пока происходят перевороты в искусстве, выражение «произведение искусства» <…> будет использоваться по-разному. Ибо, когда происходят такие революции, неизбежно изменение в использовании словосочетания «произведение искусства»⁴⁸. Ситуация ставит в тупик даже тех, кто должен дать точное и исчерпывающее определение - специалистов по эстетике. Едва ли можно считать исчерпывающей, например, такую формулировку: «Искусство - процесс, в котором одни люди (художники) создают и демонстрируют другим (аудитории) свои картины мира, с обозначенными в них эмоциональными отношениями к разного рода предметам, явлениям и жизненным ценностям, к самым разным проблемам, идеям и путям их решения».⁴⁹ Понятно, что «картину мира», и даже «эмоциональные отношения» могут дать работы по философии, социологии и другим общественным наукам. Следует иметь в виду, что эстетика стремится дать определение, позволяющее отделить искусство от не-искуcства, а это едва ли возможно в принципе. Едва ли можно согласиться с таким, например, утверждением: «С каким бы жанром и стилем музыки ни приходилось бы иметь дело, кому бы ни была адресована эта музыка, требования для музыки, претендующей считаться художественным произведением, произведением искусства, едины и неизменны».⁵⁰ (Автор, которому принадлежит это высказывание, утверждает, что рок-музыка есть искусство, а поп-музыка - нет. Бесспорно, в таких оценках всегда больше личных пристрастий, чем истинной науки). Трудности с определением понятия приводят к такому неутешительному выводу: «Попытка обнаружить необходимые и достаточные свойства искусства логически несостоятельна по той простой причине, что набор таких качеств и, следовательно, их формула никогда не будут найдены»⁵¹. Одним из наиболее исчерпывающих в научном плане и - в то же время - наименее информативным можно считать определение, данное Д. Дики: «Произведение искусства в дескриптивном смысле - это 1) артефакт, 2) которому какое-либо общество или социальная группа присвоили статус кандидата для оценки. <…> Статус должен присваиваться отдельным человеком, трактующим артефакт в качестве кандидата для оценки, обычно самим художником, но не всегда, поскольку кто-нибудь мог бы создать артефакт, не рассматривая его как кандидата, а статус мог бы быть присвоен кем-либо другим или другими»⁵². Комментируя это определение, Тимоти Бинкли замечает: «Его основная идея состоит в том, что если нечто наречено искусством, то это искусство»⁵³.

Очевидно, что такие непомерно широкие или, напротив, неоправданно суженные определения неприемлемы для социолога, который нуждается в точном определении границ своего исследования. Проблема осложняется тем, что понятия о том, что является искусством, а что - нет, кто может считаться работником искусства, что отличает истинно художественное произведение и т.д., неоднократно изменялись по мере развития общества и продолжают изменяться. Хорошо известно, что в античном Риме, а затем и в эпоху Средневековья, к «свободным искусствам» причислялись только те виды деятельности, которые не были сопряжены с ручным трудом: математика, поэзия, музыка. Потребовались столетия, чтобы в семью искусств были включены живопись, скульптура, архитектура. Прикладные виды искусства получили признание лишь в конце XIX века. Но настоящую революцию принес век двадцатый. Фотография, кино, телевидение создали новые художественные профессии или коренным изменили характер традиционных видов деятельности. К примеру, театральный режиссер до середины XIX века был скорее организатором, чем создателем спектакля. В наше время его роль неизмеримо возросла как в театре, так и, в особенности, в кино. Напротив, роль актера, который был в прошлом ведущей фигурой в театре, в кинематографе снизилась настолько, что многие режиссеры предпочитали (особенно в произведениях итальянского неореализма) непрофессиональных исполнителей. Произведения киноискусства создает целая армия работников, среди которых достаточно трудно выделить собственно «творческие» и вспомогательные профессии. Этот перечень можно было бы продолжать, но, по-видимому, и так ясно, что достаточно трудно очертить границы современного мира искусства. Дополнительную трудность создает, по справедливому замечанию Б.Дземидока, «…проблема оригинала и подражания ему (копии и фальсификации). Подделка может иметь не меньшую эстетическую ценность, чем сам оригинал. Так как, по мнению большинства американских теоретиков, эстетические ценности по своей природе перцептуальны, то возникает проблема, почему оригинал мы ценим выше, чем копию или подделку, если их эстетические ценности могут быть одинаковы».⁵⁴ Действительно, сегодня практически каждый может украсить свой дом достаточно близкой к оригиналу копией «Джоконды», поставить на стол уменьшенное воспроизведение Венеры Милосской, слушать, лежа на диване, музыку в исполнении лучших оркестров мира. По-видимому, ни эти копии, ни диск с аудио- или видеозаписью не являются произведениями искусства, как и их создатели - художниками. Но в них также вложен труд, и зачастую достаточно творческий. Можно утверждать, что произведение искусства только тогда является таковым, когда оно уникально. Но тогда что сказать об эстрадных артистах, которые пользуются фонограммой?