1 К. Маркс и ф. Эвг ель с. Анти-Дюринг. Сочинения. Т. 20, м., 1961. Стр. 74. 230

S

Создав теорию эволюции, в основе своей материалистическую, Ламарк во многом делал уступки господствовавшему идеалистическому миро­воззрению. Непоследовательность его философии сказалась в представ­лениях о тенденции организмов к совершенствованию и неумении дать материалистическое объяснение градации. Ошибочным было отрицание реальности существования видов.

Ламарк ошибочно полагал, что для эволюции достаточно одного пря­мого влияния среды или упражнения и неупражнения органов, всегда приводящих якобы к адекватной изменчивости. Ламарк не дал последо­вательно материалистического объяснения ни многообразию форм, ни существующей в живой природе целесообразности.

Современники не приняли эволюционного учения Ламарка. Француз­ская буржуазия ко времени выхода в свет «Философии зоологии» утра­тила уже свою революционность и ее идеологи стали отходить от филосо­фии материалистов XVIII века. Научная мысль начала XIX века не была еще подготовлена к восприятию теории эволюции. Имела значение и не­убедительность ламарковской аргументации, обусловленная недостаточ­ностью фактического материала, говорившего в пользу эволюции. Сы­грало роль и то, что теория Ламарка была в известной мере умозрительной, не опиралась на практику и не находила в ней примене­ния. Тем не менее теория Ламарка оставила значительный след в науке, способствовала накоплению научных фактов и, в конце концов, торжест­ву эволюционной идеи.

БОРЬБА ЭВОЛЮЦИОНИЗМА И КРЕАЦИОНИЗМА В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

Развитие эволюционных представлений в первой половине XIX века свя­зано с накоплением материала, показывающего единство и общность ор­ганизмов, составляющих столь многообразные царства животных и растений. Идеи о родстве организмов между собой, о единстве их про­исхождения успешно развивались благодаря все более широкому рас­пространению в биологии сравнительного метода исследования. Огром­ное значение имела также сформулированная в 30-х годах XIX века Теодором Шванном клеточная теория, утверждавшая единство микро­скопического строения животных и растений.

Французский ученый Жорж Кювье (1769—1832) одним из первых при-менил сравнительно морфологический метод исследования к изучению строения тела животных. Пользуясь этим методом, оц_установил прин­цип корреляции органов, согласно которому ни одна часть тела не может изменяться без изменения в строении других органов. Это значит, что каж да я часть тела, взятая отдельно, отражает особенности строения все-го организма. Например, если у млекопитающего имеются копыта, то вся его организация в той или иной степени отвечает травоядному обра­зу жизни: зубы приспособлены к перетиранию растительной пищи, име­ется длинный кишечник для переваривания грубой пищи и т. д. Если же у животного кишечник служит для переваривания мяса, то и все осталь­ные органы приспособлены к плотоядному образу жизни: челюсти—для захвата и удержания добычи, когти — для схватывания, зубы — для разрывания ее.

Базируясь на сравнительноанатомическом материале, Кювье создал учение о типах. Для каждого типа характерен свои план строения, наи­более выраженный в нервной системе. Кювье установил четыре плана строения нервной системы:

1) нервная система состоит из головного и спинного мозга и отходя­щих от них нервов (позвоночные);

2. нервная система построена из разбросанных нервных узлов и отхо­дящих от них нервов (мягкотелые);

3. нервная система состоит из двойной нервной цепочки, расположен­ной на брюшной стороне тела (членистые);

4. нервная система построена из нервов, расходящихся по радиусам в теле животного (лучистые).

В соответствии с четырьмя планами строения нервной системы Кювье установил^четыре типа jkhbothìjx: позвоночные, мягкотелые, членистые и лучистые."

Введение в науку понятия о типах имело прогрессивное значение н способствовало развитию зоологии.

Пользуясь сравнительноанатомическим методом, Кювье успешно изучал кости вымерших животных и восстанавливал их облик и образ жизни. На основании палеонтологических исследований Кювье убедился в существовании на Земле смены органических форм. Так, в типе позво­ночных сначала появились рыбы, потом земноводные, далее наземные пресмыкающиеся, птицы, древние формы млекопитающих и, наконец, со­временные млекопитающие. Таким образом, Кювье удалось получить бо­гатейший фактический материал, свидетельствующий в пользу эволюции.

Жоффруа Сент-Илер (1772—1844) —французский зоолог, современ- ник Кювье, явился одньщ^из основопедд^кнкиц vy'AWinyxTbQfr^ùjQMiM. Он создал учение о едином плане строения животных. При изучении ана- " "ft5M ий~^ёЕ№нЧГ)Г'КОТрцн^ i^.e нт- Илер уста но-

вил_ «пр^щщцАналогХУВЭ, согласно которому существуют органы, р-азлия-» ные пофункиии. но. сходные по ртцорнию. В современной'терминологии такие органы принято называть гомологичными. Принцип гомологии спо­собствовал развитию сравнительной анатомии и позволил, в частности, отождествить парные плавники рыбы с парными конечностями назем­ных позвоночных. Сент-Илер воспользовался им ..для ,сг»агщеШ1а„ч?^стей тела не только взрослых животных, но и йх'зародышед. Так, у птиц в черепе отсутствуют швы, поэтому его трудно сравнивать с черепами жи­вотных других классов. Но у зародышей птиц, где кости черепа еще не срослись, они оказались такими же, как и в черепе эмбрионов рептилий. Сравнивая зародышей из различных классов С.рит-Илдр установил еди­ный план строения позвоночных. Далее-он пришел к убеждению "о еди­ном ПлйИЛ РТрЛч'-Иий RPgV flk'UfiifrHbix, однако ошибочно утверждал, что животные, относящиеся к любым типам, построены по^еддн^ш^иплаву^-тому же, что и позвоночные. Так, по~мнеШю""Сент-Илера, членистоногие отличаются от позвоночных тем, что они как бы перевернуты спинной стороной вниз, а брюшной — вверх, поэтому нервная система у них на­ходится на брюшной стороне.

Принцип гомологии органов привел_С^нт^Идрра « установлению дру-гой закономерности — «принципа р а в но в ее и я». По мнению Сент-Йле-ра, у животных имеются зачатки всех органов, но степень их развития может быть очень разнообразной. Несмотря на единый план строения, у разных животных одни иТё^жТорганы могут быть, в зависимости от вли­яния среды, как хорошо развитыми, так и в рудиментарном, неразвитом состоянии. Открытие рудиментарных органов и объяснение, данное их существованию, привели Сент-Илера к мысли, что изменение органов у животных происходит не только в ин ди виду а л ьном^разв итщьлю. и ,в про­цессе эволюции вида-В силУ'«п^н*ципа равновесия»~увелнчение одних органов может повлечь за собой-у меньшей ие других. В этом плане, с точки зрения Сент-Илера, нет принципиальной разницы между нормой и уродством. Превращение одного класса в другой может произойти в ре­зультате резкого отклонения в строении «уродливой» формы. Так, по мнению Сент-Илера, птицы могли произойти от рептилий. «Принципом равновесия» он объяснял многообразие видов при наличии единого пла­на строения всех животных. Сент-Илер был убежден, что единство плана

строения — следствие общности происхождения, результат превращения первичной основной формы. Он считал возможным на основании изуче­ния скелетов современных и вымерших животных показать их родствен­ную связь и постепенный переход от одних форм к другим. Фактором превращений, но мнению Сент-Илера, было воздействие внешней среды, непосредственно влияющей на организм.

Таким образом, в первой трети XIX века крупнейшие представители биологии в Западной Европе, располагавшие огромным фактическим ма­териалом по изучению животных и растительных организмов, вплотную подошли к познанию закономерностей, лежащих в основе существова­ния живого. Однако ни Сент-Илер, ни тем более Кювье не смогли под­няться в отношении больших теоретических обобщений выше уровня своих предшественников.

Метафизическое, креационистское мировоззрение Кювье не позволяло ему признать изменяемость видов, историческое развитие органического мира.

Обнаружив противоречие с полученными им самим фактами при изу­чении ископаемых остатков животных, Кювье выдвинул теорию ката­строф. Согласно этой теории, ископаемые остатки действительно при­надлежат вымершим животным, но эти животные не являются предками современных. Причиной вымирания явились крупные, периодически про­исходящие геологические катастрофы, уничтожавшие на больших терри­ториях всех животных и растительность. Постепенно эти территории на­селялись вилами, проникшими из соседних областей. Признавая изна­чальный творческий акт, в результате которого на Земле появилась жизнь, сам Кювье не считал, что за каждой катастрофой следуют новые акты творения. Однако его ученики и последователи Л. Агассис (1807— 1873) и А. Орбиньи (1802—1857), развивая учение о катастрофах, утвер­ждали, что они охватывали весь земной шар, поэтому после каждой ка­тастрофы был необходим новый акт творения. На основании палеонто­логических остатков, обнаруженных в земных слоях, Орбиньи насчитал, что на Земле должно было произойти не менее 27 та кит тотальных ката­строф. «Теория Кювье о претерпеваемых Землей революциях, — писал Ф. Энгельс, — была революционна на словах и реакционна на деле. На место одного акта божественного творения она ставила целый ряд по­вторных актов творения и делала из чуда существенный рычаг при­роды» К

Теория «катастроф» была принята большинством современников Кю­вье и имела широкое распространение вплоть до появления учения Дар­вина.

Анализируя в целом роль Кювье в истории биологии, необходимо от­метить большое значение его фактических сравнительно морфологических и палеонтологических исследований, которые, несомненно, явились боль­шим вкладом в науку и способствовали подготовке научной мысли к вос­приятию эволюционной теории. Вместе с тем на примере Кювье особенно убедительно можно показать, какую роль может играть реакционное мировоззрение в судьбе научных исследований.

В противоположность Кювье Сент-Илер был сторонником более про­грессивных для того времени воззрений, уже далеких от креационизма. Развивая учение о единстве органического мира, Жоффруа Сент-Илер исходил из материалистических по существу положений о выражении этого единства в анатомическом и функциональном сходстве организмов. Жоффруа Сент-Илер пошел дальше трансформистской концепции о пре­вращении видов и в своих более поздних произведениях подошел по су­ществу к пониманию развития организмов как исторического процесса, т. е. к эволюционизму. Это относится в первую очередь к его палеонтоло-

¹ К-МарксиФ. Энгельс. Диалектика природы. Сочиненна. Т. 20, М., 1961, стр. 352.

233

\

гнческим работам, которые явились логическим продолжением сравни-тельноанатомических исследовании.

Заслуживают особого внимания настойчивые и глубоко обоснованные высказывания Сент-Илера о роли теории, о значении для науки теоре­тического обобщения фактов. «Факты, —писал он, — переходят к потом­ству только в сопровождении идей, под их, так сказать, покровительст­вом». Наука, не опирающаяся на теоретические обобщения, является, по Сент-Илеру, не наукой, а лишь грудой фактов.

Широко известен в истории биологии знаменитый спор Кювье и Сент-Илера, происходивший в 1830 г. в стенах Французской академии наук. Поводом для диспута был вопрос о наличии общего плана строения го­ловоногих моллюсков на примере позвоночных.

Интерпретация фактов у Сент-Илера была ошибочной: естественно, невозможно свести особенности строения всех животных к одному наду­манному плану. Сент-Илер не сумел защитить свою точку зрения. Кювье, утверждавший, что единый план строения существует лишь в пределах типа, фактически был прав. В споре с Сент-Илером победа оказалась за Кювье. Однако в то время этот спор вышел по своему значению и полу­ченному резонансу далеко за пределы дискуссии по частному вопросу сравнительной анатомии. Он отразил в себе борьбу идей, борьбу транс­формизма и креационизма. Вот почему победа Кювье была расценена большинством ученых того времени как торжество незыблемых догм креационизма и сыграла роль временного тормоза для развития про­грессивных теорий трансформизма и эволюционизма.

РУССКИЕ ЭВОЛЮЦИОНИСТЫ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX ВЕКА

В первой половине XIX века интересные исследования и теоретические обобщения принадлежат русским ученым. Некоторые из них являются по существу первыми эволюционистами, прямыми предшественниками Дарвина, хотя по числу и убедительности аргументации, конечно, не могли с ним сравниться.

Профессор Московского университета, врач по образованию, И. Е. Дядьковский (1784—1841) в своих лекциях и исследованиях вы­сказывал мысль о постоянном развитии природы, появлении жизни из органической материи. По мнению этого исследователя, живая природа находится в постоянном развитии, одни виды дают начало другим.

Академик К. М. Бэр (1792—1876), применив сравнительный метод к изучению эмбрионального развития животных, обнаружил, что зароды­ши различных классов в пределах типа обладают большим сходством. Он показал, что наибольшее сходство обнаруживается в самых ранних ста­диях развития: прежде всего у зародышей появляются признаки, харак­терные для типа, затем уже признаки класса, рода и, наконец, признаки, специфичные для животных данного вида. Эту закономерность Бэр на­звал «законом зародышевого сходства». Опираясь на него, он высказал утверждение о сходстве индивидуального развития организмов с проис­ходившим на Земле последовательным усложнением живых организмов. Этим обобщением Бэр в известной мере предвосхитил «биогенетический закон», открытый позже Ф. Мюллером и Э. Геккелем (см. главу XVII).

Еще до выхода в свет основного труда Дарвина Бэр стоял на позициях изменяемости видов. Он писал: «...похожие друг на друга виды, дейст­вительно, имеют общее происхождение или возникли друг от друга...». Однако следует иметь в виду, что в своих взглядах Бэр придерживался идеалистического объяснения эволюции, исходил из принципа «стремле­ния живого к совершенствованию» и после выхода в свет «Происхожде­ния видов» Дарвина выступил с критикой его эволюционной теории. Правда, критиковал Бэр не идею эволюции, а принцип ее доказательст-

ва: он не разделял взглядов Дарвина на борьбу за существование как движущий фактор эволюции.

Выдающимися эволюционистами были профессор Московского уни­верситета К. Ф. Рулье (1814—1858) и его ученик Н. А. Северцов (1827— 1885).

На основании своих палеонтологических, сравнительноанатомических и эмбриологических исследований и наблюдений над изменчивостью до­машних животных в результате акклиматизации Рулье пришел к идее эволюции.

В работе «О животных Московской губернии» (1845) Рулье писал, что природа — единое, связное целое, что она непрерывно движется, разви­вается, что развитие органического мира, в частности животных, вызы­вается изменяющейся внешней средой. Рулье одним из первых применил экологический подход к исследованию животных. Именно этот экологи­ческий материал позволил ему приблизиться к мысли о постоянно проис­ходящей в мире животных и растений борьбе и гибели тех, кто не смог устоять в ней.

Рулье с увлечением занимался палеонтологическими исследованиями. Он писал: «Красноречивейшая и яснейшая книга природы — Земля — свидетельствует, что она подлежала многократным постепенным изме­нениям, которым параллельно шло и постепенное развитие и осложне­ние растений и животных, замкнувшееся высшим земным выражением органической жизни, венцом его — появлением человека».

Исследования, научно-популярные статьи и общедоступные лекции Рулье способствовали распространению материалистических представ­лений в России.

Одного из учеников Рулье—Н. А. Северцова — справедливо можно назвать эволюционистом. Он критиковал теорию катастроф Кювье еще до того, как стала известна теория Дарвина, и допускал наличие родст­венных связей не только между видами, но и между родами и более крупными систематическими категориями.

Изучая внутривидовую изменчивость у птиц, Н. А. Северцов пришел к выводу, что нередко встречаются виды, являющиеся только видоизмене­нием другого вида. «Вид живет в ряду поколений», — писал Северцов.— Первоначальный вид в зависимости от условий существования и от сре­ды обитания либо продолжает существовать рядом со своим производ­ным, либо исчезает; но эти производные виды по своим признакам всегда сохраняют след общего происхождения...».

Н. А. Северцов первым указал на существование переходных форм между типами. В качестве примера он привел «рыбу-червя» — ланцетни­ка, который «не только по наружному виду, но и по существеннейшим анатомическим признакам — рыба, соединяющая позвоночных с беспо­звоночными и соответствующая зародышевому состоянию высших рыб».

С трудами Н. А. Северцова был знаком Дарвин и высоко ценил их. Н. А. Северцов и Рулье являются основателями нового учения — эколо­гии, т. е. науки о закономерностях, возникающих во взаимоотношениях организмов со средой. Труды Н. А. Северцова сыграли большую роль в развитии зоогеографии.