6. Высшее образованіе.

Сверхъ обычныхъ школьныхъ занятій существоьали еще

такія, которыя были какъ бы предметомъ роскоши; они

никогда не сдвлались слишкомъ распространенными, но

все же развивались все больше и больше въ концѣ V и

въ теченіе всего IV вѣковъ. Предметы, преподававшіеся въ

предшествующую эпоху, перестали удовлетворять умствен-

ные запросы грековъ, котооые принялись за изученіе рисо-

ванія и разннхъ наукъ, a именно—геометріи, астрономіи,

географіи и, наконецъ, реторики и философіи. Человѣче-

скія познанія сдѣлали въ эту эпоху большіе успѣхи во

всѣхъ этихъ отдѣлахъ, a потому было вполнѣ естественно,

что при воспитаніи юношества должны были воспользо-

ватьгя ими. Но нетрудно догадаться, что это расширеніе

----------------------- Page 88-----------------------

занятій происходило въ силу обстоятельствъ только дпя

самыхъ богатыхъ и самыхъ интеллигентныхъ аѳинскихъ

юношей; потому-то и среди слушателей Сократа можно

встрѣтить только сыновей состоятельныхъ семей. Крайніе

консерваторы, какъ, напримѣръ, Аристофанъ *), могли по-

рицать или осмѣивать это ново еденіе, но оно, несмотря

на это, продолжало существовать.

Платонъ *) превосходно изображаетъ, какъ велика была

пытливость ума этихъ молодыхъ людей и какое впечат-

лѣніе производили на нихъ слова учителя:

„Ю нош а“, говоритъ онъ, „вгервые вкусившій изъ этэго

исгочника, получаетъ такое наслажденіе, какъ будто бы

онъ нашелъ сокровище премудрости. Онъ преисполненъ

наслажденія. Съ восхищеніемъ вспоминая всѣ рѣчи, онъ

то старается свести всѣ идеи къ единству, то, какъ бы раз-

вернувъ передъ собой рядь идей, разсматриваетъ каждую

изъ нихъ отдѣльно; возникающими при этом ъ вопросами

онъ ставитъ въ большое затрудненіе прежде всего самого

себя, a затѣм ъ всѣхъ окружающихъ, каковы бы они ни

были — молодые, старые, люди его возраста, не щадя ни

отца, ни матери, ни кого другого, кто его слушаетъ".

Бывшій стратегъ Д ем одокъ пришелъ совѣтоваться ст>

Сократомъ о своемъ сынѣ Теагѣ: „Нѣкоторые молодые

люди“, говоритъ онъ, „повторягатъ передъ нимъ рѣчи, ко-

торыя волнуютъ его, и онъ завидуетъ этимъ юношамъ-

Давно уже онъ пристаетъ ко мнѣ, говоря, что я долженъ

позаботиться о немъ и нанять софиста, который сдѣ-

лалъ бы его мудрымъ. Но я думаю, что онъ подвергнется

большой опасности, если пойдетъ къ софистамъ. Д о сихт>

порь я своил;и убѣжденіями удерживалъ его, h ü теперь я

больше не въ состояніи дѣлать это; поэтому я думаю, что

лучшимъ средствомъ б уд етъ—уступить ему“.

На разсвѣтѣ Гиппократъ громко постучалъ въ дверь

своей палкой. Когда ему отворили, онъ поспѣшно

вошелъ, говоря громкимъ голосомъ: „Сократъ, проснулся

J) См. прим. на стр. 38.

г) См. прим. на гтр, 8

----------------------- Page 89-----------------------

ты или еще спишь?“—Я узналъ его голосъ и отвѣчалъ

еѵ\у: „Ну, хорошо, Гиппократъ, какія y тебя новости?“—

„Только пріятныя“,—„Отлично! Что же это такое, и почему

ты пришелъ въ такое время?“ — „Протагоръ пріѣхалъ“, отвѣ-

чалъ онъ.—„А тебѣ что до этого? Развѣ Протагоръ вино-

ватъ въ чемъ-нибудь передъ тобой?“— „Да, клянусь богами!

потому что онъ одинъ—мудрецъ и не удѣляетъ мнѣ своей

мудрости“.— „Но, во имя Зевса! дай ему денегъ, и ты мо-

жешь слушать его рѣчи; тогда онъ сдѣлаетъ и тебя мудре-

цом ъ“.— „О, если бы небесамъ было это угодно! Я не по-

жалѣлъ бы ни своего имущества, ни достоянія своихъ

друзей. Я, впрочемъ, затѣм ъ и пришелъ, чтобы ты сказалъ

ему обо мнѣ. Говорятъ, что никто не влгдѣетъ лучше

его искусствомъ рѣчи. Мы могли бы отправиться къ нему,

чтобы застать его еще дома. Онъ живетъ y Каллія“.

Алкивіадъ говорилъ о Сократѣ въ слѣдующихъ вы-

раженіяхъ: „Когда я слушаю его, сердце мое бьется, я

плачу и вижу, что мнопе другіе дѣлаю тъ то же. Часто

онъ трогаетъ меня до такой степени, что мой образъ

жизни кажется мнѣ невыносимымъ. И ты, Сократъ, не ска-

залъ бы, что это неправда, такъ какъ даже теперь я чув-

ствую, что, если бы я услышалъ тебя, я не имѣлъ бы силъ

устоять и былъ бы тронутъ, какъ всегда. Онъ принуждаетъ

меня сознаться, что, нуждаясь во многомъ, я пренебрегаю

самимъ собой, чтобы заниматься дѣлами аѳинянъ. Поэтому

я принуждаю себя бѣжать отъ него, какъ отъ сирены, и за-

тыкаю себѣ уши, чтобы не состариться, сидя около него.

Я испытываю передъ нимъ то, на что никто не считаетъ

меня способнымъ,—стылъ. Я краснѣю только передъ нимъ,

потому что я самъ чувствую, что не могу ничего возра-

зить ему: я не могу сказать ему, что не долженъ слѣдэ-

вать его совѣтамъ; однако, покинувъ его, я проникаюсь

желаніемъ нравиться народу. Поэтому я избѣгаю его, какъ

бѣглый рабъ, и, когда я вижу его, я краснѣю отъ мысли,

какія признанія я сдѣлалъ ему. Часто я желаю, чтобы его

больше не было на свѣтѣ. Но если бы это случилось, я

былъ бы огорченъ еще больше; такимъ образоѵіъ, я не

знаю, что дѣлать съ этимъ человѣкомъ".

п Ѵьро. ( П о П л а т о н у )

----------------------- Page 90-----------------------