8. Клятва геліастовъ.

„Я буду голосовать согласно законамъ и постановле-

ніямъ аѳинскаго народа и Совѣта 500. Когда законъ не

будетъ давать указаній, я поступлю согласно съ моей

----------------------- Page 296-----------------------

совѣстью, безъ пристрастія и ненависти. Я буяу подавать

голосъ только относительно тѣ хъ дѣлъ, которыя составятъ

предметъ преслѣдованія. Я буду выслушивать истца и от-

вѣтчика съ одинаковымъ чувствомъ благосклонности.

„Клянусь въ этом ъ Аполлономъ, Зевсомъ и Деметрой.

Если я сдержу свое слово, да будетъ мнѣ благо; если я

нарушу его, да погибну со всѣмъ моимъ родомъ!“

( G i l b e r t . Handbuch der griechischen Staatsalterthümer, т. I,

стр. 373).

9. Аѳинскій присяжный по изображенію

Аристооана ').

Каждый гражданинъ, достигшій тридцатилѣтняго воз-

раста, имѣлъ право быть судьей. Онъ могъ по произволу

оправдать идного изъ подсудимыхъ и ибвинить другого;

тронуться мольбами того изъ нихъ, y котораго есть красивая

дочь, радующая своимъ видомъ стараго судью; обратить

вниманіе на иного, потому что онъ насмѣшилъ его или

продекламировалъ ему нѣсколько прекрасныхъ стиховъ;

снисходительно отнестись къ такому, который, вернув-

шись съ агоры, сыграетъ ему прекрасную арію на флейтѣ.

Вотъ какіе мотивы имѣю тъ для присяжнаго рѣшаю-

щее значеніе. Чтобы убѣдить его, надо найти дорогу къ

его сердцу. Поэтому самые высокомѣрные люди становятся

смиренными передъ нимъ. Присяжный при входѣ въ

судъ видитъ, что къ нему направляются наиболѣе имени-

тыя лица, ласково протягивающія ему руку, которая рас-

хищала общественную казну, и низко кланяются ему.

Затѣм ъ онъ садится на свое мѣсто и до вечера прини-

маетъ важный видъ, наслаждается лестными рѣчами, моль-

бами и обѣщаніями людей, привлеченныхъ къ суду, и знаетъ,

что день его не пропалъ даромъ, такъ какъ государство

позаботилось о немъ, назначивъ ему три обола (около

18 Коп.) въ день. Въ тѣхъ важныхъ дѣлахъ, которыя На-

родное Собраніе и Совѣтъ отправляютъ на разсмотрѣніе

----------------------- Page 297-----------------------

присяжныхъ, передъ рѣшеткоч суда появляются первыя лица

въ государствѣ. Клеонимъ разсыпается передъсудьей въ увѣ-

реніяхъ преданности, a Клеонъ отгоняетъ отъ него надоѣда-

ющихъ ему мухъ. „Ахъ“, восклицаетъ судья Филоклеонъ,

„развѣ мнѣ принадлежитъ не такая власть, какъ Зевсу?

вѣдь я слышу, что обо мнѣ говорятъ такъ же, какъ о Зевсѣ“.

Когда судьи шумятъ, прохожіе говорятъ: „Великіе боги,

какой громъ производитъ этотъ судъ!“.

По изображенію Аристофана, Филоклеонъ, этотъ типъ

аѳинскаго судьи, ни добръ, ни золъ. но онъ глупъ, сума-

сброденъ, эгоистъ, не имѣетъ понятія о добрѣ и злѣ и

видитъ въ исполненіи своихъ обязанностей средство удовле-

творить своимъ страстямъ или предразсудкамъ. Попро-

буйте-ка довѣрить суду изъ 500 или 600 судей честь и

жизнь гражданъ; поручите-ка имъ разрѣшеніе запутанныхъ

вопросовъ, гдѣ необходимо знаніе права или гдѣ дѣло связа-

но съ судьбою государства; даже больше того: приведите-ка

на этотъ судъ изъ аеинскихъ гражданъ ихъ подданныхъ или

союзниковъ, съ которыми они склонны обращаться, какъ съ

существами низшими или врагами, и которые пожалуются

на вымогательства, совершенныя по отношенію къ нимъ

какимъ-нибудь аѳинскимъ чиновникомъ, — какого право-

сучія можете вы ожидать? Даже въ томъ случаѣ, когда

присяжные добросовѣстны и проникнуты стремленіемъ су-

дить правильно, они, вслѣдствіе своего невѣжества и пред-

разсудковъ, постановили бы произвольный приговоръ. Если

же они недобросовѣстны, то трудно предвидѣть, до какой

степени дойдетъ ихъ глупость, побуждаемая скупостью.

Филоклеонъ судитъ вкривь и вкось, взлам ы ваетъ, печать

на завѣщаніи, напередъ подаетъ свой голосъ съ обвине-

ніемъ, не выслушавъ даже дѣла и руководясь только сво-

имъ капризомъ и личными интересами.

(С о u a t. Aristophane, стр. 73).