Раздел IV. Публичное одиночество

Все предыдущие упражнения подготавливают ученика к тому, что если закрепить свое внимание на объекте, на­делив его интересным вымыслом воображения, оправдыванием (целью), и начать действовать, то актеру уже не страшна будет ни черная дыра портала, ни взоры зри­теля. На сценическом языке это называется, что вы за­жили в «публичном одиночестве» или в «кругу». К. С. Ста­ниславский говорил; что оно «публично», так как мы — с вами. Оно одиночество, так как вы отдалены от нас кругом внимания; что на спектакле, на глазах тысячной толпы, вы всегда можете замкнуться в одиночестве, как улитка в ра­ковину.

Уместно рассказать о творческих занятиях К. С. Ста­ниславского с учениками студии. Шли уроки по сценичес­кому вниманию. Константин Сергеевич просматривал этю­ды и всячески подбадривал нас, указывая пути выработки сценического внимания.

«Смотреть в публику,— говорил он,— трудно. Публи­ка и порог сцены пугают. Переходя порог сцены, вы дол­жны быть собранны! Это надо вырабатывать в себе еже­дневно». Он придавал большое значение творческому во­ображению, указывая, что действительность надо включать в свой круг путем «если бы». Публику не видеть нельзя, но можно отвлечь себя задачей. О тысяче людей, находя­щихся в партере, совершенно забыть нельзя, но можно от них отвлечься, увлекшись тем, что есть на сцене...

Как-то, закончив работу по этюду на внимание, Кон­стантин Сергеевич обратился к ученице:

— Ну, а как вам, приятно было сидеть? (на глазах пуб­лики).

Ученица. Да я забыла о том, что на меня смотрят...

И тут, как бы в подтверждение слов ученицы «я забыла о том, что на меня смотрят», он рассказывает интересный случай из жизни Художественного театра. Вот строки из стенограммы того урока.

Станиславский. Когда приехал в Москву изве­стный французский летчик, поразивший в те годы весь мир смелостью полета, и показал свое искусство, то все были очень удивлены...

Москвин подошел к нему и спросил:

— Вам не страшно летать?

Летчик ответил: «Мне некогда бояться». Это замечатель­ная фраза... Вот и вы были заняты делом, и вам уже не было времени бояться. Совершенно так же бывает на сцене — тут одно действие, другое, третье и т. д., все дейст­вия цепляются друг за другом — да где же тут думать о публике. Ведь тогда вы, естественно, о ней забудете.

Этот пример К. С. Станиславский нам тогда рассказал не случайно, ибо чувство боязни сцены было каждому присуще. Эта боязнь, естественно, есть и у наших учени­ков. Очень важно, чтобы они систематически тренировали себя не только на занятиях, но и дома.

Упражнения (на публичное одиночество). 1. Вызвать ученика и предложить ему, создав малый круг внимания, начать действовать.

а) Рассмотреть предметы на столе, нафантазировать. как они попали сюда и что с ними делать дальше.

б) Рассмотреть открытки-репродукции художествен­ных картин. Выбрать открытки для этюда себе и своим товарищам-ученикам.

в) Найти спрятанную записку в книгах, тетрадях, кар­мане костюма.

118

г) Разобрать содержание «найденной» сумочки. По предметам определить, кому из девушек она принадлежит.

2. Вызвать двух-трех учеников, дать им общее задание и предложить действовать, создав средний круг внимания.

3. Вызвать шесть-восемь учеников, дать им общее зада­ние и предложить начать действовать, создав большой круг внимания.

Прежде чем начать действовать в том или ином круге внимания, ученики должны найти оправдание этому дей­ствию — цель.

Педагог может вызвать несколько человек (или не­сколько групп), дав каждому (или каждой группе) свое задание, создав для каждого отдельный круг внимания.

Ученики, не занятые в упражнениях, должны (по за­данию педагога) тихо вести какой-то разговор, перегова­риваться между собой, что-то осторожно двигать, уронить на пол предмет, сдержанно засмеяться, вообще производить какие-либо действия, которые могли бы отвлечь внимание учеников, занятых упражнениями. Эти действия не долж­ны быть громкими, назойливыми, раздражающими. Когда же закончатся упражнения, спросите учеников, что в это время происходило, кто и чем мешал им. Если же ученики заявят, что им ничего не мешало, что они не замечали, что делалось в другом конце зала, это значит, что они жили в публичном одиночестве.

Второй этап

РАЗВИТИЕ ПРОИЗВОЛЬНОГО СЦЕНИЧЕСКОГО ВНИМАНИЯ В ВООБРАЖАЕМОЙ ПЛОСКОСТИ

На сцене, в пьесе, в роли и в самой действительности существуют две главные плоскости жизни нашего внима­ния: реальная и воображаемая. Идя по линии роли, артист попадает то в одну, то в другую из этих плоскостей. А по­этому мы должны уметь пользоваться на сцене не только внешним, но и внутренним зрением. Для этого нам нужно развивать внутреннее внимание, фиксируемое на объек­тах воображаемой, внутренней жизни.

«В нашем деле, — говорил К. С. Станиславский,— внут­реннее внимание важно, потому что большая часть жизни артиста на сцене, в процессе творчества протекает в плос­кости творческой мечты и вымысла, придуманных предла­гаемых обстоятельств».