Раздел I. «Если бы»

Мы уже не раз упоминали, что на сцене надо действо­вать подлинно, то есть целесообразно, продуктивно, обосно­ванно. И приводит к этому слово «если бы», например:

если бы я ждала к себе гостей, то я сделала бы то-то и то-то... Со слова «если бы» начинается творчество.

К. С. Станиславский говорит: «Если бы» является для артистов рычагом, переводящим нас из действительности в мир, в котором только и может совершаться творчество».

Педагог вызывает трех учеников и дает им одну и ту же тему:

— Если бы вы гуляли по лесу, что бы вы там делали? На практических занятиях один из учеников так ре­шил ее. ...Он идет по лесу, раздвигая сучья мнимых де­ревьев. Выходит на поляну. Осматривается и решает здесь расположиться на отдых. Оглядыват поляну, пытается найти укромное местечко в тени. Замечает протекающий ручеек, идет к нему. Кладет на землю узелок с едой, засу­чивает рукава, пристраивается поудобнее, моет руки. По­том освежает водой лицо и начинает пить. Напившись, устраивается под деревом, очистив землю от веток и ши­шек. Развязывает узелок, начинает есть, наблюдая за птич­кой, посвистывая в ответ на .ее пение. Вдруг кто-то его уку­сил. Почесал это место, не придавая значения этому укусу. Лег на бок, решил вздремнуть — опять укус... Привстал, оглядел место, оказалось, что там, где он лежал,— муравей­ник. Решил поискать другое место. Оглядываясь по сторо­нам, ищет новое место и уходит с поляны.

Другой ученик данное задание решил иначе. Он шел по лесу и искал грибы, заглядывая под низкие ветви елей, разгребая мох. Находя гриб, он бережно срезал его ножом. Потом осторожно укладывал в корзинку. Когда же набра­лось достаточно грибов, он сел на траву под дерево. Выло­жил грибы из корзинки и начал зачищать края ножек гри­бов. Сложил снова все грибы в корзину. Сорвал с дерева несколько мелких веточек и, закрыв ими грибы, пошел до­мой.

Затем это задание выполнила ученица. Она шла по ле­су, напевая какую-то веселую песенку. Рвала цветы, соби­рая их в большой букет. На минуту остановилась. Сняла с плеч шарфик и покрыла им голову, чтобы укрыться от палящих лучей солнца. После этого она села на пенек и стала плести венок. Вдруг она вскочила и побежала, рас­сыпав цветы и бросив начатый венок.

Педагог разобрал выполнение этих упражнений. — Поговорим,— разбирал педагог,— вначале о двух первых упражнениях. Разница в исполнении только в том, что у первого ученика «если бы» разбудило больше вооб­ражения, чем у второго; действия были разнообразней и интересней. Но тот и другой действовали логично и прав­диво, не пропуская из линии действия ни одного звена. Теперь разберем третье упражнение. Здесь у исполнитель­ницы было все логично до момента, когда она вдруг вско­чила и побежала, бросив все собранные ранее ею цветы. Расскажите, пожалуйста, что случилось? Что заставило

вас так мгновенно убежать?

Студентка. Пошел проливной дождь...

Педагог. Из ясного солнечного неба? Студентка. Нет... почему из ясного. Появилась

очень темная туча, и хлынул дождь.

Педагог. Так как же вы ее раньше не заметили? Ведь от нее, наверное, стало темно? Ну-ка, давайте, сидя на месте, наметим линию действий, начиная с момента, когда вы сами сели на пенек. Начинайте.

Студентка. Я сижу и плету венок, выбирая из буке­та самые красивые цветы. Вдруг стало темнеть. Я посмот­рела на небо. Тучи закрыли солнце. Что делать? Бежать домой или переждать грозу здесь, в лесу. Посмотрела кру­гом. Поляну окружали лишь молодые деревца. Поняла, что под ними не укроешься от дождя. А туча все чернела и на­двигалась. Я решила идти домой. Но не прошла я и не­сколько шагов, как упали мне на плечи и голову, хоть и редкие, но крупные капли дождя. Я ускорила шаг. Едва я выбралась с поляны, как полил сильный дождь. Что де­лать? Бежать дальше? Промокнешь до нитки. Я снова стала искать укрытие, быстро, на ходу оглядываясь во­круг, увидела большую ель. Бросилась под ее широкие ветви. Дождь был сильный, но не долгий. Скоро опять за­сияло солнышко. Я вылезла из-под елки. Кругом было сы­ро. Я сняла туфли и пошла домой.

Педагог. Вот теперь действия ваши были логичны и последовательны. Вы создали линию действий.

К. С. Станиславский придавал огромное значение, как мы уже говорили ранее, созданию линии логических и по­следовательных действий, рождающих логическую после­довательность линии оправдывающих их чувств. Послед­ним методом в работе над ролью Константин Сергеевич применял метод физического действия.

Константин Сергеевич проводил занятия по этому мето­ду, добиваясь от учеников последовательности и логики действий. Помню один из уроков по пьесе «Ромео и Джуль­етта» В. Шекспира. (В те дни я была ассистентом К. С. Станиславского по данному спектаклю.) Работали мы над сценой, в которой Бенволио (друг Ромео) пытается узнать, что случилось с Ромео? Почему он печален?

Константин Сергеевич (обращаясь к сту­денту игравшему роль Бенволио). Начинайте рассказы­вать действия.

Студент. Мое основное действие — выпытать.

Константин Сергеевич. Какое это действие? Физическое или психическое? Это и то и другое. Потому, что всякое физическое действие оправдывается чувством. Это психо-физическое действие. Но чтобы избежать пыжения, играния чувств, мы будем называть его физическим действием. Итак, вы говорите, что надо выпытать. Что же вы для этого будете делать?

Студент. Подойду к нему, поприветствую, возьму за плечи, посажу...

Константин Сергеевич (перебивая). Вы мне рассказываете приспособления — ими реализуются те мел­кие действия, на которые распадается ваше большое — вы­пытать. Вот вы говорите, что вы его усаживаете, берете за плечи, а для чего вы это делаете? Какое действие вы хо­тите выявить этими приспособлениями? Ведь вы ими вы­являете следующее действие: вы подготовляете, создаете ему условие, чтобы он высказался. Но это не первое дей­ствие в вашем большом действии — выпытать. Скажите, пожалуйста, что вы в первую очередь сделаете, когда встретитесь с каким-нибудь человеком?

Студент (подумав). Привлеку внимание, заинтере­сую его.

Константин Сергеевич. Вот именно... Сначала надо оценить его, в каком он настроении, привлечь его внимание, то есть завязать общение, а потом уже создать ему условия, чтобы он высказался. А что же после этого вы будете делать?

Студент. Попытаюсь заставить его говорить.

Константин Сергеевич. То есть вы хотите, чтобы он открыл вам душу, хотите выманить из него чув­ство? Для этого действия нужно еще больше приспособле­ний. Наконец, он начал говорить, что вы тогда будете де­лать? Вы хотите увидеть все его глазами, чтобы понять,

что в нем происходит, то есть отдадите ему свое отношение, свой интерес...

И так скрупулезно Константин Сергеевич работал со студентами над действиями от начала до конца сцены, требуя логики и последовательности действий, разрабаты­вая с актером всю линию его физических действий.

Огромное значение этого величайшего, чудодействен­ного оружия (метода физического действия) по созданию внутренней жизни человеко-роли я неоднократно наблюда­ла в практической своей работе. В 1944 году, когда шли на­ступательные бои частей Советской Армии и земля Бело­руссии была очищена от фашистских полчищ, театр воз­рождал свое искусство. В тот год дирекция Белорусского русского театра пригласила меня как режиссера на поста­новку спектакля «Три сестры» А. Чехова. На первой же встрече с актерами я предложила работать с ними по ме­тоду физического действия, хотя и знала, что это внесет в мою работу много трудностей. Ведь актеры театра, хоть и слышали об этом методе, но не были знакомы с ним прак­тически. Как художественное руководство, так и актеры охотно согласились на этот творческий эксперимент. Я пом­ню, с каким увлечением работали актеры, жадно впитывая все, что давал им новый метод. Упражнения делались не только на репетициях, но и во внеурочные часы. Результа­ты были хорошие. Актеры вдохновенно, мягко, без нажима овладевали внутренней жизнью своих ролей. Спектакль по­лучился правдивый, волнующий, богатый по своим эмоцио­нальным краскам. Как зритель, так и пресса дали ему вы­сокую оценку. С этим методом и вы будете знакомиться, работая над всеми элементами психотехники, так как дей­ствия — вы это знаете — является основой нашего творче­ства.

Теперь продолжим начатые нами упражнения по эле­менту «если бы».

1. Если бы находился на поляне, на берегу реки, в саду.

2. Если бы находился дома, увидел напротив близко пожар.

3. Если бы была одна дома, готовилась к экзамену и внезапно потух свет...

4. Только что шила, куда-то воткнула иголку — очень нужно найти.

5. Если бы дождик застал на улице:

а) надо домой, но не так уж спешно;

б) надо спешить на работу.

6. Если бы надо было перебраться на другую сторону реки.

7. Если бы вы оказались зимой в лесу, в пургу.

При исполнении упражнений обратить внимание уче­ников, что маленькие слова «если бы» вызывают массу со­знательных и подсознательных мыслей, разных логических действий, вызывают внутренний сдвиг (мгновенную пере­становку).

«Если бы» не говорит о реальном факте, о том, что есть, а только о том, что могло бы быть, если бы... оно только ставит вопрос на разрешение. На него актер и старается ответить, поэтому сдвиг и решение достигаются без наси­лия и обмана. Оно вызывает в актере внутреннюю и внеш­нюю активность указывал К. С. Станиславский.

Упражения (на магическое «если бы»).

Не рассказывая предварительно о свойстве магического «если бы», педагог заранее готовит ряд упражнений, но для учеников это является экспромтом. Взяв набор из 5—6 предметов, педагог дает им поочередно в протянутые руки предмет, быстро произнося при этом:

1. Вручая платок — «вот вам мышь!»

2. Подавая коробку — «здесь лягушка!»

3. Подавая пакет — «в нем черви...»

4. Взглянув ученику на голову — «Ой, ой, по вас пол­зет огромный паук...»

5. Дать пить из бутылки — «попробуйте...» ученик на­чинает пробовать, а педагог говорит — «там керосин... кис­лота...» и т. д.

Реакция учеников на эти слова бывает обычно мгновен­ной. Одни пугаются и бросают предмет, другие вздрагива­ют и выражают удивление, третьи как бы каменеют, по­ражаясь этой неожиданностью.

Магическое «если бы» состоит в том, что оно выполняет свою роль, одно — моментально, не требуя себе дополне­ния и помощи. За свою силу воздействия, возбуждающую мгновенно, инстинктивно самое действие, мы и называем его «магическим».

Заканчивая упражнения по разделу «если бы», надо объяснить ученикам, что им придется сталкиваться с «если бы» не только в действиях самой роли, но и во всех ком­понентах спектакля, то есть с многоэтажными «если бы». Автор пьесы дает свои «если бы», режиссер, художник, электротехник и другие творцы спектакля дополняют прав­доподобный замысел автора и режиссера своими «если бы». Актер должен это учитывать в разработке своей линии действия.